Полная версия книги - "Мент из Южного Централа (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович"

— Спасибо, сэр, — Андерсен выпрямился.

— Тогда все, свободны. Соко, не забудь зайти к дежурному за оружием. И не забудь записаться к Лоуренс еще раз.

Мы вышли из кабинета и двинулись вниз. На лестнице Андерсен не выдержал и улыбнулся широко и открыто:

— Две тысячи, парни. Две тысячи долларов!

— Мы их еще не получили, не дели шкуру неубитого медведя, — сказал Билл, но в уголках его рта подрагивало что-то, отдаленно похожее на улыбку.

— Да все равно, Билл. Это много.

Я только улыбался. Да, это много, точно. Уж на сковородку точно хватит.

Они двинулись в кабинет, а я пошел к дежурному и забрал свою «Беретту». Проверил магазин, передернул затвор, поставил на предохранитель. Кобуры я с собой не взял, так что просто сунул ее за пояс сзади. Ощущение было такое, будто у меня оторванная нога внезапно приросла. Да уж, привык я к своему оружию.

Я вернулся в кабинет. Билл сидел за столом, Андерсен что-то быстро писал в блокноте. И вдруг меня словно стукнуло в голову — способ, которым я собирался заработать, ведь был не очень легальным. С учетом законов штата Калифорния, так и совсем. Чтобы все было легально, это надо ехать в Вегас.

И это в общем-то недалеко, но… Не доедем. На моем «Шеветте» так точно.

— Ну что, как потратишь премию? — спросил я у Билла.

— Никак, — ответил он. — Положу в банк на сберегательный счет.

— Серьезно? — спросил Андерсен. — В банк?

— Да, — ответил Билл. — У меня все есть. И я, в общем-то, не хочу ничего покупать. Хотя… Куплю себе абонемент на кофе в местечке тут, за углом. Буду пить столько, сколько захочу.

Я расхохотался, не выдержал. Да, это было очень в его стиле.

— Я куплю себе новые ботинки, — выдохнул Андерсен. — Итальянские, две пары. Мои уже разваливаются, а в тех, что выдает Департамент, ноги как деревянные к вечеру.

— У меня есть идея, парни, — сказал я. — Я знаю, как сделать из этих двух тысяч шесть. Или восемь, как повезет.

— И как? — сразу же повернулся ко мне Андерсен. Ему явно были нужны деньги. Может быть, у него какие-нибудь проблемы, может, тоже алименты. Или он просто не умел довольствоваться малым, как Билл.

— Через месяц Тайсон будет драться с Уильямсом, — сказал я. — Тайсон вырубит его в первом же раунде. Как думаете, какие ставки будут принимать на это?

— Азартные игры вне закона, Соко, — тут же сказал Андерсен.

— Кто-то собрался делать ставки? — послышался знакомый голос.

Я повернул голову и увидел Касселса. Он тоже выспался, был одет в свежую белую рубашку, брюки, на руке у него, как обычно, был «Ролекс», и он улыбался.

— Это по моей специальности дело, — сказал он. — Так что берите меня в долю, иначе я вас привлеку. Да и мне нужно фару на «Порше» поменять, а она стоит, как крыло самолета.

Он шутил. Или не шутил. Но на самом деле, кто еще мог знать о нелегальной букмекерской конторе, как не детектив отдела нравов? А нам нужно было такое место, тем более что с улицы нас туда не пустят, это точно.

— А почему бы нет? — повернулся я к нему. — Я знаю результат боя. Сто процентов, все так и будет. Мы можем поставить и неплохо подняться.

— Я подумаю, — кивнул он. — Знаю я одну конторку, ее крышуют люди из Семьи Драгна.

Что? Семья? Мафия? Здесь в это время была итальянская мафия? Однако, а я никогда не слышал.

У него что, не только с картелем есть связи, но еще и с итальянцами? Хотя, если учесть, что вчера было… Это ведь на его машине мы ехали, это из его револьвера я стрелял по мексиканцам. Да уж, странный он парень, как ни крути.

— А что? — посмотрел он на остальных, которые, похоже, тоже удивились. — У меня фара на «Порше» разбита. И Департамент мне ремонт не оплатит.

— Да ничего, — сказал я, увидев, что в помещение вошли еще несколько детективов. — Я пойду, я ведь отстранен, пока не переговорю с психологом.

Тепло попрощавшись с коллегами, я двинулся наверх, перезаписался к врачу уже на послезавтра, а потом спустился вниз, сел в машину.

За окном светило калифорнийское солнце, рация на приборной панели о чем-то говорила разными голосами, но сейчас меня это не касается. Сейчас я могу поехать домой и до завтрашнего дня ничего не делать.

И я вдруг понял, как все это необычно.

Теперь в участке ко мне относятся иначе, уважают. У меня есть работа, которую я люблю и умею делать. У меня, очевидно, есть люди, на которых я могу положиться, ведь парни рискнули своими карьерами, когда послушались меня. И не прогорели.

У меня есть пес, который ждет меня дома. И у меня есть молодость, потому что мне нет еще и тридцати.

Две недели назад я очнулся среди мусора в чужом теле, в чужой стране. Без денег, без памяти и без особых надежд. А теперь у меня есть вариант даже заслужить повышение.

И есть вариант спасти себя в будущем. Дожить, добраться до Москвы, и не дать похитить себя. Интересно, как тогда поменяется история? Ладно, до этого еще ведь тридцать с лишним лет.

А еще…

Я достал из кармана визитку Сары Мендес, покрутил ее между пальцами. Может быть, позвонить? Хотя, с другой стороны, куда я ее смогу сводить-то? Денег ведь у меня нет. Может, позже, когда с ними получше будет.

Убрал обратно, завел двигатель, привычно покрутив перед этим ключ зажигания, и тронул машину с места. Поеду в трейлер, позанимаюсь, посмотрю телевизор. Отдохну, короче говоря.

А вот с премии ее можно будет куда-нибудь позвать. А еще починить стекло на «Шеветте» и купить сковородку, чтобы жарить на ней оладьи и мясо. И радио домой, чтобы в FM-диапазоне ловило, и можно было слушать музыку, а не тупо пялиться в ситкомы.

Премия, премия.

Жаль, конечно, что мне не дали повышения, но я на него особо и не рассчитывал. Но с другой стороны, он ведь прямо сказал — будешь хорошо работать, будет и повышение. Я бы, наверное, в CRASH хотел. Или в отдел убийств. Их расследовать у меня всегда хорошо получалось.

Но только вот меня никто не спросит — вопрос только в том, где будут вакансии.

Ладно. А теперь надо ехать домой, отдохнуть, а потом раскрыть еще что-нибудь, желательно громкое.

Если бы я только знал, как скоро мне подвернется такое дело, и каким оно будет…