Полная версия книги - "Последний в списке (ЛП) - Доуз Эми"
А может, дело в том, что в глазах Макса появился тлеющий взгляд, когда я закончила укладывать волосы Эверли. Он напомнил мне взгляд, который я видела, когда мы катались на зиплайне, но я была достаточно близко, чтобы подтвердить это. Макс пялился на мою задницу. Без сомнения и без капли стыда. И когда его взгляд встретился с моим в зеркале, и он сказал «красивая», мужчина явно имел в виду не волосы Эверли.
Я чуть не кончила на месте.
Ладно, это неправда. В комнате был ребенок, и я не законченная извращенка!
Но мой желудок точно сделал кульбиты. Я до сих пор чувствую, как пульс колотится в жилах при мысли о том, как я заметила, что Макс на мгновение ослабил бдительность генерального директора. Одним своим выражением он подтвердил, что химия, которую я чувствовала между нами последние четырнадцать дней, не была лишь плодом моего воображения.
Если бы только он попросил меня остаться с ним на ночь. При этой мысли меня пронзает вожделение, а бедра сжимаются вокруг вибратора.
Я представляю, как он берет меня за руку и ведет в душ, снимает с меня одежду, исследуя мои изгибы. От одной мысли об этом я задыхаюсь, чувствуя, как соски напрягаются под натянутой тканью.
Другой рукой я ласкаю свой живот, представляя, что это его мужественные пальцы, прокладывающие путь вверх по моей груди. Вздрагиваю от вибрации между ног, дыхание учащается, когда чувствую приближение оргазма.
Пальцы сами собой обхватывают горло, и я представляю, как Макс шепчет мне каждое грязное слово, которое шептал герой из моей книги.
Приподнимая бедра, я гонюсь за оргазмом, который вот-вот наступит... уже почти...
Громкий стук в дверь в тот момент, когда я уже почти дошла до пропасти, заставляет меня вскрикнуть. Очень громко.
— Кассандра, что случилось? — раздается голос Макса, который врывается в мою незапертую дверь с фонариком в руках.
Он направляет рассеянный луч света по всему моему крошечному дому, выискивая причину моего испуга.
— Макс? — Я едва слышу свой голос из-за колотящегося сердца. От почти оргазма или от того, что напугана до полусмерти, точно не знаю.
Я вскакиваю с кровати и натягиваю одеяло, чтобы прикрыть свое полураздетое тело. Перегнувшись через перила, я вижу своего босса. Крепче сжимаю одеяло, глядя на его полностью промокшую белую футболку и серые спортивные штаны.
Тяжело опираюсь на перила, чувствуя, как пульсирует мой центр от фантазии, ставшей реальностью в моей гостиной.
Макс направляет на меня свой луч, и я прикрываюсь рукой от яркого света.
— Что ты здесь делаешь?
— Электричество отключили, — отвечает он, откидывая назад мокрые волосы и опуская свет. Сигнальный фонарь у ручья отбрасывает в окна голубоватый свет, достаточный, чтобы я могла разглядеть черты его лица. Мужчина выглядит взволнованным, когда добавляет: — Я шел, чтобы принести тебе фонарик. Услышал твой крик и подумал, что случилось что-то плохое.
Я нервно сглатываю, думая о том, что должно было произойти, и сдвигаю одеяло, чтобы прикрыть затвердевшие соски, едва не вывалившиеся из ночной рубашки.
— Прости, я просто...
Громкий стук у моих ног заставляет меня перевести взгляд с Макса на пол, где из-под одеяла выпал мой бледно-розовый вибратор. Широко раскрыв глаза, я молюсь, чтобы свет не зацепил его до того, как он упал на пол. Поспешно наклоняюсь, чтобы схватить его и спрятать обратно в складки одеяла.
Когда наклоняюсь, одеяло накрывает его, и мне становится трудно что-либо разглядеть, ориентируясь только на свет снизу. Пихаю ногой, чтобы сдвинуть одеяло в сторону, и нога соприкасается с вибратором.
К своему ужасу, как в замедленной съемке я наблюдаю, как вибратор падает через перила прямо туда, где подо мной стоит Макс.
С громким стуком, который эхом разносится по моему крошечному дому, он падает на пол.
— Я подниму, — говорит Макс, направляясь к устройству, которое теперь находится на первом этаже.
— Просто оставь его, — почти кричу я, отбрасывая одеяло и устремляясь вниз по этой дурацкой лестнице, которая до этого момента казалась мне очаровательной. Теперь я ненавижу ее с силой тысячи солнц. — Пожалуйста... не трогай! — Громко задыхаюсь, нащупывая следующую ступеньку лестницы.
