Полная версия книги - "В ЦЕНТРЕ ВНИМАНИЯ (ЛП) - Финли Иден"

      - Я хорошо знаю, что такое пустые обещания. И теперь для меня всё стало гораздо понятнее.

      Я улыбаюсь.

      - Ты думал, я упрямый и своенравный, потому что очень претенциозный, верно?

      - Ну да.

      - Я тебя не виню. Я такой, но только потому, что у меня есть на то причины. Я люблю музыку, но также её ненавижу. Я сложный человек.

      Райдер садится в своё продюсерское кресло и пододвигает для меня второй стул.

      - Тогда давай попробуем разобраться с этими сложностями. Прежде чем мы начнём записывать что-либо, я хочу получить твое представление о звучании, учитывая твою придирчивость.

      - Я не придирчивый. Я…

      - Особенный? Привередливый? Заноза в заднице каждого лейбла?

      Я вот-вот разозлюсь, но его пухлые губы разжимаются, и улыбка расплывается по прекрасному лицу.

      - Я шучу. Отчасти. Лейблы будут видеть тебя именно таким, но я восхищаюсь твоей решимостью придерживаться своих принципов. Раньше мы часто жаловались на недостаток творческой свободы, но, в конце концов, смирились и делали то, что от нас требовал лейбл. Мы решили, что если мы этого не сделаем, наши песни не будут выпущены, и мы никогда не станем знаменитыми.

      - Я хочу славы, но не такой.

      Райдер откидывается на спинку кресла.

      - Скажу только один раз, и тебе это не понравится, но говорю тебе прямо сейчас, что, хотя твои намерения благие, ты должен смириться с тем, что, возможно, никогда не получишь того признания, которого жаждешь. Потому что если тебя вообще не слышат…

      - Если дерево падает в лесу, но никто этого не слышит, разве это на самом деле произошло? Ты веришь в эту чушь?

      Он смеется.

      - Полагаю, да.

      - Я думаю, что могу быть востребован, и есть люди, которые захотят послушать то, что я говорю, но в то же время, если никогда не добьюсь успеха как личность, я готов это принять. Как я уже сказал…

      - Ты хочешь славы как личность или не хочешь ее совсем. Так я и думал, но хотел убедиться. - Райдер достает ручку и бумагу из ящика и кладет их себе на колени. - Так какой у тебя стиль?

      У меня вдруг пересохло во рту.

      - Э-э…

      - Если ты даже не можешь сказать, какой у тебя стиль, у нас проблемы посерьезнее.

      - Нет, могу. Он довольно эклектичный.

      - Кто на тебя повлиял?

      У меня ничего нет. В голове пусто.

      - Ты сказал, что на прослушивании пел «Imagine Dragons», верно?

      - Э-э, да.

      - Итак, они. Кто еще?

      - «Sound Garden». «Audioslave». Э-э, «Three Days Grace». - Я перечисляю еще несколько имен, и с каждым из них Райдер хмурится все сильнее.

      - Какие-нибудь недавние влияния?

      - Ты считаешь меня старым?

      - Нет, но мне интересно, почему все группы, на которые ты хочешь быть похожим, старше тебя. Не зря альтернативная рок-музыка в последнее время не так популярна.

      - Ты снова ведёшь себя как критик и звучишь как типичный представитель лейбла.

      - Извини. - Он не выглядит раскаявшимся.

      - Если хочешь, чтобы я назвал популярные группы, я, пожалуй, смогу остановиться на таких, как «Lumineers», «Sheppard», «Mumford and Sons».

      - Это лучше. А как насчёт «Hozier»? Держу пари, ты мог бы устроить настоящий фурор с песней «Отведи меня в церковь».

      - Слишком мейнстримно^[1].

      - Слишком мейнстримно, - передразнивает Райдер. - Ты имеешь в виду, что она продержалась в топ-40, кажется, целую вечность? Потому что, учитывая содержание, удивительно, что она так долго держалась на плаву. Она, по сути, распинает религию.

      - Да, но это так… не знаю. Очевидно? Клише?

      - Тебе, правда, нужно переосмыслить определение клише. Послушай внимательно. - Райдер начинает петь, и я поражен.

      Серьезно, он сказал, что завидует моему таланту?

      Кто бы мог подумать, что, когда его не заглушают четыре других голоса, Райдер действительно умеет петь? Логически я должен был догадаться, но легко сделать неправильные выводы, когда он знаменит только благодаря участию в «Одиннадцать».

      Я заворожен тем, как легко и непринужденно он поет эту песню.

      Раньше я никогда не чувствовал в ней сексуального подтекста. Вся песня посвящена сексуальности и религии, но образ Райдера, стоящего на коленях и молящего о встрече с Богом через секс - это, ммм, вдохновляет.

      Раньше мне эта песня не нравилась. Теперь не смогу слушать ее, не вспоминая этот момент. Райдер поет, не отрывая взгляда от меня.

      У меня потеют ладони, пересыхает во рту. Я вытираю руки о джинсы, но понимаю, что это привлекает внимание к моим коленям, и если Райдер посмотрит вниз, он увидит, насколько непрофессионально сейчас ведет себя няня его ребенка.

      Райдер обрывает песню и смотрит мне прямо в глаза.

      - Это не клише. Это репрезентация. Это повод. Это выражение недостатков церкви через песню о сексе.

      Я откашливаюсь.

      - Замечание принято.

      - Это такая песня, которая является большим плевком в лицо истеблишменту, но при этом не говорящая лейблу, что ты не собираешься меняться.

      Я знаю, что должен что-то сказать, но у меня нет слов. Я всё ещё слышу голос Райдера.

      Райдер моргает, глядя на меня.

      - Я тебя сломал?

      Я выхожу из оцепенения.

      - Извини. Почему не ты в студии?

      Райдер отстраняется.

      - Эй, ого, сейчас не обо мне. О тебе.

      - Хм, думаю, дело в музыке в целом. Твой голос…

      - Неплохо для участника бойз-бэнда, правда?

      - Почему ты не начал сольную карьеру?

      Он смотрит на меня с самым презрительным выражением лица.