Полная версия книги - "Последний в списке (ЛП) - Доуз Эми"

Притянув ее бедра к краю, я погружаюсь в нее до упора, со всем изяществом гребаного животного.

Блядь, войти в нее без презерватива — это уже другой уровень, черт возьми. Она такая мокрая для меня, ее тело принимает меня так, словно я принадлежу ей, блядь, весь день, каждый день. Я испытываю плотскую реакцию от осознания того, что я единственный мужчина, который был в ней вот так. Мне нравится это гребаное ощущение. Мне слишком нравится, когда я медленно выхожу из нее и врываюсь обратно.

Ее крики эхом отражаются от сводчатого потолка, когда я прижимаю голову к ее груди и наблюдаю за тем, как соединяются наши тела. Ее возбуждение заливает мой ствол, показывая мне, как сильно ее заводит моя рука на ее горле. Девушка обхватывает мою челюсть руками, когда я сжимаю ее мягкие бедра, и заставляет смотреть вверх, наши глаза встречаются, когда я с силой вхожу в нее.

Зрительный контакт раньше был моей фишкой. Он был мне нужен, чтобы поверить, что женщина хочет меня и не навязывает чувства между нами. Но с Кассандрой я больше не беспокоюсь об этом. Сегодня за ужином она излила мне свою душу, рассказав болезненную часть своего прошлого. В ее взгляде есть уязвимость, которой я никогда не испытывал ни с одной женщиной, с которой был раньше. Даже с Джессикой. Это дает мне все необходимое, чтобы поверить, что она здесь, со мной. Сегодняшний вечер стал последним недостающим кусочком головоломки, и теперь все то, что я полюбил в Кассандре, приобретает еще больший смысл.

Я вижу ее такой, какая она есть, и такой, какой, я знаю, она будет.

Ее киска сжимается вокруг моего ствола, когда Кози кричит во время кульминации, опустошающей ее тело в рекордные сроки. Это все, в чем я нуждаюсь, прежде чем громко застонать и запульсировать внутри нее, яростно подергиваясь, пока ее сладкое влагалище высасывает все до последней капли из моего члена.

Наше тяжелое дыхание — единственный звук, отражающийся от стен, пока сексуальный голос Кассандры не произносит: «Вот это да, Задди», напоминая мне, что с этой женщиной никогда не бывает скучно.

ГЛАВА 40

Кози

— А потом сегодня утром я совершила позорную прогулку на его частном самолете.

Закрываю лицо руками и прислоняюсь к прилавку в магазине футболок Дакоты, не в силах смотреть в глаза своей лучшей подруге после того, как только что в мельчайших подробностях рассказала обо всем, что произошло со мной за последние двадцать четыре часа. Мне пришлось остановить себя, чтобы не написать ей сегодня, пока присматривала за Эверли, потому что это не та история, которую можно написать подруге.

— Уверена, что стюардесса смеялась надо мной, — бормочу я в ладони.

— Это похоже на историю из романа. — Дакота хлопает по стойке, требуя от меня зрительного контакта. — За исключением того, что ты летишь домой на частном самолете в одной и той же одежде. Это не сексуально.

— Макс не говорил мне собирать сумку! — восклицаю я. — И я вообще-то примеряла одну из его рубашек, которые он хранит в своем доме в Аспене, думая, что смогу носить ее дома и быть такой «шикарной», как те красотки из фильмов, но она не застегивалась на моей гигантской заднице.

Дакота смеется.

— Это так неловко.

Я хмурюсь и улыбаюсь одновременно, потому что смущению в тот момент не было места. На самом деле, сегодня утром не было никакого стеснения, когда мы проснулись в объятиях друг друга под лучами солнца Аспена, проникающего через огромные окна его спальни, что стало настоящим зрелищем, когда мы наконец-то поднялись по лестнице.

— Вообще-то, это не было не неловко, — вставляю я, и самодовольная улыбка расплывается по моему лицу, когда понимаю, что где-то между частным самолетом и Максом, выплеснувшим виски мне в рот, я наконец приняла тот факт, что ему нравится мое тело таким, какое оно есть. — Почти уверена, что Макса возбудил тот факт, что рубашка не подошла. Я думала, что он любитель груди, но, возможно, он еще и любитель задницы.

