Полная версия книги - "Звезданутый Технарь. Том 3 (СИ) - Герко Гизум"
— Кира, твой выход! Покажи им, что такое настоящая фурия! — крикнул я, не оборачиваясь.
Кира уже сидела за пультом вооружения, ее движения выглядели скупыми и точными, как у хирурга, решившего ампутировать все лишнее у пациента. Ее фиолетовые глаза горели холодным огнем, а Ключ на запястье пульсировал в такт работе плазменных пушек «Центурион», которые наконец-то пробудились от спячки. Первый же залп из наших орудий осветил рубку багровым светом, и два сгустка раскаленной плазмы устремились навстречу противнику, обещая быструю и очень горячую смерть этим ведрам с болтами.
— Цели захвачены. Огонь, — коротко произнесла она, и корабль вздрогнул от отдачи.
Но вместо того чтобы эффектно разлететься на тысячи мелких сувениров, первый дрон просто окутался ослепительно-голубым полем, которое с легкостью поглотило наш выстрел, лишь слегка полыхнув на краях. Одновременно, второй дрон совершил немыслимый кувырок в пространстве и зашел нам в хвост, поливая наши щиты непрерывным дождем из игольчатых лазеров. Я чувствовал, как Мири напрягается, удерживая энергетический периметр, и как «Странник» жалобно стонет под напором вражеской ярости.
— Роджер, у них странная конфигурация щитов! — выкрикнула Кира, не отрываясь от прицела. — Посмотри на показания энергии. Они связаны!
— В смысле связаны? Как сиамские близнецы? — я резко дернул рычаг, уводя корвет из-под очередного залпа.
— Именно! Когда я бью по одному, второй перебрасывает ему весь свой запас мощности! — она быстро переключила режимы сканирования. — Они используют распределенную сеть накопления. Если мы не перегрузим оба щита одновременно, мы будем ковырять их до тепловой смерти Вселенной!
Классический случай инженерного садизма древних конструкторов — двое работают как один, прикрывая друг друга лучше, чем любая броня. Я видел, как между дронами проскакивают тонкие, почти невидимые нити энергетического обмена, создавая вокруг них единый защитный кокон, который мерцал в такт их движениям. Чертовски эффективно и абсолютно несправедливо по отношению к честному мусорщику, который просто хотел навестить старого друга.
— Мири, детка, скажи мне, что у тебя есть план, иначе я начну кидаться в них инструментами! — я вытирал пот со лба, пытаясь удержать корабль в узком коридоре между астероидами.
— Я вычисляю частоту их синхронизации! — Мири выглядела так, будто пыталась перемножить в уме все цифры после запятой в числе Пи. — Это «Фазовый Резонанс» старого образца. У них есть окно в полторы миллисекунды при каждой передаче пакета данных! Если мы ударим точно в этот момент, их щиты схлопнутся, как карточный домик под ураганом!
— Полторы миллисекунды? Ты серьезно? — я нервно хохотнул. — Да я моргаю дольше!
— Поэтому стрелять буду не я, и даже не ты, Роджер, — Мири хитро подмигнула мне своим голографическим глазом. — Я передам прямое управление огнем Кире через нейроинтерфейс, а ты должен заманить их в узкое место. Видишь тот обломок имперского танкера впереди? Там есть технический туннель, достаточно широкий для «Странника», но слишком тесный для маневров!
— Ты хочешь, чтобы я сыграл в «Звездные войны» без каскадеров? — я азартно оскалился. — Ну, держитесь, жестянки! Папочка покажет вам, как летали в старые добрые времена космических шедевров!
Я дал полный форсаж, и «Странник» буквально прыгнул вперед, вдавливая нас в кресла с такой силой, что у меня перед глазами на миг аж поплыли круги. Дроны, почуяв добычу, рванули за нами, их двигатели изрыгали фиолетовое пламя, а сенсоры, должно быть, уже считали нас покойниками, которые просто еще не успели остыть. Мы неслись прямо в чрево гигантского танкера, который висел в пустоте, как выпотрошенный кит, зияя проломами в бортах и лесом торчащих арматур.
— Вхожу в туннель! Держитесь за зубы! — крикнул я, направляя нос корабля в узкую щель между переборками.
