Полная версия книги - "Последний в списке (ЛП) - Доуз Эми"

К счастью, он оказался порядочным парнем. Но клянусь, я видела слезы в его глазах, когда он отползал от меня на заднем сиденье своего пикапа посреди кукурузного поля.

Оглядываясь назад, я жалею, что не занялась с ним сексом, потому что мой первый раз был с парнем, который сказал мне, что я толстая, после того как я с ним рассталась. Это одно из тех оскорблений, которые навсегда останутся с тобой, независимо от того, насколько сильно ты себя любишь.

Но если говорить о двойных свиданиях, то у Дакоты все срослось. Джефф, судя по всему, приехал домой на лето, чтобы отдохнуть от учебы на юриста в штате Юта. Он милый и немного робкий, как и в школе. Помню, мне самой пришлось пригласить его на бал, потому что у него не хватило смелости. Очевидно, парень надеялся сделать меня своей девушкой после выпускного, но когда у нас не случился секс, решил, что это означает, что он мне не нравится. Возможно, он был прав.

Парень, назначенный для Дакоты, был на несколько лет старше нас в школе и работает барменом в том месте, где мы сейчас сидим — старом добром пабе на Перл-стрит.

Не буду врать, я слишком разодета для этого места.

Но я люблю «Перл Стрит Паб». Это типичный дайв-бар с липким полом, потертыми кабинками, с головой гигантского бизона, висящей на стене, и разноцветными рождественскими гирляндами, которые горят круглый год.

Очевидно, мистер Манбун Рэндал заканчивает в десять и присоединится к нам на другом конце стойки, когда его сменят. Пока же я общаюсь с Джеффом и краем глаза наблюдаю, как Дакота делает селфи с Рэндалом, с которым она явно общалась раньше.

— Так Дакота сказала, что этим летом ты работаешь няней? — спрашивает Джефф, его карие глаза с любопытством смотрят на меня.

— Да. Это было весело. Ребенок замечательный.

— А что случилось с той большой корпоративной работой, на которую ты устроилась в Денвере?

Я улыбаюсь, потягивая через соломинку свой напиток.

— Просто захотела перемен. Приятно быть дома, правда? — Я перевожу разговор обратно на него. — Ты живешь у своих родителей?

Он слегка морщится.

— Боюсь, что да. Просто нет смысла тратить деньги на аренду, когда осенью мне снова придется вернуться к учебе. А ты тоже с родителями?

— Нет, я живу в гостевом доме парня, за чьим ребенком присматриваю.

— Гостевой дом? — Джефф хмыкает. — Парень, должно быть, богат.

О, если бы ты только знал, Джефф.

— Значит, еще один год в юридической школе, а потом ты будешь бороться с преступностью?

— Думаю, да. Сначала мне нужно сдать экзамен на адвоката.

— Ты всегда был таким умным в школе. Уверена, что у тебя все получится.

— Не таким умным, как ты, — со знанием дела отвечает Джефф.

Я смеюсь над этим замечанием и закидываю ногу на ногу, замечая, что взгляд Джеффа задерживается на моей ноге. Разочарование охватывает меня, когда я понимаю, что не испытываю того теплого чувства в теле, которое возникает всякий раз, когда Макс смотрит на меня.

Честно говоря, я не уверена, что кто-то когда-либо смотрел на меня так, как Макс. Он смотрит на меня, словно я какое-то чужеродное существо, которое он должен изучить, чтобы понять. И что еще хуже? Мне это нравится.

И это глупо, потому что я должна оставить Макса в прошлом. Он ясно дал понять о своих намерениях на прошлой неделе. К тому же, как сказала Дакота, женщины, наверное, бросаются на него каждый день. Он мог бы легко найти кого-нибудь, с кем было бы гораздо проще переспать, чем няня его ребенка. И, черт возьми, гораздо сексуальнее.

Я поправляю свой топ, внезапно почувствовав, что раскраснелась.

— Может, выпьем еще?

— Определенно, — отвечает Джефф, нервно подергивая ногой.

К сожалению, это похоже на повторение выпускного вечера, который не был счастливым для нас обоих.

