Полная версия книги - "Звезданутый Технарь. Том 3 (СИ) - Герко Гизум"

Из непроглядной бездны, прямо по нашему курсу, выплыло нечто такое, от чего у любого нормального пилота начался бы нервный тик и неконтролируемое желание уволиться из авиации. Это был Страж, но не такой, каких мы видели раньше — эта махина была как минимум в пять раз больше стандартных боевых единиц Короля Пыли. Если обычные Стражи напоминали хищных акул, то этот монстр выглядел как целый авианосец, который решил отрастить себе шипы, грани и сложную геометрию из черного обсидиана. Он двигался медленно, с грацией айсберга, дрейфующего в океане ртути, и от его присутствия вибрировали даже мои зубы.

— Матерь Божья, Мири, ты это видишь? — прошептал я, стараясь не шевелить даже губами. — Это же не корабль, это какая-то летящая цитадель из ночных кошмаров архитектора-мизантропа.

— Вижу, Роджер, и мои алгоритмы сейчас усиленно пытаются не упасть в обморок от ужаса, — отозвалась искин, ее голос в моих наушниках звучал как едва слышный шелест сухой листвы. — Эта штука генерирует такое гравитационное искажение, что вокруг нее само пространство начинает завязываться в бантики. Мы для него сейчас, как пылинка на объективе телескопа. Главное, чтобы он не решил протереть линзы.

Гигант проплывал всего в паре сотен метров от нашего левого борта.

С такого расстояния я мог рассмотреть каждую чертову деталь его обшивки, которая не была просто металлом, а казалась живой, постоянно пульсирующей массой. Сквозь глубокие сочленения брони прорывался фиолетовый свет, то затухая, то вспыхивая в такт какому-то жуткому, нечеловеческому сердцебиению. Я видел, как внутри прозрачных сегментов перекатываются сгустки энергии, похожие на электрические разряды в грозовом облаке, и каждая такая вспышка отражалась в моих расширенных зрачках.

— Роджер, внимание! Нас щупают, — внезапно выдохнула Мири, и я почувствовал, как по спине пробежал ледяной разряд статики.

— Что значит щупают? — я вцепился в подлокотники кресла так, что пальцы побелели.

— Пассивное сканирование, — пояснила она, и ее голограмма на мгновение вспыхнула тревожным оранжевым цветом. — Они прогоняют через нас узкий пучок гравитонов и лидарные импульсы на сверхнизких частотах. Как если бы кто-то очень большой и невидимый осторожно проводил пальцем по нашей обшивке, пытаясь понять, живые мы или просто кусок ржавого железа. Пожалуйста, не дергайся. Если мы сейчас хоть на миллиметр скорректируем курс, они заметят работу маневровых дюз.

Я замер, стараясь не моргать.

Через бронестекло было видно, как на поверхности гигантского Стража начали вращаться какие-то сложные механизмы, напоминающие фасеточные глаза огромного насекомого. Они медленно поворачивались в нашу сторону, и я готов был поклясться, что чувствую на себе тяжелый, оценивающий взгляд этой механической твари. Напряжение в рубке стало таким плотным, что его, казалось, можно было резать лазерным резаком, а воздух внезапно приобрел привкус застарелой пыли. Мы были на волосок от того, чтобы нас обнаружили и превратили в кучку атомов еще до того, как я успею сказать «черт побери».

— Секунда… еще одна… — шептала Мири, ведя обратный отсчет в моем сознании.

Это были самые длинные мгновения в моей жизни.

— Пронесло, — наконец выдохнула она, и я почувствовал, как мои легкие, наконец, решились сделать вдох. — Сканер прошел сквозь нас и ушел дальше в пустоту. Они приняли «Странник» за обломок какой-то древней станции или просто за очень неудачливый астероид. Видимо, маскировка Киры из Архивного Камня действительно творит чудеса, хотя я бы все равно предпочла нормальные имперские щиты.

— Главное, работает, — буркнул я, вытирая пот со лба. — В этом весь секрет успеха, детка.

Кира, которая до этого сидела неподвижно в кресле второго пилота, внезапно выпрямилась, и ее фиолетовые глаза вспыхнули с новой силой. Она не смотрела в окно, она смотрела куда-то внутрь себя, туда, где бесконечные потоки данных вражеского флота переплетались в сложный узор, понятный только ей одной. Ее пальцы мелко дрожали, выписывая в воздухе причудливые знаки, словно она пыталась ухватить за хвост ускользающую мысль в этом океане цифрового шума. Я видел, как серебристая сеть на ее шее пульсирует в такт с сигналами, которые испускал проходящий мимо гигант.