Вокруг стало темно, только наши прожекторы выхватывали из мгновения куски ржавой брони и старые кабели, которые хлестали по корпусу, как щупальца рассерженного кракена. Пространство сузилось настолько, что я слышал, как маневровые дюзы обдирают краску об углы, но я не сбавлял ход, чувствуя, как дроны дышат нам в затылок, уверенные в своей неуязвимости. Они шли плотной парой, почти касаясь друг друга крыльями, чтобы не терять связь, ровно именно то, чего я и ждал.
— Сейчас! — закричала Мири, и ее голос слился с резким звуком готовности пушек.
Я резко ударил по тормозам, используя реверс двигателей на полную мощь, отчего «Странник» буквально встал на дыбы в тесном пространстве корпуса, а затем совершил сумасшедший боковой крен. Дроны, не ожидавшие такой прыти от старого корыта, на мгновение сблизились еще сильнее, пытаясь избежать столкновения с нашими дюзами. И именно в этот миг, когда их энергетический мост перегрузился до предела, Кира нажала на спуск, ведомая холодным расчетом Мири.
— Ловите подарок от Службы Утилизации! — гаркнул я.
Два плазменных болта, выпущенных практически в упор, встретились в одной точке — прямо в узле передачи энергии между противниками. Щиты дронов не только отключились, но и мгновенно сдетонировали, обратив свою мощь против владельцев и превращая их в огненные шары.
— Прямое попадание! — Мири радостно запрыгала на консоли. — Роджер, они разлетелись на атомы! Даже на металлолом сдавать нечего!
Я вывел корабль из туннеля, тяжело дыша и чувствуя, как по лбу градом катится пот, но на губах играла победная ухмылка человека, который только что обманул пару продвинутых компьютеров. Сражение длилось от силы двадцать минут, но по моим ощущениям я успел постареть на пару лет и прожить еще одну жизнь, полную безумных маневров и финтов. «Странник» плавно вышел в открытый космос, оставляя позади облако искрящихся обломков, которые медленно кружились в вечном холоде «Тихого омута».
— Проверка систем, — подала голос Кира, и в ее интонации впервые проскользнуло что-то похожее на удовлетворение. — Повреждений обшивки нет. Энергопотребление в норме. Мы… мы справились идеально, Роджер.
— Идеально? — я откинулся на спинку кресла, глядя на чистые панели управления, которые даже не поцарапались в этой заварушке. — Кира, это был первый раз в моей жизни, когда я вступил в бой и не вернулся домой на честном слове и куске синей изоленты! Посмотри на это! Ни одной вмятины, ни одного выбитого предохранителя!
— Это потому, что у тебя теперь есть я, — Мири гордо выпрямилась, поправляя воображаемый галстук. — И Кира. И, возможно, чуточка здравого смысла, которую ты случайно нашел в мусорном баке. Но не привыкай к хорошему, Роджер, впереди еще много интересного.
Я смотрел на облако искр, которое еще недавно являлось грозными дронами-стражами, и чувствовал, как внутри меня медленно умирает маленький, жадный хомяк-инженер. Никакого хабара, Роджер, ни единой целой платки или хотя бы завалящего ионного конденсатора. Эти жестянки самоаннигилировались с такой тщательностью, будто в их коде была прописана аллергия на вторичную переработку. Все мои мечты о том, чтобы выковырять из них модуль навигации или пару свежих батарей, испарились вместе с остатками их процессоров. В этом секторе даже мусор был каким-то неправильным, одноразовым и чертовски агрессивным. Космическая пустота оказалась пуста до неприличия.
— Роджер, ты еще жив или мне начинать искать нового носителя для своего гениального интеллекта? — ехидно осведомилась Мири, паря над пультом в своем золотистом наряде.
— Я в порядке, Мири, просто оплакиваю упущенную выгоду, — вздохнул я, пытаясь разглядеть хоть что-то ценное в куче металлической пыли за бортом.
Внезапно из динамиков вырвался звук, напоминающий скрежет зубов по оцинкованному ведру. Статика здесь била рекорды, и наш приемник едва справлялся с потоком помех, превращая любой сигнал в какофонию боли. Но среди бедлама и хаоса я вдруг различил ритм, знакомый до боли в печенке, — хриплый голос человека, который явно видел некоторое дерьмо в этой жизни. Голос, который я не спутал бы ни с чьим другим, даже если бы меня заперли в каюте с сотней поющих адмиралов.