Полная версия книги - "Добро пожаловать домой (ЛП) - Штробель Арно"

За ними перед открытым двойным гаражом стоял кабриолет Mercedes, а внутри — седан той же марки.

— Привет, Марко, — сказал Алекс. — Есть новости?

Марко остановился, чем явно расстроил Джеймса. Пёс обречённо сел.

Марко покачал головой.

— Пока нет.

— Чёрт!

— Марко, мне так жаль, — сказала Николь. — Всё это настолько страшно, что даже думать не хочется.

— Николь едет в магазин, — объяснил Алекс. — Наша помощница скоро закончит смену, а кто-то должен оставаться в торговом зале.

Марко вспомнил рассказ Клауса о том, что супругам Шауэр принадлежал ювелирный магазин.

— Если честно, я даже рада ненадолго уехать отсюда, — призналась Николь. — Мне очень страшно.

— Инес тоже боялась. А я её не послушал.

— Зайдёшь выпить кофе? — предложил Алекс.

Николь положила ладонь Марко на плечо и мягко сжала, затем повернулась к мужу.

— Мне пора.

Она поцеловала Алекса в щёку, села в машину и вскоре задним ходом выехала на дорогу.

— Заходи, я приготовлю тебе крепкий кофе, — снова предложил Алекс. — Я знаю, что тебе ужасно тяжело и по-настоящему помочь не могу. Но иногда становится немного легче, если рядом есть человек, готовый просто выслушать.

Марко обдумал предложение и решил, что разговор действительно может пойти ему на пользу.

— Хорошо.

Он указал на лабрадудля.

— Джеймса можно взять с собой?

— Конечно.

Дом внутри был светлым, современным и уютным, но Марко отметил это лишь краем сознания.

Они прошли в открытую кухню. Алекс указал на высокие табуреты, обтянутые серой кожей, возле выступавшей в просторное помещение барной стойки.

— Садись. Какой кофе будешь?

— Чёрный, спасибо.

Марко наблюдал, как Алекс включил автоматическую кофемашину, а затем поставил на стойку две чашки.

— Мне кажется, я не справлюсь, — сказал Марко. — Любое действие требует невероятных усилий. Больше всего хочется свернуться на диване и никогда больше не двигаться.

— Это совершенно естественно. Учитывая всё, что тебе приходится переживать.

— Хуже всего то, что Инес хотела немедленно уехать, а я убедил её остаться. Теперь она мертва, а наш ребёнок находится в руках безумца. Мне хочется разбежаться и удариться головой о бетонную стену.

Он добавил тише:

— Единственное, что меня останавливает, — моя дочь.

Алекс кивнул.

— Произошедшее ужасно. Но ты слишком суров к себе. Я понимаю, почему ты не захотел сразу бежать. После убийства Герды у нас с Николь тоже был короткий разговор об отъезде, и я рассуждал точно так же, как ты. Здесь наш дом. Нельзя просто всё бросить и сбежать.

— Но два убийства подряд в соседнем здании…

— Я знаю. И всё же мы приняли такое же решение, как вы. И по-прежнему остаёмся здесь. Поэтому, если тебе понадобится помощь, мы рядом.

— Спасибо. За последние часы я возненавидел этот посёлок. Но готовность здешних людей помогать друг другу никогда не забуду. Соседи тоже очень переживают, особенно Йоханна. Она без ума от Эмилии и страдает так, словно исчезла её собственная дочь.

— Да, кто станет её осуждать после того, что произошло с ней несколько лет назад.

— Что произошло?

— Ты не знаешь?

— Нет.

— Возможно, сейчас не лучшее время для такого разговора.

— Нет, я хочу знать. Пожалуйста, расскажи.

— Хорошо. У Йоханны и Гвидо была дочь. Она погибла, когда ей было пять лет.

— Чёрт… Как это случилось?

— Точно не знаю. Йоханна говорила о несчастном случае. Все, кому об этом известно, считают, что именно поэтому Гвидо стал таким замкнутым и… в общем, странным.

— Это многое объясняет, — задумчиво произнёс Марко. — Особенно её огромный интерес к Эмилии. Йоханна мне нравится, но, откровенно говоря, её поведение казалось мне немного бесцеремонным. Теперь я понимаю. Бедная женщина.

