Полная версия книги - "Матиас Тульманн. Охотник на ведьм (сборник) - Вернер К. Л."

— Если ты занят, Матиас, я могу и попозже зайти, — бесцеремонно заявил Штренг, сально улыбнувшись.

Свое замечание наемник подкрепил непристойным подмигиванием Зилье, и хорошенькое лицо женщины залила краска.

— Докладывай, — огрызнулся охотник, стараясь говорить как можно тверже. — Я не смогу отдохнуть как следует, если ты будешь ошиваться под дверью и подглядывать за мной.

Штренг улыбнулся шире и ввалился в комнату, игнорируя упрек патрона и недовольный взгляд Зильи.

— Городская стража зачищает тоннели, — сообщил он. — Хотя им-то, похоже, куда проще приходится, чем нам! После того как ты отключился у нас на руках, я заставил остальных поджечь ясли. Ты был прав, Матиас, — как только сук и детенышей не стало, грызуны мигом растеряли весь задор. Пока мы выбирались наверх, нам ни одной крысы по дороге не попалось.

— Удалось найти других выживших? — спросил охотник.

— Нескольких отыскали, — откликнулся Штренг. — Самой большой группой оказался отряд людей Мейссера — те нашли выход наверх раньше нас. В общей сложности скавены укокошили шестьдесят пять человек, в основном их пришибло обвалом. Следов Вейхса так и не обнаружили, хотя стража прочесала все тоннели, в какие было не слишком опасно соваться. Похоже, твоя зверюга не соврала.

Матиас с сожалением покачал головой.

— Значит, вы подтвердили его слова?

Теперь настала очередь Штренга смущенно потупиться.

— Я допросил крысолюда по возвращению в дом капитула. Но в нем уже была твоя пуля, так что в любом случае он долго бы не протянул, я полагаю.

Охотник вздохнул. Он-то надеялся выбить из скавена побольше информации.

— Есть еще кое-что. — Тон Штренга стал еще более нервным, почти испуганным. — Когда мы вернулись в дом капитула, там царил разгром. Всех, кого ты там оставил, убили. И, Матиас, кто-то украл тело вампира!

— Тело Грегора! — Тульманн подскочил на постели и стукнул кулаком по матрасу.

Он намеревался лично убедиться, что Грегора Клаузнера проводят в мир иной со всеми полагающимися почестями, церемониями и необходимыми ритуалами, чтобы его дух мог навечно упокоиться с миром в садах Морра. Однако куда важнее было выследить скавенского чародея и выяснить, куда подевалась книга. Теперь же Матиас проклинал себя за то, что решил отправиться в погоню за крысолюдом, — существовало множество причин, по которым тело вампира мог похитить какой-нибудь темный чародей, и ни одна из них не сулила ничего хорошего.

— А прах Сиббечая? — уточнил охотник.

Мысль о том, что тело Грегора попадет в руки чародея, уже сама по себе вызывала дурноту, но пропажа останков Сиббечая казалась куда более ужасной. Сущность вампира была крепко связана с его оболочкой, и эту связь мог обрубить только сложный ритуал и молитвы. А темная магия спокойно позволяла восстановить тело немертвого.

— Тоже пропал, — ответил Штренг. — Храмовники Эрхардта прочесывают сейчас кладбища и чумные ямы в исках каких-нибудь следов.

Матиас устало опустился обратно на подушки.

— Если мы не смогли найти Сиббечая в прошлый раз, то не найдем и в этот. Кто бы из живых людей ни помогал вампиру, он явно продолжает это делать.

— И чем ты займешься теперь? — спросила Зилья.

Матиасу совершенно не хотелось отвечать на этот вопрос. Ему хотелось остаться в Вуртбаде, отыскать тело Грегора и позволить его душе обрести вечный покой. Ему хотелось вскрыть каждую могилу и каждый склеп, чтобы лично убедиться, что Сиббечай не вернулся к богомерзкой жизни. Но «хотелось сделать» и «требовалось сделать» — это разные вещи.

— Продолжу свое дело, — откликнулся Матиас. — Я должен отыскать гримуар Гельмута Клаузнера и уничтожить, пока кто-нибудь еще не воспользовался его нечистой силой. Если то, чего мы опасаемся, все-таки случилось и Сиббечай воскрес, то, сдается мне, у него будет та же цель — он тоже продолжит искать книгу. И если я ее найду, то и вампир придет ко мне.