— Или он мужчина Кози, — отвечает Дакота с ошеломленным выражением лица, которое не сходит с ее лица с тех пор, как я приехала сюда этим вечером. — Не хочу дискредитировать твою впечатляющую задницу, но Кози... ты же понимаешь, что живешь в романе Мерседес Ли Лавлеттер, и тебе нужно выйти замуж за этого мужчину, прямо сейчас.

— Ладно, успокойся уже. — Я смеюсь, пытаясь вернуть эту болтовню в фокус. — Никто не говорит о браке. Мы даже еще не дали названия тому, кем мы являемся друг для друга. Насколько я знаю, мы все еще находимся на стадии знакомства.

— А Эверли знает, что он возил тебя в Аспен? — спрашивает Дакота, махая рукой покупателю, который входит в дверь и начинает делать покупки.

— Нет, — быстро отвечаю я. — Мы оба согласились, что должны скрывать это от Эверли, пока я не перестану быть ее няней.

— Но ты все равно пойдешь с ним на благотворительную акцию в следующие выходные? — спрашивает она.

— Да, Эверли останется у бабушки с дедушкой, так что ее не будет рядом, когда мы уедем. — У меня в животе поднимается нервный трепет. — Платье, которое я выбрала, просто невероятно, Дакота. И Татьяна была такой милой. Не могу поверить, что никогда раньше не встречала твою подругу. Она была потрясающей.

— Ну, после переезда в Денвер ты немного пропала, — отвечает она со знанием дела, а затем ее лицо становится серьезным при упоминании о моей прошлой жизни. — Я очень рада, что ты наконец рассказала ему о своем инсульте, Кози. Мне кажется, что это важный шаг для тебя, чтобы оставить тот ужасный опыт позади.

— Так и есть, — соглашаюсь я, удивляясь тому факту, что еще пару месяцев назад при любом упоминании о моей прошлой работе я чувствовала, как мое тело сжимается от беспокойства. Но сейчас, когда пересказывала всю ночь с Максом своей лучшей подруге, я чувствовала удивительное умиротворение. — Думаю, я готова наконец перезвонить Кейт и приступить к работе над проектом по изготовлению досок.

— Вау! — восклицает Дакота. — Должно быть, член Задди обладает магической целительной силой!

— Отчасти это и моя заслуга, большое спасибо. — Я смеюсь и морщу нос. — Но ты права... его член волшебный.

Дакота хихикает, а я внутренне вздыхаю, впервые осознавая, что я необязательно похожа на себя прежнюю, более молодую, и уж точно не похожа на себя из Денвера... но, возможно, это новая гибридная версия, более сильная и способная добиваться целей и устанавливать границы. Идеальная Кози — при условии, что карета Золушки не превратится в тыкву в ближайшее время.

ГЛАВА 41

Макс

— Ты уверен, что достаточно пятидесяти человек, Макс? Может, семьдесят пять? — спрашивает Нора, стоя посреди моего заднего двора в субботу днем. Июльское солнце палит так, что я поднимаю руку, чтобы заслонить свет.

— Как хочешь, Нора, — отвечаю я, и она ярко улыбается своей маме, которая показывает на ручей.

Дин подталкивает меня локтем и кивает.

— Хороший ответ. Просто много кивай и улыбайся, и мы оба, надеюсь, выберемся отсюда живыми.

— Пойдем сделаем несколько замеров на пляже, — кричит мама Норы, и они вдвоем направляются к песчаному участку у ручья.

Мой взгляд скользит к маленькому домику рядом с ним. Интересно, сколько времени сегодня займет планирование свадьбы, ведь Эверли осталась ночевать у Клэр, а значит, у меня есть неограниченный доступ к горячей няне. Сейчас она в моем гараже занимается деревообработкой, а это значит... что она возбуждена.

И я тоже.

— Эй, у тебя есть виски в этом доме? Планирование свадьбы с будущей тещей — чертовски напряженный процесс. — Дин поправляет очки и смотрит на меня с видом отчаявшегося человека.

— Где-то сейчас пять часов²¹, — отвечаю я со смехом и хлопаю его по спине, пока мы заходим внутрь.

Мы устраиваемся друг напротив друга за кухонным островом, и я чувствую запах обугленного дерева, доносящийся из гаража.