Полная версия книги - "Развод (не) состоится (СИ) - Рымарь Диана"

— Ничего такого, — врет он мне в лицо.

— И чупа-чупс тебе никто губами не полировал, да? — спрашиваю замогильным голосом. — Отпираться будешь или признаешь?

— Э-э… — Парень мнется на месте, натужно дышит.

— Что ж ты молчишь, Атом? — хмыкаю зло. — Еще недавно был такой разговорчивый… Объясни мне, человеку в возрасте, как так можно. Любовницу в дом сразу после медового месяца, и ну изменять моей дочери…

— Я ей не изменял! — заявляет он на голубом глазу.

От такого наглого вранья у меня начинает дергаться левое веко. Атом превзошел себя.

— Как это не изменял? — Я щурю глаза. — Каролина видела другое. Мне все доподлинно доложили, не вздумай отпираться!

На это зятек выдает:

— Ну… Вы ж, как мужчина, должны меня понять. Ничего, кроме отсоса, не было. Это же вроде как поцелуй, не измена даже. Каролина зря так взбесилась.

Замираю на месте, обалдев от услышанного.

Атом почти один в один выдает мне фразу, которой я нелепо пытался оправдать свои приключения с Розой перед близнецами. Кто доложил об этом зятю? Они? Или Каролина? Не верю, что подобная грязь могла идти из уст моей дочери.

— Ты тупой? — спрашиваю у Атома. — Неужели ж ты думаешь, что тебе позволено творить такую дичь под носом у Каролины…

— Подождите. — Атом подбоченивается, пытается мне возражать: — Вы же сами не считаете это изменой. Так к чему предъявления? Я думал, вы меня поймете, как мужик мужика.

Так и тянет сказать: «Это другое…»

Потому что для меня это по факту так. То, что я творил с Розой, — была ничего не значащая интрижка, которую я допустил из любопытства. Это меня ни в коем случае не оправдывает, но по крайней мере объясняет мотивы.

Ведь у меня по факту, кроме Ульяны, никого почти не было за жизнь. Можно не считать тот мизерный сексуальный опыт, что был до нее. И чупа-чупс мне до нее никто не облизывал. Но этот шкет действовал обдуманно. Женился на моей дочке, хапнул приданое, а сам даже не думал отказываться от любовных утех с бывшей девушкой, которая, видимо, устраивает его в постели.

Да, это другое. Еще какое другое!

И тем не менее способ удовлетворения низменных нужд один.

И результат один.

Два разбитых брака.

Неужели Атом и вправду не понимает, что совершил ужасную вещь? Неужели не задумался о том, что это разобьет сердце моей Каролине? Видимо, этому козлу вообще не важно, что чувствует жена. Это ж так приятно узнать, что твой муж милуется с кем-то…

Неожиданно у меня перед глазами возникает грустное лицо жены.

В груди екает сердце.

Я ведь с ней то же самое сделал.

А мне важно, что чувствует Ульяна?

Звездец как важно.

И кажется, только сейчас окончательно доходит, насколько я перед ней виноват.

Когда кто-то делает такую же гадость с близким тебе человеком, поневоле на примере видишь, что натворил.

Да, у меня было мало сексуального опыта, когда мы поженились, не догулял. Но Ульяна и подавно досталась мне девочкой, так что никакое это не оправдание и близко.

Кстати, Каролина тоже досталась Атому девочкой.

— Неужели ж ты Каролину не любишь совсем? — спрашиваю внезапно охрипшим голосом. — Зачем тогда женился?

— Что вы? — Он смотрит на меня удивленно. — Очень люблю. Но жена должна знать свое место…

— Знать место, значит… — цежу сквозь зубы.

Кулак тем временем сам летит в морду Атома. Да так смачно врезается, что я слышу хруст сломанного носа.

Сморчок падает на пол, визжит, как раненый поросенок.

Не обращаю на него внимания. Достаю мобильник и набираю номер начальника бригады рабочих, которые ждут команды у подъезда.

— Заходите, — даю отмашку.

Через минуту квартира заполняется ребятами в синей униформе.

— Задание поняли, да? — уточняю я. — Вывезти всю мебель и технику. Женские вещи с собой, аккуратно упаковать, мужские можно прямо на пол. И да, обои содрать, кафель в ванной разбить, сантехнику демонтировать. Я все сказал.