— Без проблем, — предлагает Макс, направляясь к кухонной зоне, расположенной под лестницей.
— Пожалуйста, ради всего святого! — Мои ноги стучат по деревянному полу, когда я спрыгиваю с лестницы, когда до пола осталось три ступеньки.
По моим ногам пробегает дрожь, и я ныряю за вибратором как раз в тот момент, когда Макс наклоняется. Наши головы мгновенно сталкиваются, в результате чего мужчина роняет фонарь на мою босую ногу.
— Ай! — вскрикиваю я, нагибаясь, чтобы схватить пульсирующую от боли ногу, неловко подпрыгивая и хватаясь за лестницу для равновесия.
— Черт, Кассандра, ты в порядке? — Глаза Макса находят мои в темноте, его взгляд переходит на мою грудь.
Я опускаю взгляд, и сердцебиение учащается, потому что моя правая грудь полностью обнажена. Сосок и все остальное.
— Твою мать, — кричу я, отпуская ногу, чтобы одернуть ночную рубашку на груди. — Боже мой, как стыдно, — стону я, испытывая такой ужас, какого не испытывала за всю свою жизнь.
Забудьте об этом.
Это еще не все.
Воздух наполняет слабый шум, прорывающийся сквозь звон унижения в моих ушах.
Отчетливый, безошибочный трепет...
...вибрации.
Макс хмурит брови и без колебаний наклоняется и поднимает устройство с пола. Его губы приоткрываются с громким хлопком, когда он держит мой вибратор перед лицом, глядя на него так, словно это инопланетная форма жизни.
С разочарованным рыком я выхватываю устройство из его рук и быстро нажимаю на кнопку выключения, чтобы остановить звуковое сопровождение моего полного и окончательного унижения. Я кладу его на стойку и убираю с лица растрепанные волосы, прежде чем издать стон агонии.
— Кассандра, ты в порядке? — спрашивает Макс глубоким голосом, его запах вторгается в мои чувства, которые и так уже на пределе.
— Очевидно, нет. — Я поворачиваюсь к нему лицом и изо всех сил пытаюсь справиться с комком, подступающим к горлу. От эмоций мои соски напрягаются под атласом. Закрываю глаза, потому что его красивое, растерянное лицо кажется мне слишком великолепным, чтобы я могла это вынести. Почему я постоянно оказываюсь в неловких ситуациях с этим мужчиной? Что я сделала, чтобы заслужить такую пытку от богов?
Голос Макса хриплый, когда он спрашивает:
— Ты что?..
— Макс. — Я глубоко вдыхаю, прежде чем открыть глаза и посмотреть на его греховно сексуальное лицо. На его лбу пролегли такие озабоченные морщины, что мне снова становится стыдно. — Пожалуйста, молчи.
— Почему нет? — Его взгляд темнеет, когда капли дождя стекают по его лицу.
Мои глаза начинает щипать, и я с трудом сдерживаю слезы. Слезы, которые могут пролиться от жгучей боли в ступне, тупой боли на лбу, от почти невыносимого унижения...
...и сексуальной неудовлетворенности.
Последние две недели были лучшей и худшей пыткой. Я уже не знаю, с какого конца подходить к этому вопросу.
Поднимаю глаза, вглядываюсь в его лицо и жалею, что не могу сказать то, что мне нужно, не произнеся ни звука.
— Не спрашивай меня, что я делала или в порядке ли я, потому что тебе не понравится ответ.
Грудь Макса вздымается, когда он выдерживает мой взгляд и делает шаг ко мне, сжимая челюсть с каждой мучительной секундой, которая проходит.
— Все равно скажи мне. — Его голос мягок по сравнению с жесткими линиями на нахмуренном лбу.
Раскаты грома сотрясают крышу над нашими головами, и я делаю глубокий вдох, чувствуя, как последний клочок моего достоинства покидает крошечный домик и уносится ураганом. На выдохе я сдаюсь и стону:
— Я доставляла себе удовольствие, ясно? — Он смотрит на меня, не говоря ни слова, и я злюсь, что мне вообще пришлось признаться, когда доказательства того, что я делала, лежат на стойке. Мой голос становится громче от раздражения. — Счастлив? Тебе наконец-то удалось раскрыть один из моих секретов. Чувствуешь свое превосходство теперь, зная, что сводишь с ума не только меня, но и мое либидо? — Я практически кричу на него, а в его глазах плещется нечто, что я могу принять за отвращение. — Ты чувствуешь себя...