Полная версия книги - "Звезданутый Технарь. Том 3 (СИ) - Герко Гизум"

— Слушай внимательно, Роджер, — Вэнс понизил голос до угрожающего шепота. — «Жизни нет, атмосферы нет, населена роботами».

— Цитата из классики? — я нервно икнул. — Это типа «Тайна третьей планеты», только в версии для взрослых и без птицы Говоруна?

— Именно так, парень. И эти роботы, не милые консервные банки с дефектами речи. Территория завода, где хранятся нужные нам линзы, до сих пор находится под охраной автономных боевых протоколов, которые не обновлялись век. Эти железки продолжают охранять руины промышленных комплексов, считая каждого гостя нарушителем, подлежащим немедленной и очень болезненной утилизации. Там нет воздуха, чтобы кричать, и нет живых ушей, чтобы тебя услышать, только холодный металл и программы, в которых пункт «милосердие» был удален за ненадобностью. Это была идеальная ловушка, сохранившаяся в первозданном виде, где время замерло на отметке «смерть всем органикам».

Я перевел взгляд на Мири — та уже вовсю паковала виртуальные чемоданы и подбирала для себя образ «космического десантника» с огромной пушкой. Выбора у нас, по большому счету, не было, либо мы летим в это механическое чистилище и добываем линзы, либо ждем, пока Король Пыли превратит нас в аккуратные наборы двоичного кода. Моя мечта о капитанском мостике исследовательского крейсера сейчас висела на волоске, и этот волосок был сделан из старой проводки Зета-Прайм.

— Ну что, Роджер? — Вэнс положил свою тяжелую руку мне на плечо. — Готов отправиться на экскурсию в механический ад?

— А у меня есть выбор? — я криво усмехнулся, проверяя заряд своего верного лазерного резака.

— Выбор есть всегда, парень. Можешь просто сесть и подождать конца света здесь.

Стоя посреди ангара, засунув руки в карманы своего пожеванного жизнью комбинезона, я пытался осознать масштаб нависшей над нами катастрофы. Воздух здесь был пропитан запахом старой смазки и отчаяния, а тусклый свет прожекторов выхватывал из темноты очертания «Странника», который на фоне величественных руин верфи выглядел как прыщавый подросток на приеме у английской королевы. Вэнс, кряхтя и лязгая своим экзоскелетом, возился у массивного контейнера, который выглядел так, будто его не открывали со времен первого полета Гагарина.

— Слушай, Роджер, — пробасил старик, не оборачиваясь. — Я тут подумал, что отправлять тебя на Зета-Прайм в одиночку, это всё равно что бросать котенка в центрифугу. Тебе понадобится помощь. Техническая.

Я скептически приподнял бровь. Единственная техническая помощь, на которую я мог рассчитывать в этом секторе, обычно заключалась в добром совете «постучи по нему молотком» или в дополнительном рулоне синей изоленты.

— Вэнс, если ты решил подарить мне свой старый тостер, то лучше прибереги его для более торжественного случая, — буркнул я, стараясь не смотреть на то, как искрит распределительный щит за моей спиной.

Старик проигнорировал мой сарказм. С тяжелым гидравлическим шипением крышка контейнера отползла в сторону, и из облака вековой пыли на свет божий явились они.

Это было зрелище, способное вызвать инфаркт у любого сертифицированного инженера.

Два дроида-ремонтника замерли в своих нишах, напоминая экспонаты музея «Как не надо строить роботов». Один был высоким, нелепо длинноногим и каким-то перекошенным на левый бок, словно его собирали в три часа ночи из остатков стремянки и неисправного кофейного автомата. Его напарник, напротив, был приземистым, почти сферическим и подозрительно напоминал железную бочку для солений, к которой приварили три манипулятора разной длины и один-единственный светящийся красный глаз.

— Знакомься, парень, — Вэнс с гордостью похлопал высокую железяку по плечу, отчего та издала жалобный дребезг. — Это Тик. А тот колобок с амбициями — Так.

Высокий дроид внезапно дернулся, его голова, похожая на сплющенный дуршлаг, провернулась на триста шестьдесят градусов, издав серию отрывистых щелкающих звуков.

— Тик-тик-клик! — выдал он, и его единственный окуляр замигал с частотой неисправной неоновой вывески.