Уже собираюсь уходить, однако после моей пламенной речи очухивается зятек, тянет жалобно с пола:

— Мигран Аветович, а как же мы с Каролиной тут будем жить, если вы всю мебель…

Наивный какой.

Плюю в его сторону и с пренебрежением говорю:

— Ты никогда больше не будешь жить с моей дочерью, сморчок.

Так уверенно и четко я ставлю жирную точку в их браке.

Глава 30. У ее подъезда

Мигран

Решив вопрос с квартирой, где жила Каролина, я, по сути, не наладил в своей жизни ни-че-го…

Девчонки спрятались от меня в новом жилище Ульяны и носа не кажут.

И разговаривать больше не хотят, а ведь сами просили разобраться с Атомом.

Вот и кукую у окон жены. Что делать, не знаю.

Хочется взять квартиру штурмом, да только Ульяна паршиво реагирует на мои штурмы. Даже на близнецов за такое обиделась, на меня и подавно.

А Каролина… Уж если дочка надула губы, к ней и на хромой козе не подъедешь.

Все-таки не удерживаюсь, пишу на телефон дочки. Хоть она меня еще не заблокировала…

«Девочки, можно в гости? Я поговорить хочу…»

Но никто в гости не зовет. Игнорируют.

Хоть бы догадались поблагодарить меня лично, честное слово. Не дождешься от моих королев.

Я бы уехал домой, но… Не могу.

Не могу, и все тут! Будто привязан к этому месту, честное слово.

Лишь через пару часов пустого ожидания у окон квартиры Ульяны, когда нервы уже на пределе, я наконец удостаиваюсь явления жены пред мои очи.

Ульяна выходит из подъезда, кутаясь в куртку, смотрит в упор на мою машину.

На дворе темень, поэтому я мигаю фарами, чтобы показать, что я тут и все еще жду.

Выхожу из салона, но к жене не спешу, буравлю ее взглядом.

А она будто сомневается, зачем вышла из подъезда.

То ли ко мне, то ли просто на улице постоять, померзнуть…

Все же дожидаюсь неуверенного шага в мою сторону и чувствую неимоверное облегчение. Ко мне спустилась!

Спешу навстречу, прошу сдавленным голосом:

— Ульяночка, я только поговорить…

Наконец она кивает, делает еще пару шагов в сторону моей машины. Ворчит:

— К себе не пущу, но в салоне машины можем поговорить. Если обещаешь меня никуда не везти.

— Может, хоть в кафе? — Делаю слабую попытку. — Или в ресторан, тут есть неподалеку хороший… Хоть ужином дай тебя угощу!

— Посидим в машине пять минут, на этом все, Мигран, — отрезает она.

Ну хоть так…

Хоть пять вшивых минут, и то хлеб. А то уже всю задницу себе отсидел, пока ждал чуда.

Я открываю дверь для Ульяны, подаю руку, чтобы легче было забраться в мой лексус. Обхожу машину и усаживаюсь на водительское место.

Включаю в салоне свет.

Ульяна щурится.

— Зачем это? — спрашивает с укоризной.

— Хочу видеть твои глаза. Пожалуйста, позволь…

Она нехотя кивает, спрашивает нетерпеливо:

— Зачем ты тут сидишь часами? Что ты хочешь от меня? С Атомом помог, спасибо тебе по телефону сказала, что еще нужно от меня?

Начинаю с козырей:

— Ульян, прости меня…

Жена в осадке.

Смотрит на меня удивленно, даже не моргает.

— За что? — тихонько спрашивает. — Что еще ты успел натворить?

— Уль. — Смотрю ей в глаза. — Я больше не считаю, что отсос — не измена. Теперь понимаю, как глупо себя вел, доказывая обратное. Я очень ранил тебя своим мерзким поступком. Знай одно, я бы умер, если бы ты совершила то же, что и я. Пожалуйста, прости меня!

Говорю это и замолкаю.

С надеждой на нее смотрю.

Чувствую, как колотится сердце, того и гляди из груди выскочит.

Ульяна отводит взгляд, а потом снова поворачивается ко мне и вдруг говорит:

— Спасибо, что ты признал это все. Мне было важно, чтобы ты понял…

— Я понял! — уверяю ее. — На примере нашей дочери и ее подонка-мужа я понял все. Не знаю, как раньше не дошло, все обелять себя пытался. Ульян, если б я знал, к чему приведет, да я б эту Розу никогда в жизни на работу не взял. Она уже уволена, кстати, я дома живу один. Я говорил?