— Они здесь не просто патрулируют, Роджер, — произнесла она, и ее голос прозвучал так глубоко, что у меня заложило уши. — Я слышу их общую команду. Весь этот флот… они синхронизируют свои варп-координаты.

— И куда эти милые ребята собрались на прогулку? — спросил я, чувствуя, как нехорошее предчувствие начинает ворочаться в желудке.

— Сектор 4.4, — коротко бросила Кира, и ее лицо исказилось от боли, словно она видела что-то ужасное на горизонте событий. — Это имперский сектор. Жилой пояс «Гелиос», торговые хабы, миллионы гражданских… Они готовятся к массовому прыжку. Король Пыли решил не просто прощупать оборону, он идет выжигать очередную систему.

Я почувствовал, как внутри меня что-то оборвалось.

Сектор 4.4 был одним из самых густонаселенных в этом квадранте, местом, где жизнь кипела даже в самые темные времена, и где у меня когда-то была пара знакомых девчонок в баре на станции «Новая Надежда». Представить, что эта армада черных убийц вывалится прямо посреди мирных торговых путей, было физически больно, словно мне в грудь вогнали холодный лом. Миллионы людей даже не подозревают, что их уютный мирок с очередями за синтетическим кофе и обсуждением последних сплетен о жизни императора вот-вот превратится в один сплошной цифровой костер.

— Мы должны что-то сделать, — я ударил кулаком по подлокотнику. — Мы не можем просто смотреть, как они прыгают туда и устраивают форматирование целого сектора.

— Роджер, мы маленькая консервная банка с дырявой обшивкой, — Мири попыталась вернуть меня с небес на землю. — Если мы сейчас начнем геройствовать, то не долетим даже до ближайшего Стража. Наша задача, достать детали для Заплатки, забыл? Без нее мы даже предупредить никого не успеем, нас собьют на первом же прыжке.

— Она права, — тихо добавила Кира, опуская голову. — Мы должны закончить то, что начали. Только так мы сможем нанести ответный удар, а не просто погибнуть как мухи под тапком.

Я скрипнул зубами, понимая всю правоту их слов, но от этого мне не становилось легче.

Гигантский Страж, тем временем, начал медленно удаляться, его огромная корма, усеянная соплами маршевых двигателей, напоминала зев действующего вулкана. Он уходил вглубь строя своего флота. Космос вокруг нас снова начал расширяться, возвращая нам ощущение пространства, но теперь это пространство казалось еще более враждебным и опасным, чем пять минут назад. Мы остались одни в тени этой механической смерти, маленькие и почти незаметные.

— Все, он ушел за горизонт видимости наших радаров, — сообщила Мири, и ее голос стал чуть бодрее.

— Значит, пора возвращаться к жизни, — я решительно щелкнул тумблером питания.

По рубке пробежала волна света, системы «Странника» начали одна за другой выходить из режима гибернации, наполняя помещение привычным гулом и запахом нагретого пластика. Экран навигатора моргнул и высветил наш маршрут. Впереди было еще несколько прыжков через пустые системы, прежде чем мы достигнем ржавых облаков Зета-Прайм. Я чувствовал, как адреналин постепенно выветривается из крови, оставляя после себя только тяжелую, свинцовую усталость и жгучее желание поскорее закончить эту безумную миссию. Нам нужны были эти квантовые линзы, и нужны были прямо вчера.

— Готовь варп-двигатель, Мири, — скомандовал я, проверяя показания маневровых дюз.

— Слушаюсь, Капитан! — искин шутливо козырнула своей золотистой рукой. — Начинаю прогрев катушек. Постарайся не развалить нас на части при выходе, ладно? А то я только начала привыкать к мысли, что у нас есть шанс выжить.

— Постараюсь, детка. Постараюсь.

Я бросил последний взгляд в иллюминатор, туда, где в бесконечной темноте все еще мерцали огни вражеского флота, готовящегося к своей кровавой жатве. Мы были единственными, кто знал об этой угрозе, и эта ноша давила на плечи сильнее любого гравитационного пресса, заставляя сердце биться чаще. «Странник» вздрогнул, когда двигатели начали набирать мощность, и звезды за окном начали медленно растягиваться в длинные, сияющие нити, предвещая начало нашего пути в самое сердце забвения. Приключения продолжались, и на этот раз ставки были высоки как никогда в истории этой части галактики.