Полная версия книги - "Слишком хорошая (СИ) - Шнайдер Анна"

Но стыдно было не только поэтому. Точнее, совсем даже не поэтому…

Если бы была возможность заглянуть в будущее и узнать, будешь ты счастлив с конкретным человеком или он через пару лет разобьёт тебе сердце — Наташа давно бы ею воспользовалась. Быть с Максом можно только со страховкой, иначе никак.

Но никто не оформляет никаких страховок на отношения, не даёт гарантий — и Наташе приходилось терпеть, сцепив зубы и убеждая себя, что так будет лучше для всех.

А как иначе? Разве возможен какой-то иной путь?..

Среда началась с того, что Наташа едва не проспала: спасибо старшему, разбудил, осознав, что мать с утра долго не выходит из комнаты. А Наташа как-то умудрилась выключить будильник и вместо того, чтобы встать, рухнуть обратно на подушку и тут же уснуть. Стареет, наверное.

Нагоняя упущенное время, она, разумеется, не стала завтракать — только умылась, оделась и сразу поспешила на работу, пожелав сыновьям отличного дня. Настроение было каким-то взбудораженным, тревожным, но почему, понять Наташа не могла. Вроде бы ничего особенного, обычный день посреди заурядной рабочей недели…

Ах, да.

Макс ведь пообещал что-то объяснить ей сегодня. Накануне, когда они сидели в том кафе, как его… «Стручок», точно. Они не договорили, потому что позвонил Эдуард Арамович, и Макс сказал: «Завтра».

Как только Наташа вспомнила об этом, желудок сразу непроизвольно сделал сальто-мортале. Что же это такое, когда же она научится спокойно думать про Карелина? Вон как про Влада — он парень, конечно, привлекательный, но взрыв мозга вызывает лишь во время непосредственного физического контакта, когда соскучившиеся по мужчине гормоны устраивают настоящий бунт. А нет его рядом — и вроде как и не надо.

С Максом всё совсем иначе. Есть он рядом, нет его — без особой разницы. Одна мысль о нём вызывает такой трепет — куда там Владу! А уж если бы вздумал вновь поцеловать, от Наташиной рассудительности почти наверняка не осталось бы камня на камня, песчинка на песчинке. Всю бы смыло тайфуном по имени Максим.

А вот, кстати, и он.

Третий день подряд Карелин встретился Наташе возле лифтов, и она на этот раз даже не стала удивляться.

Кажется, сама судьба решила сталкивать их лбами до тех пор, пока не набьют друг другу шишек… или не поймут того, что надо было понять уже давно, а не играть в детский сад «Ромашка».

Натянув на губы приветливую улыбку, Наташа встала рядом с Максом и поздоровалась:

— Доброе утро.

76

Макс

Утро среды началось неожиданно: с тихого Наташиного голоса и безумного удивления Макса, что третий день подряд они одновременно приходят на работу. Столько лет в этом офисе — и подобные случаи можно по пальцам пересчитать, а тут вдруг такие совпадения.

Когда Наташа подошла, чтобы поздороваться, Карелин рылся в телефоне, просматривая список дел на сегодня и мысленно подмечая, что день предстоит тяжёлый. Но это не помешало ему улыбнуться, когда он услышал Наташино «доброе утро».

— Привет, — сказал Макс, убирая телефон. Посмотрел на Наташу и улыбнулся шире: Касаткина, по-видимому, только что сняла шапку, и теперь чуть влажные пряди кокетливо вились возле лба. Прядям соответствовал и взгляд — чуть лукавый и, несомненно, радостный. Она действительно была рада его видеть, и понимание этого грело, настраивая на позитивный лад.

— Завтра я постараюсь встать раньше, чтобы прервать цепочку странных совпадений, — пошутила Наташа с лёгкой улыбкой. — А то уже как-то боязно. Вдруг ты меня преследуешь?

— Конечно, преследую, — согласился Макс, подмигнув ей. — А ты сомневалась?

— Ну…

В этот момент двери двух лифтов распахнулись, толпа разделилась, и Карелин, чтобы не потерять Наташу, взял её за руку. Он был без перчаток, она тоже, и это вполне обычное прикосновение тем не менее отозвалось в груди теплом и горечью сожаления.

