Полная версия книги - "Некрасивая (СИ) - Сурмина Ольга"

Часто хотя бы в целом психологически здоровым людям нравились люди, которые были чем-то похожи на них самих: чувством юмора, уровнем общительности, инициативностью, жизненными приоритетами. Так что, наверное, мистер Грин с большим энтузиазмом брал на работу раскованных парней, которые могли позволить себе лёгкое панибратство даже с ним, нежели замкнутых молчаливых претендентов. Хотел «Пришелец» того или же нет, но из-за этой мелочи в его агентстве произошла вынужденная сегрегация — по принципу экстраверсии и навязчивого дружелюбия.

«Да тут правда одни Говарды», — с ужасом подумала Бауэр, раз за разом осматривая всех парней. Видно, приятельская сегрегация в этот раз прошла особенно удачно.

— Приятно познакомиться, я — Брендон. — Он тут же положил ей на плечо тёплую сухую руку. — Хочешь… устроим как-нибудь приватную фотосессию?

— Нет, спасибо, не хочу. — Она вновь улыбнулась широкой кривой улыбкой, взяла парня за палец и сняла со своего плеча его руку. Становилось понятно, почему девушки-модели притихли и не хотели подходить к этим напряжённо-весёлым тестостероновым Кенам. Видно, чем больше в них было уверенности, тем меньше простого такта. Мужчины-модели привыкли к симпатии в свою сторону, вот только эта симпатия исходила в основном от обывателей.

— Ты чего такая сухая? — Брендон невольно скривился. — Настроение не то? Хочешь коктейль, Сильвия? Давай я куплю тебе коктейль, и ты перестанешь сверлить меня таким злобным взглядом. Давай?

— Я не Сильвия, я Селена, — девушка сконфуженно прищурилась. — И я не зла, я в замешательстве. Что, если тебе незнакомый мужик предложит устроить «приватную фотосессию»? Пойдёшь?

Брендон нервно засмеялся, видно, наконец осознавая глупость своего внезапного, непрошенного флирта. Часто красивые мужчины считали, что женщины к ним чувствуют то же самое, что они к женщинам: поверхностное, ни к чему не обязывающее влечение. Если мужчины обычной наружности не имели такого заблуждения из-за низкого спроса на брачном рынке, то более-менее миловидные могли вести себя на удивление раскованно — и даже бестактно.

Прямо как Брендон. В определённых кругах такое поведение даже имело успех. Но не среди моделей, которые знали себе цену — даже под комплексами.

В коридоре раздались шаги. Селена отвернулась к столу и взяла фотоаппарат. Если это Анселл — то хорошо бы начать показательно его настраивать, чтобы не сталкиваться с шефом взглядом.

— Доброе утро, — раздался давящий мужской голос.

В самом деле, мистер Анселл. Бауэр с умным видом по кругу щёлкала меню и бездумно вращала объектив.

Парни замолчали. С некоторых из них слезли улыбки. Они, так же как и Селена, пытались выглядеть нарочито серьёзными и сосредоточенными, чтобы не получить выговор.

— Итак, я смотрю, все на месте. Я вам принёс инструкции, пожелания заказчика, референсы. Времени в обрез — занимаемся сегодня и завтра. Ваша задача сейчас — разбиться на группы по пять человек и вверить себя в руки костюмеров и визажистов. Сегодня мы делаем сдержанные романтические снимки: парные свитера, рубашки, худи. Одежду не мять, не меняться ею без нужды, — Джерт укоризненно посмотрел на мисс Бауэр, правда, та начала ещё активнее «настраивать» фотоаппарат. — И не садиться в ней. Ваш менеджер на сегодня — мистер Де Голль, все вопросы к нему. У меня всё.

«Когда это Айзек успел стать менеджером?» — с косой улыбкой подумала Селена. «Его тимлидом на этот проект назначили? Да уж».

— Мистер Анселл, а что насчёт лёгкого алкоголя? — спросил кто-то из парней. — Пива в обед можно взять?

— После работы возьмёте, — мужчина мерзко прищурился. — Я не знаю, как вы переносите алкоголь, мистер Харрис, но пьяные модели — последнее, что я хочу видеть в своей студии. Вы меня услышали?

— А где мистер Грин? Он зайдёт?

— Разумеется. Ориентировочно — после полудня.

