Полная версия книги - "Матиас Тульманн. Охотник на ведьм (сборник) - Вернер К. Л."

Тульманн кожей чувствовал шок Зильи, и тот обжигал хуже всякого костра. Она понимала умом, чем Матиасу приходится заниматься по долгу службы, но одно дело — абстрактно представлять подобные вещи, и совсем другое собственными глазами видеть весь этот ужас и жестокость.

— Не так, — прорычал Матиас и снова вспомнил ту девочку из Зильбермунда, которой Вейхс якобы лечил искалеченную ногу своими отвратительными препаратами. Она тоже была совсем маленькой и невинной, но порча Хаоса проникла в ее плоть. И Матиас отправил ее на казнь, понимая, что другого пути нет. Но он приказал напоить ребенка до полной потери сознания, чтобы та не почувствовала ни боли, ни страха. Этим его методы разительно отличались от осознанной жестокости Хаусснера. — Я никогда не поступал подобным образом.

— Это существо — мутант и должно быть уничтожено! — огрызнулся Педер. — Ты и сам это знаешь! Отзови своего громилу-еретика, и да свершится воля Владыки Зигмара!

— Матиас, не позволяй ему этого сделать! — В голосе Зильи слышалось столько ужаса и боли, что сердце охотника обливалось кровью.

Госпожу Маркову пугало не разворачивающееся на ее глазах зрелище — она боялась, что ее любимый человек останется стоять в стороне и позволит действу продолжаться.

— Мы отыщем и всех остальных! — заверещал Хаусснер. — В какой бы дыре они ни прятались, в какую бы яму ни зарылись, мы отыщем всякую мерзость до единой!

Тульманн покачал головой:

— С этим фанатиком невозможно разговаривать. Кригер, можно тебя на пару слов?

— Если ты считаешь, что в этом есть какой-то смысл… — откликнулся Кристоф. — Однако предупреждаю сразу — я считаю свою душу куда более ценной, чем чары… — охотник взглянул на Зилью и ухмыльнулся, — дамы.

Матиас подавил накативший было гнев. Кригер умышленно его подначивал, вынуждая потерять самообладание. И Тульманн не собирался позволять ему перехватить инициативу.

Охотники отошли в сторонку, и Матиас, понизив голос так, чтобы Хаусснер его не слышал, заговорил:

— Мы не можем позволить брату Педеру это сделать. Он со своим фанатизмом сорвет нам все расследование. На кону сейчас стоит куда больше, чем сожжение одного жалкого мутанта.

— Он просто выполняет свой долг, — ответил Кригер. — Я полагал, что ты оценишь его рвение. К тому же вряд ли здесь всего один мутант. Брат Педер допрашивал еретиков достаточно тщательно, и выяснилось, что несколько семей в Вирмватере укрывают мутантов на чердаках и в подвалах.

Эта информация позволяла сделать один вывод, и Матиас надеялся, что его хватит, чтобы достучаться до разума Кригера.

— Ты ведь понимаешь, что это значит? Это значит, что где-то есть источник скверны, отравляющей людей. Возможно, отравление искажающим камнем. Даже остаточных следов его в земле или воде хватит, чтобы отравить урожай, а если где-то здесь искажающий камень…

— Значит, и логово скавенов, которое мы ищем, может быть неподалеку, — заключил Кристоф. — Вполне жизнеспособная теория, брат Матиас.

— Зерндорфф отправил нас искать «Das Buch die Unholden», — напомнил Тульманн, — а не очищать задворки Рейкланда от мутантов. И я не думаю, что наш будущий лорд-протектор сильно обрадуется, если мы упустим столь желанную добычу.

Кригер улыбнулся и кивнул:

— Хороший ход, брат Матиас. Умеешь ты грамотно определять приоритеты. — Улыбка Кристофа стала шире. — По правде говоря, до мутантов брата Педера мне нет никакого дела. Я поддерживал его лишь потому, что мне показалось, что ты слишком уж дружелюбен с этим мужичьем. И я подумал, не начнешь ли ты использовать свое влияние на них…

— Чушь, — отрезал Матиас.

Кригер, конечно, был законченным интриганом и подлецом, но подозрения в том, что он и сам использует столь гнусные методы, оскорбило Тульманна до глубины души.

— Чушь, в самом деле, — согласился Кригер, — теперь мы все будем в одной лодке. После сегодняшней эскапады брата Педера крестьяне начнут бояться всех, кто носит черную форму. Как и должны были бояться с самого начала.

— А что насчет брата Педера? — не отступил Тульманн.

Он сделает так, как я скажу, — уверенно ответил Кригер. — Я как-то помог ему с некоторыми… домашними заботами. Он послушает меня. Мы можем запереть мутантку и ее родителей и сжечь их после того, как найдем книгу, и Вирмватер и «доброе расположение» его жителей нам станут ни к чему.

Кригер развернулся и направился к Хаусснеру, чтобы отдать приказ. Матиас с отвращением смотрел ему вслед, гадая, беспокоит ли Кристофа в этой жизни хоть что-нибудь еще, кроме удовлетворения собственных амбиций, и как далеко ради этих самых амбиций Кригер готов зайти.

— Идиот! — прорычал старик, треснув по лбу уродливое создание, стоявшее рядом с ним в темном переулке.

Полурослик-мутант съежился от удара и поспешил отойти подальше от разъяренного хозяина. Доктор Вейхс снова перевел взгляд на городскую площадь и на стоявшею там человека в черных одеждах — он-то и послужил причиной гнева ученого. Охотник на ведьм должен был умереть — крысы, которых Лобо выпустил в комнату Тульманна, несли с собой один из самых смертоносных штаммов чумы, какие только встречались Вейхсу в его исследованиях. И тем не менее вот он, живой и здоровый, увещевает своих безумных соратников.

Возможно, охотники на ведьм сейчас обсуждали даже самого Вейхса. При одной мысли об этом по спине начинал ползти холодок, но доктор не мог полностью исключать такую возможность. Сейчас, когда он обнаружил присутствие здесь, попытавшись убить Матиаса, тот наверняка примется за поиски с удвоенной силой. Тульманну и без того удалось подобраться достаточно близко, чтобы превратиться в немалую проблему, — и Вейхс не собирался подпускать его еще ближе.

Пришло время уговаривать Скилка взять дело в свои лапы. Пусть Тульманн избежал расставленной Вейхсом западни, но вряд ли ему удастся так легко отделаться и от скавена.

Глава десятая

Сквозь заиндевевшее оконное стекло постепенно начали проглядывать первые лучи солнца. И Матиас неожиданно ощутил прилив слабости, осознав, что ночь уже прошла, а ему так и не удалось толком вздремнуть. Охотник зевнул, потирая глаза. Бессонных ночей и без того уже выдалось достаточно, еще одна хуже уже не сделает. А обдумать и проанализировать предстояло еще многое.

Если бы не вмешательство Кригера, противостояние на площади неминуемо закончилось бы кровопролитием. Хаусснер совершенно не понимал, что своим крестовым походом по очищению Вирмватера от всех мутантов до единого он ставил под угрозу более важную задачу — поиски логова скавенов и «Das Buch die Unholden».

И если бездумный фанатизм Хаусснера существенно снижал всякие шансы на успех этого предприятия, то холодные амбиции Кригера могли лишить их всяких шансов вовсе. Кригер мог остановить Педера в любой момент, но не стал этого делать — он так обеспокоился растущим, как ему показалось, влиянием Матиаса на вирмватерцев, что предпочел отказаться от их помощи полностью. Кристоф не терпел соперников, и Матиасу оставалось лишь гадать, какую долю заслуг в обнаружении «Das Buch die Unholden» тот согласится уступить остальным, если поиски все-таки увенчаются удачей.

«Уступить»? Неожиданно Тульманн сообразил, насколько продуманный гамбит провернул Кригер. Ему не придется ничего уступать. То, что Матиас помешал фанатику Хаусснеру жестоко и несвоевременно исполнить положенный долг, сыграло Кристофу на руку. И теперь Матиас прямо-таки слышал, как Кригер отчитывается перед Зерндорффом, озвучивая старательно сформулированные обвинения и инсинуации. А для любого охотника на ведьм не было участи страшнее, чем обвинения в ереси.

Однако прямо сейчас куда сильнее стоило переживать о том, как подействовала жуткая сцена на площади на жителей Вирмватера. Пронзительные вопли Хаусснера разбудили практически всех горожан, заставив выглянуть в окна. И Матиас помнил, с каким страхом и беспокойством Рейнхекель и его ополченцы смотрели на охотников, пока те уводили в тюрьму Киппса и его семью. Он помнил, какой ненавистью полыхали глаза горожан, как кривились их рты в беззвучных проклятиях, пока охотники не спеша возвращались обратно в «Расколотый щит».