— Да, потерять собственного ре…

Алекс внезапно умолк, широко раскрыл глаза и поспешно сменил тему:

— Ты сегодня вообще что-нибудь ел? Может, приготовить тебе поесть?

— Нет, спасибо. У меня нет аппетита.

Рассказ Алекса не выходил у Марко из головы.

Йоханна и Гвидо совершенно по-разному переживали травму.

Вероятно, Йоханна тянулась к каждой девочке примерно того возраста, в котором погибла её дочь, и старалась стать ей матерью настолько, насколько позволяли родители.

Гвидо же, похоже, существовал в собственном мире.

Замкнутый.

Немногословный.

Не проявляющий эмоций.

Марко снова вспомнил странный взгляд, которым обменялись супруги, когда речь зашла о том, что накануне вечером Гвидо не было дома.

Во время убийства.

И задумался, существуют ли доказательства того, что сосед действительно провёл половину ночи в офисе в Лоре.

Или находился совсем в другом месте.

ГЛАВА 28

Через четверть часа Марко попрощался с Алексом и продолжил прогулку с Джеймсом.

После правого поворота Зайфертштрассе переходила в Штефан-Эрдман-штрассе. Ещё через несколько метров Марко оказался возле дома Бернхарда Кина.

Машины криминалистической службы нигде не было видно. По всей видимости, сотрудники уже закончили и здесь.

Марко на мгновение задумался, не позвонить ли в дверь, но передумал.

Разговор с Алексом прошёл неплохо, однако теперь ему хотелось побыть одному.

Он пошёл дальше, дождался возле пустого участка, пока Джеймс справит нужду, и направился обратно.

Домой…

Всего несколько дней назад они больше всего на свете мечтали наконец обзавестись собственным домом.

Местом, принадлежавшим только им, где можно было делать всё, что захочется.

Теперь же при одной мысли об их доме, внезапно превратившемся в его дом, желудок Марко сжимался.

Нет.

Это больше не было его домом.

Даже если не учитывать, что в одиночку он не сможет выплачивать ежемесячные взносы, Марко уже никогда не почувствует себя здесь спокойно.

Напротив, оказавшись перед дверью, он ощутил внутреннее сопротивление при одной мысли, что придётся войти и снова запереться внутри.

Больше всего хотелось немедленно переехать в гостиницу.

Но он должен был остаться.

Из-за Эмилии.

Едва повесив куртку и отстегнув поводок Джеймса, Марко достал телефон и позвонил старшему комиссару Грефен.

— Есть новости? — спросил он сразу, как только она ответила.

— К сожалению, пока нет.

— Криминалисты что-нибудь нашли? В доме Бернхарда или у меня?

— Нет. Ничего, что помогло бы нам продвинуться.

Голос Грефен звучал почти обречённо.

— А моя дочь? Поиски дали какой-нибудь результат?

— Господин Винклер, могу заверить: мы делаем всё возможное.

— Возможно, но вы по-прежнему не продвинулись ни на шаг. Я не могу в это поверить! Так не бывает!

Последние слова Марко почти прокричал.

На другом конце возникла пауза. Он слышал дыхание полицейской.

Затем Грефен спокойно ответила:

— Господин Винклер, я понимаю ваше состояние, но расследование не пойдёт быстрее от того, что вы на меня кричите.

— Вы правы. Простите.

Марко действительно сожалел. Последние часы совершенно его истощили.

— Сейчас мы находимся в офисе NeSiba GmbH в Карлштадте и проверяем окружение семьи Кампер. Возможно, здесь удастся продвинуться.

— Значит, вы больше не считаете, что преступник живёт в посёлке?

— Мы продолжаем рассматривать все версии. И хотя вы этого, возможно, не замечаете, мои коллеги прямо сейчас находятся в Ауф-Монсе и опрашивают жителей. Мы не пропустим никого.

Грефен продолжила:

— В пользу близости преступника к месту убийств говорит скорость, с которой совершаются преступления. Для серийного убийцы такой темп крайне необычен. С другой стороны, жителей в посёлке пока совсем немного. Если убийца — один из них, он должен понимать, что следствие очень скоро может выйти на его след. Кроме того, ему каким-то образом пришлось доставить госпожу Кампер и госпожу Кин на место преступления — в соседний с вами дом, — рискуя быть замеченным и опознанным как местный житель. Поэтому версия о ком-то из Ауф-Монса кажется мне менее вероятной.