— А что насчёт флирта на рабочем месте? — как бы в шутку спросил Брендон и вновь положил Селене руку на плечо. — Мы же тут сегодня играем романтику. Снимаемся, типа, парочками. Мне кажется, кадры так будут живее и интереснее.

— А знаешь, что ещё сделает кадры живее и интереснее? — Анселл с жуткой улыбкой вскинул брови. — Понимание, что при нарушении устава агентства ты останешься без денег и без работы. Любого рода романтические потуги — в нерабочее время. Остальные моменты вы просто позируете и делаете вид, что вам это нравится. Это — ваша работа, — мужчина злостно прищурился. — А если услышу, что кто-то пристаёт к женщинам в моём агентстве, пытается их трогать, лапать или склонить к чему-либо — головы поотрываю. Будете разбираться с японской полицией.

— Да это просто шутка, господи, — Брендон напрягся и опустил руку с плеча Селены.

— Мы нормальные, что вы о нас тут думаете? — спросил какой-то молчаливый парень, стоявший у стены и таращившийся в телефон. — Что мы, типа, тут насильники все? Женщин не видели?

— Каков вопрос — таков и ответ, — Джерт поджал губы. — На остальные вопросы ответит мистер Де Голль. Приятного дня и удачных съёмок.

— Какой токсичный у вас шеф, господи, — Брендон закатил глаза. — Как вы с ним работаете? Психологов потом он вам оплачивает или для вас это своя статья расходов?

— Обычно он вежливый, — Селена прикрыла веки и пофигистично вскинула брови. — С нами. Но он правда не любит внерабочие отношения, так что поосторожнее. Если нарушить устав — он будет пылить.

Очень иронично было после последних событий выгораживать поведение Анселла, но Бауэр это делала. Не по доброте душевной, а потому что шефа, который внезапно стал турбулентным, было удивительно удобно использовать в качестве пугача. Ведь разозлённый Джерт мог накинуться не только на парней, но и на Говарда: отчитать его за халатное поведение моделей, а ещё за их чересчур длинные руки.

Ну а мистер Грин, в свою очередь, повторно всыпет своим Кенам.

Возможно, из-за понимания этого лицо Брендона стало таким кислым, словно он пару минут жевал недозрелый лимон. В целом, парни заметно напряглись, но большинство предпочитало не подавать виду, будто жёсткое замечание шефа чужого агентства их вовсе не задело.

Вскоре пришёл взвинченный Айзек: потный, суетливый, с красным лбом и поджатыми губами. Он нервно схватил оставленные Анселлом бумаги и стал раздавать рубленные информативные инструкции. Секретарь явно нервничал — роль лидера большой группы ему была чужда и незнакома.

Селена со вздохом взяла папку с референсами и начала расставлять свет. Гул не умолкал, иногда раздавались громкие фразы костюмеров. «Интересно, если бы я могла, поменяла бы я сейчас всех этих парней на Дору Ильдаго?» — невольно подумала девушка. К своему ужасу понимала, что, наверное, да.

Из костюмерной вышли первые модели.

День закончился удивительно быстро. Что, с одной стороны, хорошо, а с другой — Бауэр чувствовала ужасающую усталость. Такую, что едва стояла на ногах. Иногда возникала шаловливая мысль попросить Говарда отвезти её домой, но тот был так занят, что вечно носился с этажа на этаж, нервно улыбался и только успевал говорить: «Потом поговорим, принцесса, ты прекрасна сегодня, как всегда». Судя по всему, в агентстве был завал с документами: их ещё необходимо было перевести на японский, а единственный человек, который хорошо говорил по-японски, стал внезапным лидом этого проекта.

С лёгкой руки господина Анселла, который неизвестно зачем принял такое странное решение.

Модели, казалось, устали не меньше — что мужчины, что женщины. К восьми вечера они уже сменили несколько образов и тоже еле держались в вертикальном положении. Как только Айзек объявил, что на сегодня всё, — они тут же разошлись, даже не пытаясь ждать на улице симпатичных коллег.

Сегодня у них не было сил. Возможно, это была самая энергозатратная съёмка за последние несколько месяцев.

В фотостудии остались только Селена, Эви и несколько костюмеров, которые рассовывали одежду по чехлам. Селена стеклянными глазами таращилась на серый пол в надежде, что «Пришелец» всё-таки появится и решит отвезти её домой, но его всё не было. С каждой секундой надежда на удачу таяла, как на рассвете таял утренний туман. Настроение было чуть хуже, чем плохое.