ГЛАВА 20

Макс

Мое настроение заметно изменилось в течение всего вечера покера. Для начала моя дочь ушла с Уайаттом. Ей надоело играть в карты вскоре после ухода Кассандры и ее подруги. А потом Уайатт ни с того ни с сего спросил, не хочет ли Эверли помочь ему покормить утром из бутылочки его козочку Милли. Мы все называем Милли собачьей козой, потому что она ведет себя скорее как домашний питомец, чем как сельскохозяйственное животное. Это значит, что мой ребенок собрал сумку на ночь меньше чем за десять секунд.

Они уехали больше часа назад, и с тех пор мне нечем отвлечься от своих ядовитых мыслей, так что я просто размышляю о том, что Кассандра ушла на гребаное свидание. А еще я теряю кучу денег, потому что слишком отвлекаюсь, чтобы обращать внимание на свои карты.

— Макс, в чем дело? — рявкает Джош, отрывая мой взгляд от места на столе, в котором я прожигаю дыру.

— Ничего, все в порядке, — отвечаю я, хмуро глядя на него.

Джош смотрит на Дина. Раньше эти двое ненавидели друг друга, когда Дин предложил стать отцом ребенка Линси, вместо Джоша, настоящего отца ребенка, но теперь они, похоже, в сговоре друг с другом. Мне это не нравится.

— Тебя беспокоит что Эверли поехала к Уайатту? — спрашивает Дин, задумчиво наблюдая за мной. — Его дом находится как бы в глуши, верно?

— Да, но меня это не беспокоит. Эверли там нравится.

— Тогда что с тобой не так? — спрашивает Колдер, вздергивая брови, словно уже знает ответ.

— Давай сыграем еще одну партию. Кто сдает?

— Ты, — отвечают они все в унисон.

Закатив глаза, я беру колоду карт и начинаю агрессивно ее тасовать. Кассандра отсутствует уже больше часа. Если бы это было неудачное свидание, она, скорее всего, уже была бы дома, верно? Мой дом находится недалеко от центра города. В лучшем случае в пяти минутах езды на такси. Может, ее нужно подвезти? Я давно не пил виски, так что мог бы заехать за ней. Может, мне стоит написать ей, чтобы убедиться, что она в безопасности? Она живет на моей территории, так что я несу за нее ответственность.

Я: Тебя подвезти домой?

Задерживаю дыхание, когда вижу, как появляются пузырьки при наборе текста, а затем мгновенно сдуваются и исчезают. Я смотрю на свой телефон, пытаясь снова перетасовать карты, и ругаюсь, когда карты выскальзывают из моих рук и падают на пол.

— Черт, — рычу я, отодвигая стул, чтобы поднять их.

— Господи, я больше не могу на это смотреть, — ворчит Люк с дальнего конца стола. — Ты едва ли был в порядке, пока няня не ушла, а с тех пор просто сходишь с ума. Просто признай это уже.

— Что признать? — Я хватаю карты и бросаю убийственный взгляд на младшего брата.

— Что ты хочешь трахнуть няню! — подначивает Колдер.

— Хватит, — рявкаю я, снова роняя карты на пол. — Прояви немного гребаного уважения, придурок.

У меня дрожат руки, когда я поднимаю карты и представляю, как она смеется над шуткой какого-то парня. Молодые парни в Боулдере — придурки высшего сорта. Это истории успеха в Instagram, которые любят бегать трусцой, притворяются, что им нравится индийский пейл-эль, и у них, скорее всего, есть собака, на которой они помешаны. В общем, как Дин, мать его, Мозер.

Он мой друг, не поймите меня неправильно, но он владеет сценой Боулдера, как никто другой. А мужчин здесь больше, чем женщин, примерно на пять процентов, так что, если «свидание» Кассандры не сработает, я уверен, что все, что ей нужно будет сделать, это развернуть свой барный стул, чтобы найти другого придурка, который утверждает, что любит бранч.

У меня на лбу выступает капелька пота, когда я сажусь и замечаю, что все смотрят на меня.

Джош первым нарушает тишину.

— Я предвидел это еще в первые выходные. Ты был слишком заинтересован в ее предыстории. Почти одержим.

— Я не был одержим. Я был раздражен, потому что она чертовски скрытная. Она сводит меня с ума. — С досадой бросаю карты на стол.

— Что-то уже произошло, не так ли? — Дин наклоняется вперед и пристально смотрит на меня.