Карандини устроился на корточках на полу хибары рыботорговца. По бокам от него мерцали черные свечи. А перед глазами у него лежала жуткая вещь — огромный лоскут человеческой кожи, растянутый на полу, как свиток пергамента. Несмотря на то что Грегор отказался от предлагаемого угощения, некромант нашел другое применение таившемуся в мешке подарку.

Загадочные слова, слетавшие с губ некроманта, как будто несли в себе груз древности. Карандини осторожно пристроил на краю жуткого пергамента пузырек чернил, изготовленных из крови убийц. А рядом поместил еще более отвратительный предмет — высохшую человеческую кисть, обмотанную ветхими могильными бинтами. Некромант бережно и неспешно окунул каждый палец кисти в чернила.

Движения Карандини выглядели до странного робкими. Кисть Нехб-ка-менту, древнего царя гробниц из Хареопса, была самым мощным из его колдовских талисманов, вещью, требовавшей уважительного и осторожного обращения, — но сегодня вечером что-то словно изменилось. Возможно, всему виною стали перемены, ощущавшиеся в магических потоках, нараставшая сила эфира и, наконец, яркое проявление зловещих энергий, связанных с черной магией и темными искусствами.

Отогнав прочь страхи и сомнения, некромант пристроил кисть на лоскут кожи и, продолжая бормотать шипящие слова заклинания, мысленно сфокусировался на ней. Он чувствовал, как тонкие нити духа Нехб-ка-менту плотнее сплетаются вокруг кисти. Как и во все предыдущие разы, Карандини направил силы души и разума на то, чтобы обуздать дух древнего царя гробниц и подчинить его своей воле. Как и раньше, остатки сущности мумии попытались воспротивиться ему, отказываясь подчиняться приказам со всей злобой, которую мертвые питали к живым.

Но в этот раз дух мумии не уступил, когда Карандини простер над ним свою волю, — и некромант почувствовал, как Нехб-ка-менту вытягивает силу из магических потоков, разлитых в воздухе. Он чувствовал, как дух сопротивляется все отчаяннее, как борется… и побеждает.

Плоть обожгло волной гнева царя гробниц, и Карандини согнулся от боли.

Ты никогда не станешь тем, чем должен был стать я.

Перед мысленным взором некроманта возникло мертвое лицо царя гробниц, смотревшего на него с невыразимой ненавистью. Карандини изо всех сил постарался сфокусироваться на физическом окружении, а не на призрачном видении, хотя малейшее проявление собственной воли требовало от него неимоверных усилий. Его сердце забилось медленнее, а легкие сжались — злобный дух принялся вытягивать из некроманта жизненные силы. Карандини дрожал, как молодое деревце под ураганом. Ему пришлось направить все оставшиеся силы на то, чтобы дотянуться трясущейся рукой до черной свечи, стоявшей справа, и затушить ее.

Стоило пляшущему язычку пламени угаснуть, как невидимая рука, сжимавшая сердце некроманта, исчезла, тиски, сдавливавшие легкие, разжались. Тяжело дыша, Карандини выпрямился, пытаясь прийти в себя, и с отвращением взглянул на руку мумии. Оторванная конечность сползла с пергамента, и ее мертвые пальцы уцепились за край рясы некроманта. Карандини задумался, что она могла бы сделать, не прерви он сейчас ритуал. Поежившись, он отцепил мертвую руку от одежды и запихнул обратно в кожаный чехол.

Советоваться с ней сейчас, когда в воздухе оставалось столько темной энергии, было бы опасно. Чародейские потоки усиливали неупокоенный дух Нехб-ка-менту точно так же, как и черные чары самого Карандини. Некромант рассчитывал использовать кисть, чтобы выяснить местонахождение «Das Buch die Unholden», но теперь придется поискать какой-нибудь другой способ… пока фолиант не достался кому-нибудь другому.

Подумав об этом, Карандини осекся. Охотник на ведьм продолжит искать книгу — об этом некромант узнал от слуги по имени Эльдред, перед тем как решил, что этот человек ему больше не нужен. И если действовать продуманно и осторожно, то, пожалуй, стоит позволить охотнику сделать некоторую часть работы самостоятельно? Ведь тогда просто останется отслеживать его перемещения и в нужный момент выяснить у него все необходимое.