Полная версия книги - "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция - Рейли Кора"

Маттео

Я лег на спину возле Джианны и закинул руки за голову. Джианна выглядела слишком уверенной в своих силах. От ее язычка член у меня уже стоял колом, и она, вероятно, рассчитывала на то, что очень долго продержаться я не смогу. Она меня совсем не знала.

Встав на колени рядом со мной, Джианна очень медленно опустила голову, не отрывая от меня своего взгляда – вызывающего и охуенно сексуального. Понимает ли она, насколько сильно меня заводит ее взгляд? Только от него одного мой член непроизвольно дергается. Джианна обхватила пальцами основание члена и обвела языком головку, прежде чем вобрать его до конца в свой гребаный горячий рот. Я с удовольствием наблюдал за тем, как мой член исчезает между её розовых губок. Когда я уперся ей в глотку, с трудом сдержал стон.

В ее глазах засветилось веселье, как будто она прекрасно понимала, что со мной творится. А потом она начала мурлыкать, и вибрации пошли прямиком мне в яйца.

– Блядь, – прохрипел я, что, похоже, только ещё больше подстегнуло ее. Она раскачивала головой вверх и вниз, не сводя с меня глаз, и одновременно нежно массировала мои яйца.

– У тебя хорошо получается, – похвалил я.

В ответ она закатила глаза, и будь я проклят, если это не сделало ее еще сексуальнее. Ее рыжие волосы прилипли ко лбу и щекам, когда она глубоко насадилась ртом на мой член.

Это не могло длиться вечно. Никогда всерьез и не думал, что должен выиграть, на самом деле никогда не хотел выиграть. Больше всего мне сейчас хотелось кончить в горячий рот Джианны. Я запустил пальцы в ее прекрасные локоны. Мышцы бедер напряглись, но я постарался подавить это ощущение. Это было слишком охренительно, чтобы закончиться так быстро, и, судя по тому, что я знал про Джианну, мне, скорее всего, нескоро светит следующий минет. Она была похожа на богиню секса. Блядь. Я так давно хотел увидеть ее такой, чертовски мечтал об этом. Я шевельнул бедрами и почувствовал, как напряглись яйца. Джианна принялась сосать ещё энергичнее. Не то чтобы меня требовалось сильнее убеждать. А потом я к ебеням взорвался, но Джианна не отстранилась. Блядь, она продолжала сосать, даже когда я выстрелил спермой ей в горло. Протяжно застонав, я уронил голову назад и обмяк всем телом. Джианна поднялась и вытерла рот, расплывшийся в широкой улыбке.

– Я выиграла.

У меня хватило сил на тихий смех.

– Ага. Поздравляю.

– Ну так что, я больше не буду носить браслет на лодыжке? – с подозрением спросила она.

– Такое было пари. – Я не стал говорить ей, что по‑настоящему победителем ощущаю себя я. Мне никогда не нравилось видеть браслет на ее лодыжке; для меня казалось кощунством держать ее в таких оковах. И теперь я был рад тому, что она больше его не наденет, даже если это означало, что я должен не спускать с нее глаз, и что Лука, скорее всего, мне наваляет.

Глава 18

Джианна

На следующее утро, приняв душ и одевшись, я радовалась вновь обретенной свободе, даже несмотря на то, что она оказалась совсем незначительной. Маттео сдержал обещание и убрал браслет в дальний ящик комода. По крайней мере, пока мне не придется цеплять на себя эту дурацкую штуку. Если я опять попытаюсь бежать, вряд ли Маттео станет сдерживать свое обещание.

Хоть мы оба и проиграли наши пари, все равно чувствовали себя победителями. Жизнь с Маттео была словно тайна, покрытая мраком. Когда я вышла из спальни, он уже стоял, прислонившись к кухонной стойке, и потягивал кофе. Из‑за самодовольной ухмылки на его лице мне захотелось свернуть ему шею. Я взяла свою чашку и устроилась напротив него.

– Ты когда‑нибудь испытывал чувство сожаления или вины?

Брови Маттео поползли на лоб.

– Сожаления?

– Ну да, знаешь, чувства, которые испытывают нормальные люди, если сделали что‑то не так? – Я глотнула из своей чашки. Я даже себе не смогла бы объяснить, зачем задала этот вопрос, кроме как стереть бесящую ухмылку с лица Маттео.

Маттео так долго молчал, просто уставившись на меня, что я не выдержала и сделала вид, что мой кофе гораздо интереснее. С какой стати меня внезапно укололо чувством вины за то, что задала этот вопрос?

– У меня почти нет времени для вины и сожаления, – тихо ответил он тоном без тени улыбки; я подняла на него глаза, пытаясь понять его настроение, но он, как обычно, оставался непроницаем.

– Так ты всё‑таки  иногда что‑то чувствуешь?

– Бывает. Но я давно уяснил для себя, что зацикливаться на прошлом глупо. Я предпочитаю сосредотачиваться на будущем. – С этими словами он вновь вернул свой обычный шарм. Он шагнул ко мне, поставил свою чашку на стол и положил руки с обеих сторон от меня. – Ты когда‑нибудь жалела о побеге?

Я открыла рот, чтобы ответить «нет», но почему‑то замешкалась. Это минутное колебание оказалось красноречивым ответом для Маттео.

– Почему?

– Потому что из‑за него убили человека, – сказала я тихо. Мне удавалось не вспоминать о Сиде и его ужасной кончине, но сейчас память вернулась, и я готова была дать пинка Маттео за это. Особенно потому, что до меня дошло: та жизнь, от которой я бежала, не так ужасна, как бы мне того хотелось.

По лицу Маттео было понятно, что ему на это похуй, и другого я от него и не ждала.

– Я совершенно определенно могу тебе сказать, что не чувствую вины за смерть того парня, – пробормотал он и пробежался рукой сверху вниз по моему боку. – Я бы убил каждого, кто к тебе прикасался. Но мы оба знаем, что в этом нет необходимости, потому что, несмотря на кучу возможностей, ты была хорошей девочкой.

От того, как он это сказал – «хорошая девочка» – моя кровь закипела. Пока я раздумывала, как понаходчивее ему ответить, звякнул лифт, возвестив о прибытии гостя. Маттео снисходительно чмокнул меня в кончик носа, прежде чем вразвалочку отправиться к лифту. Я ему не верила.

Я все еще сверлила взглядом его спину, когда двери лифта разъехались, и в апартаменты вошла Ария. Она разговаривала по телефону. К моему удивлению, Маттео шагнул в кабину, оставив нас наедине. Я подозревала, что он может запереть лифт снаружи, так что я не смогу выйти, разве что сигануть из окна и закончить жизнь, забрызгав кровью тротуар внизу.

– С кем ты разговариваешь? – спросила я, когда Ария подошла ко мне.

Она одарила меня сияющей улыбкой и протянула телефон.

– Лили и Фаби хотят с тобой поговорить, но отец запретил им тебе звонить, так что… – Она замолчала. Конечно, я догадывалась о чем‑то таком. Отец ясно дал понять, что не желает видеть меня рядом с ними.

– Спасибо, – прошептала я Арии, прежде чем забрала у нее телефон и прижала его к уху. – Лили? – Голос у меня задрожал, и мне пришлось прочистить горло.

– О, Джианна! Я так расстроилась, что отец не разрешил мне попрощаться. Я умоляла его позволить мне поговорить с тобой, но он ужасно разозлился, и теперь я под домашним арестом.

Домашний арест всегда казался мне неподходящим названием для нашего наказания. В любом случае, нам никогда не разрешалось выходить куда‑то в одиночку, так что находиться под арестом означало лишь то, что мы должны были больше времени сидеть дома.

– Мне жаль, – произнесла я, стараясь унять поднимающуюся в душе злость на нашего отца. Лили всё ещё приходилось жить под его властью. Она не должна была из‑за меня страдать. Я прошла в гостиную и опустилась на диван. Ария пристроилась на подлокотник рядом со мной. – Как дела в школе? – спросила я.

– Скукотища. Но дома еще хуже. С того времени, как вы с Арией уехали, никаких развлечений нет, – пожаловалась Лили. У меня сжалось сердце. Лили всегда была рядом со мной, как и Ария, но теперь кто знает, сколько лет Лили придется выживать без всякой поддержки. Конечно, рядом с ней оставался ещё Фаби, но он парень и очень скоро должен будет столкнуться с совершенно другими проблемами. – Как там Фаби?