Дурак он, да. Круглый дурак. Надо было раньше…

— Я расстался с Дианой, — шепнул Макс Наташе на ухо, когда они заняли место в лифте и кабина поехала вверх. Касаткина замерла, и он заметил, как её глаза округлились.

— Зачем? — выдохнула Наташа.

— Я её не люблю и не желаю тешить ложными надеждами.

— Я не об этом… Зачем ты мне это говоришь?

Лифт остановился на очередном этаже, люди повалили наружу, и Макс, проводив взглядом спины незнакомых мужчин и женщин, ответил, вновь поворачиваясь к Наташе:

— Хочу, чтобы ты знала.

Он посмотрел ей прямо в глаза — и заметил в них растерянность. Хорошо бы пояснить… но не сейчас.

— Пообедаешь со мной? — предложил Макс, и Наташа слегка заторможенно кивнула, не отрывая от его лица ищущего взгляда.

Он хорошо знал этот взгляд — она всегда так смотрела, когда хотела, но не могла чего-то понять. Забавно — неужели и правда не понимает?

Очевидно ведь.

— Да, пообедаю.

А дальше… Да, это было форменным безобразием, но Карелин не удержался. И когда лифт остановился на его сорок девятом этаже, быстро поцеловал Наташу в губы, задержавшись лишь на секунду — сразу отпрянул и выскочил наружу, опасаясь услышать возражения.

Как подросток, ей-богу!

77

Наташа

И кто бы объяснил, почему она улыбается? Злиться надо, что Макс вот так — взял и поцеловал, будто всё правильно, так и надо. Но не надо ведь. Не надо же?

Второй день она пытается доказать самой себе и другим людям, что не надо. Получается? Почему-то нет.

И вот это «Я расстался с Дианой» вновь поколебало Наташину уверенность в принятом одиннадцать лет назад решении. Глупо! Дело ведь не в Диане, а в том, что Карелин и верность — две параллельные прямые, которые не пересекаются ни при каких условиях. Даже в пресловутой теории Лобачевского — Наташа отлично помнила, как много лет назад увлечённый математикой Димка объяснял ей, что вопреки известным утверждениям параллельные прямые не пересекаются и там.

Да, они с Максом — параллельные прямые, и надо бы прекратить улыбаться, как наивная школьница, сохранившая веру в то, что на свете бывает «долго и счастливо». Не бывает! Если уж долго, то несчастливо, а если счастливо, то недолго — так вернее. И лучше уж замутить с Владом, который точно не пролезет в сердце и душу, чем рисковать собственной психикой, вновь связываясь с Карелиным.

Логично? Логично.

Но от подобных рассуждений мутило, как от долго катания на карусели, да и улыбка с губ никак не стиралась. Наташа невольно подумала, что последние годы именно катанием на карусели и занималась, пора бы слезать, но головокружение в любом случае неизбежно, вот только… что дальше?

Впрочем, какая разница? Впереди рабочий день, о нём надо думать, а не о любви.

Впоследствии оказалось, что впереди был не просто рабочий день, а адский рабочий день — Эдуард Арамович загрузил Наташу по самые уши, она даже на обед не успела выбраться. Купила в автомате на этаже сэндвич, его и съела, не сходя с места и не отрываясь от срочных документов. Карелин, конечно, пытался её выманить, звонил и спрашивал, но Наташе очень не хотелось задерживаться вечером, поэтому она отказалась. И слегка удивилась, услышав от Макса в ответ:

— Давай я тебя после работы до дома подвезу.

— Я не сразу домой поеду, — призналась Наташа и удивилась ещё сильнее, разобрав в голосе Карелина ревнивые нотки:

— А куда?

— У Егора день рождения на следующей неделе, мне надо подарок его забрать. На сегодняшний вечер договорилась.

— С кем? — явно не понял Макс, и Наташа улыбнулась. Конечно, они же параллельные прямые… Поэтому он до сих пор не в курсе, что подарки можно покупать не только на маркетплейсах, но и с рук.

— С человеком, не с инопланетянином же, — хмыкнула Касаткина и хотела уже положить трубку, когда Карелин уточнил: