Полная версия книги - "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция - Рейли Кора"

– Тогда отпусти меня.

Ромеро тут же выпустил меня и сделал шаг назад. Я оставалась на своем месте. Я хотела прикоснуться к нему, хотела, чтобы он сделал в ответ то же самое. Он чертыхнулся, а затем навис надо мной – одна рука Ромеро обхватывала мой затылок, вторая – бедро. Я почти чувствовала вкус его губ, настолько близко он был. От прикосновения Ромеро я ощутила себя живой, и мне хотелось ощущать это еще сильнее, раствориться в этих ощущениях.

– Уходи, – прохрипел он. – Уходи, прежде чем я нарушу свою клятву.

Это было полумольбой, полуприказом.

Я хотела, чтобы он нарушил клятву, ничего так не желала, но что‑то в его взгляде вынудило меня отступить на несколько шагов. Я была храброй, но не глупой. Скользнув взглядом по его телу, я быстро бросилась прочь и остановилась лишь для того, чтобы проверить, что в коридоре никого не было. Я почти добралась до своей комнаты, когда появилась Джианна, все еще одетая в пижаму, с чашкой горячего шоколада в руках. Она застыла как вкопанная, ее глаза подозрительно сощурились.

– Почему ты крадешься по коридору в одной ночнушке? Что ты делаешь?

Зачем она сегодня так рано проснулась?

– Ничего, – ответила я слишком быстро и почувствовала, как румянец заливает мои щеки. Когда мое тело перестанет выдавать меня?

– Ничего, – повторила Джианна, скрестив руки на груди и делая глоток из чашки. – Ага. А комната Ромеро разве не в той части дома?

Я пожала плечами.

– Может. Не похоже на то, чтобы он звал меня туда.

– Это не значит, что тебя там не было.

– Допрос закончен? Не понимаю, почему порой ты говоришь как отец. Ты не тот человек, который вечно следует правилам.

– Тише, тигренок. Мне всего лишь любопытно. Мне все равно, что ты можешь наведываться к Ромеро, и как часто ты это делаешь, но ты же знаешь правила игры. Если прислуга поймает тебя, слухи распространятся, словно пожар. Ты должна быть умнее. То, что ты носишься по дому словно курица, которой отрубили голову, не упрощает дело. Если бы на моем месте была Ария, тебе бы пришлось объяснять куда больше.

– Я не делаю ничего ужасного, – упрямо повторила я.

Джианна горько усмехнулась.

– Знаю. Но это не означает, что тебя не накажут за это. Просто будь осторожна. – Она протянула мне чашку с горячим шоколадом. – Думаю, ты нуждаешься в этом больше, чем я.

Я думала, что была осторожна, но мои сестры видели меня насквозь. Я лишь могла надеяться, что они не раскроют мой секрет своим мужьям. И у Ромеро, и у меня будут огромные проблемы, если люди начнут думать, что между нами что‑то есть, пусть ничего такого и не было. Всем было плевать на правду. Мне было жаль, что между нами так ничего и не произошло; жаль, что Ромеро не поцеловал меня так, как я того хотела; жаль, что он не зашел дальше поцелуев.

РОМЕРО

Я едва не кинулся за Лилианой, чтобы затащить ее обратно в мою комнату. Черт подери! Она хотела меня. Это было явно написано на ее лице. В тот момент, когда я только обернулся и увидел ее, ее огромные голубые глаза, я подумал, что мне это привиделось. В конце концов, я фантазировал о ней, пока принимал душ. Я слишком часто о ней думаю. Если бы Лука знал, как сложно мне собраться с мыслями в такие моменты, он бы предпочел, чтобы кто‑то другой охранял Арию, и вернул бы меня в Нью‑Йорк, подальше от Лили. Если бы я был хорошим солдатом, я бы попросил его об этом, но я не хотел уезжать. Я хотел оставаться рядом с Лили.

Я провел рукой по влажным волосам, пока пялился на дверь ванной. Почему я прогнал ее? Она хотела, чтобы я поцеловал ее. Она хотела куда большего. Почему же тогда я послушал свою ебанную совесть?

Хотя даже не совесть удерживала меня от того, чтобы поцеловать Лили. Если бы я поцеловал Лили, я бы нарушил свою клятву перед мафией. Но и это не главная причина. Даже если Лили не была на самом деле моей, я хотел защищать ее от нее самой. Вероятно, она даже не понимала последствий своего флирта с кем‑то типа меня. В нашем мире вся ценность девушки заключалась в ее репутации, ее чистоте, особенно когда речь шла о девушках из высшего общества. Но даже среди простых членов мафии лишь немногие девушки могли встречаться с теми, кого выбрали. Мы следовали этим правилам вот уже более века, и я сомневался, что в скором времени что‑либо изменится. Если я позволю Лили приблизиться, если позволю чему‑то случиться между нами, если я сделаю с ней то, что хочу, ее репутация будет разрушена в глазах общества.

Конечно, была масса вещей, которыми мы могли бы заниматься, не повредив ее девственную плеву. Так много всякого, черт подери!

Было слишком опасно думать об этом. Если я в самом деле начну размышлять о способах быть с Лили, не навредив ей, а уж тем более воплощать их в жизнь, я не уверен, что смогу остановить себя в нужный момент. Как минимум, если Лили не попросит остановиться, а у меня было предчувствие, что она не сделает этого.

Во время завтрака я вел себя так, будто бы ничего не произошло. Ария была слишком внимательна к нам с Лили, а Джианна, казалось, знала куда больше, чем должна была.

Лили встречалась со мной взглядом, когда ее сестры не смотрели, и от того, что я видел в ее глазах, мое член дергался. Сегодня я открылся перед ней. Теперь она знала, что я тоже хочу ее.

Всю свою жизнь я посвятил другим, всегда ставя собственные нужды на второй план. Неужели будет настолько плохо, если я хотя бы раз получу желаемое? Никогда в своей жизни я не хотел ничего так, как девушку, сидевшую напротив меня.

Почему я должен отказывать себе в этом?

Глава 8

ЛИЛИАНА

Я пялилась в потолок. Темень была непроглядная. Я даже не могла рассмотреть собственную руку. Порой казалось, что темнота – это то, из чего состоит моя жизнь. Долгий туннель без конца. Особенно по ночам меня преследовали слова мамы. Я пообещала ей быть счастливой, но даже не знала, как это сделать. Беспроглядное одиночество завладело мной со времени смерти мамы. Мы никогда не были с ней настолько же близки, насколько другие девочки со своими матерями, но она всегда была рядом. Теперь же казалось, что я осталась одна. Конечно, был еще Фаби, но он маленький и скоро станет членом мафии, а отец… