Полная версия книги - "Шеф-повар придорожной таверны II (СИ) - Коваль Кирилл"

— Вы же сами сказали вчера, что ищете вино для горцев! Я специально для вас собрал лучший товар, потратил деньги, нанял людей…

— Искала, — с плохо скрываемой усмешкой подтвердила Маша. — А причём тут вы?

Душён открыл рот, закрыл, снова открыл. Потом повернулся к ранним прохожим, которые уже начали собираться, привлечённые шумом, к извозчикам, что с деловым любопытством прислушивались к переговорам. Повернулся к Марии.

— Как при чём⁈ Мы договаривались⁈ — заорал он. — Вы же сами сказали! Вчера! На этом самом месте! Сказали, что вам нужно вино! Двадцать бочек! Что горцы приехали!

— Я сказала, — спокойно ответила Маша, — что горцы любят кислое вино. И что я собираюсь поискать по городу, вдруг найду дешевле. Я не давала согласия покупать именно у вас. И уж точно не говорила, сколько бочек мне нужно.

Душён побагровел ещё больше, хотя казалось, куда ещё…

— Но вы же сказали: «Заходите вечером»!

— Я сказала: «Ну, мы до утра тут. Сейчас ещё после обеда по другим торговцам вина пройдёмся, вдруг дешевле найдём». — Маша говорила чётко, разделяя слова. — Это не обещание купить. Это размышление вслух.

— Я скупил всё кислое вино в городе! У меня четырнадцать подвод! Вы должны взять!

— Не должна, — спокойно ответила Маша. — Мы не заключали договора. Вы сами решили.

— Я позову стражу! — Душён уже почти кричал. — Пусть они рассудят!

— Это ваши проблемы, — холодно сказала Маша. — Вы сами решили рискнуть. Я вас не просила.

— Стража! — заорал Душён, обернувшись к центральной улице. — Сюда! Ко мне! Мошенничество!

Парочка парней, что прислушивались к разговору в надежде на продолжение зрелища, помчались и через минуту привели двух стражников. Стражники, двое пожилых, в потёртых кольчугах, неспешно подошли. Один из них — с усами, тот самый, что вчера помог нам с плотниками — узнал Машу и нахмурился. Уже другим взглядом оглядел толпу, телеги, нашу процессию и остановился, подозрительно щурясь, начал оглядывать Ивера, Машу и Душёна.

— Кто тут шумит? — наконец спросил старший, коренастый, с седыми висками.

— Я! — Душён выскочил вперёд. — Эта девка меня обманула! Я потратил всё! Купил вино, нанял телеги! Сказали, что купят вино, а теперь отказываются!

Стражник посмотрел на Машу. Та стояла спокойно, с руками, сложенными на груди, и даже не думала оправдываться.

— Так, — рявкнул знакомый по вчерашнему стражник. — Для начала, не девка, а льера. Штраф тебе за непочтительное обращение к благородным. Давайте по порядку. Говори первый, раз ты нас вызвал.

Душён, сбившись от осознания, что Маша льера, путаясь, начал рассказывать. Про прошлую сделку, где он вошел в положение подростков и сделал скидку чуть ли не в ущерб себе, про горцев, про то, как Маша благодарила его за вино, как хвалила, как сказала, что будет искать ещё. С каждым его словом стражник хмурился всё больше. Потом перевёл взгляд на нас.

— Мы никому ничего не обещали, — спокойно сказала Маша. — Господин Душён сам решил, что мы купим у него товар. Он не спросил нашего согласия.

Стражник повернулся к торговцу.

— Было согласие?

— Я… они… — Душён заметался. — Они сказали, что ищут вино! И спросили, есть ли у меня! Я сказал, что продам им. Она мне сказала привезти его сюда вчера вечером, потому как сегодня на рассвете она уезжает.

Стражник повернулся к Маше.

— А вы, льера? Что скажете?

Маша вздохнула.

— Я скажу, что вчера, выходя из таверны, я встретила этого господина и поблагодарила его за прошлую партию вина. Это было хорошее вино, и горцы действительно его оценили. Потом я сказала, что собираюсь пройтись по городу, посмотреть, что ещё есть, возможно, найду что-то подешевле. Я не давала никаких обещаний. Ни устных, ни письменных. Не понимаю, в чем проблема? Если это вино хорошее и недорогое, как утверждаете, вы всегда можете продать его кому-нибудь другому, явно же залежний товар⁈

— Свидетели вчерашней беседы есть? — спросил стражник, глядя на Ивера.

— Я был рядом, — сказал дядя. — Льера не обещала ничего покупать.

— Вы ее родственник? — прищурился стражник.

— Я ее наставник, — спокойно ответил Ивер. — Но правда от этого не меняется.

— Кто-нибудь ещё? — стражник оглядел толпу.

Душён воодушевился.

— Мой работник был. Сейчас за ним сбегаю, он недалеко живёт.

— Работник не считается, — отрезал стражник. — Кто ещё?

— А что, если я назову? — неожиданно для самого себя произнёс я. — Я помню тех, кто был рядом, когда мы разговаривали.

Стражник кивнул.

— Называйте.

— Во-первых, парень из таверны «У Старого Дуба», Сян. Он помогал нам грузить вещи и стоял рядом. Во-вторых, пожилой мужчина в коричневом кафтане, он ехал с тележкой торговать глиняными горшками и стоял разговаривал с мужчиной, вышедшим из дома напротив. Я запомнил его, потому что он ругался на своего ученика. И ещё женщина с корзиной яблок, она стояла у входа в переулок. Но думаю, она ничего не слышала.

Стражник удовлетворённо кивнул.

— Подрастёшь, жду тебя к нам в стражу. Наблюдательный, толк будет. Сян — это который у Дубы работает?

— Да, — сказал я, спрыгивая с телеги. — Я сейчас его приведу.

— Я приведу! Я мигом! — крикнул извозчик, сидевший на первой подводе, и пояснил: — Я видел, куда он направился.

Он соскочил с повозки и побежал в сторону таверны. Мы ждали. Душён нервничал, переминался с ноги на ногу, то и дело поглядывал на нанятые им телеги, где работники, зябко кутаясь в рваные плащи, косились на него с тревогой и злостью.

Через несколько минут извозчик вернулся вместе с Сяном. Парень был недоволен, что-то на ходу жевал, но, увидев нас, сразу оживился.

— Ты был вчера во дворе, когда льера разговаривала с этим торговцем? — спросил стражник.

— Был, — кивнул Сян и ткнул рукой в нас. — Мне хозяин велел их проводить, а после молочника дождаться, он аккурат в соседнем дворе кричал.

— Слышал разговор?

— Слышал.

— Что говорила льера?

Сян почесал затылок.

— Ну… она сказала, что горцам то вино понравилось, и что они ищут ещё. А этот, — он кивнул на Душёна, — сказал, что найдёт. Льера сказала, что они до утра в городе, что пойдут по другим торговцам, поищут дешевле, и что извозчиков надо нанять. А он сказал, что дешевле не найдёт, и попросил зайти вечером.

— Она обещала купить? — спросил стражник.

— Так кто сказал зайти вечером? — уточнил второй стражник.

— Нет, — твёрдо сказал Сян. — Она не обещала. Она сказала: «Ну, мы до утра тут. Сейчас ещё после обеда по другим торговцам вина пройдёмся, вдруг дешевле найдём… Да и извозчиков ещё надо отыскать, кто довезёт до таверны». А про вечер вот он, торговец, сказал. Я точно помню. Льера про отъезд утром только говорила. Я ещё подумал, зачем ей вечером заезжать, она-то просто так разговаривает, без определённости.

Седой стражник повернулся к Душёну.

— Ну что, торговец, выходит, не было никакой договорённости? Ты просто решил скупить всё дешёвое вино в городе, чтобы девушка не нашла и купила у тебя? А она отказалась? Ну так в чём проблема-то? Не угадал. Обычное дело, торговое. Угадаешь — заработаешь, не угадаешь — потеряешь. Стражу-то зачем? Правильно льера сказала, раз вино недорогое, быстро продашь.

— Но она… Оно же… — Душён побледнел.

— Она ничего тебе не обещала, — жёстко сказал стражник. — Мы это уже выяснили. Ты сам решил рискнуть.

— А как же мы? — подали голос стоящие в стороне извозчики. — С нами-то кто рассчитается?

— Ну, кто вас нанял, тот и рассчитается. И побыстрее надо бы, пока я его за устройство затора на дороге не оштрафовал. Откажется — найдёте меня, я его за мошенничество тогда…

— Как же так… — прошептал Душён, с ненавистью глядя на Марию. — Я ж думал…

— … Ты думал, что можешь обманывать, прикрываясь нашей неопытностью. Но обычно обман удаётся не из-за того, как ты думаешь, что умён, а из-за того, что тебе доверяют больше, чем заслуживаешь. Со вчерашнего дня это хотела сказать!