— Бульк-так… — отозвался круглый, выстрелив из корпуса коротким манипулятором, который тут же застрял в сочленении собственной брони.

Я потер переносицу, чувствуя, как где-то в глубине души начинает зарождаться истерический смех. Эти двое выглядели как оживший кошмар фаната «Звездных войн», которому вместо R2-D2 подсунули ведро с болтами, обладающее зачатками сознания и явными признаками депрессии.

— Вэнс, ты серьезно? — я подошел ближе, рассматривая глубокие царапины и следы ржавчины на корпусе Така. — Они выглядят так, будто их списали за профнепригодность еще до того, как изобрели гиперпространственный двигатель. Это не помощники, это два ходячих повода для депортации на свалку.

Мири в моем питбое не заставила себя ждать, ее голограмма материализовалась прямо на плече Тика, и она с любопытством ткнула пальцем в его антенну.

— Ой, Роджер, смотри какие милашки! — хихикнула она, сменив наряд на фартук горничной. — У Тика в левой ноге стоит сервопривод от старого кухонного комбайна, а Так… Так, кажется, когда-то был частью системы пожаротушения. Я уже начинаю загружать в них чертежи квантовых линз. Если они не взорвутся в процессе, это будет чудо уровня «бог из машины».

— Только не перегрузи их, Мири, — простонал я. — А то они начнут варить нам кофе вместо ремонта обшивки, или, что еще хуже, решат, что наш «Странник», тоже большая куча мусора, которую нужно рассортировать.

Высокий дроид Тик снова защелкал, переминаясь с ноги на ногу. Его движения были рваными и несинхронными, словно он постоянно пытался вспомнить, как пользоваться собственными конечностями. Вэнс довольно хмыкнул, вытирая замасленные руки ветошью, которая сама по себе заслуживала отдельного места в биологическом архиве.

— Не суди по обложке, Роджер. Эти железки, ветераны. Они умеют работать в таких условиях, где современные навороченные дроны просто превращаются в груду бесполезного пластика. Тик, мастер тонких настроек, если, конечно, у него не случится приступ цифровой икоты. А Так может держать давление в триста атмосфер, просто прижавшись к дырке в корпусе своей… хм… филейной частью.

— Потрясающе. У меня в команде теперь профессиональное затыкало дырок и дерганый дуршлаг, — я обреченно вздохнул. — Мы точно спасем галактику, я прямо чувствую, как пафос зашкаливает.

Я обошел Така кругом, пытаясь понять, где у него вход для зарядки, и случайно задел какой-то рычаг. Дроид тут же издал звук, похожий на свисток закипающего чайника, и выпустил облако пара прямо мне в лицо. Запахло старым чердаком и жареными транзисторами.

— Видишь? Характер! — Вэнс захохотал, и его смех эхом разнесся по ангару. — Они не просто инструменты, парень. У них есть душа. Ну, или то, что остается от программы после пятидесяти лет эксплуатации без техобслуживания.

— Я боюсь, что эта «душа» решит покинуть их тела прямо посреди Зета-Прайм, — я вытер лицо от влаги. — Ладно, грузи их на борт, пока они не решили разобрать твою верфь на сувениры.

Вэнс внезапно посерьезнел. Его взгляд, обычно насмешливый и острый, стал тяжелым, как гравитация нейтронной звезды. Он подошел ко мне вплотную, и я почувствовал жар, исходящий от его экзоскелета. Это был момент истины, когда шутки заканчиваются и начинается то, ради чего мы все здесь собрались.

— Слушай меня внимательно, Роджер. Я остаюсь здесь, чтобы присматривать за нашим «гостем» в клетке. Эта тварь хитрая, и я не хочу, чтобы она нашла способ вызвать подмогу, пока вы там будете копаться в ржавчине. Но ты… ты не задерживайся на Зета-Прайм. Понял?

— Понял, шеф. Схватил линзы, и по газам, — я кивнул, пытаясь скрыть легкую дрожь в голосе.

— Нет, ты не понимаешь, — Вэнс криво усмехнулся. — Зета-Прайм, древняя планета. Там время течет… по-другому. Это не научный факт, это скорее кармическая хрень. Такое ощущение, что само пространство там сопротивляется переменам. Не успеешь оглянуться, как пара часов превратится в пару лет. Это, конечно, шутка такая у старых пилотов, но в каждой шутке есть доля правды, от которой хочется забиться под кровать.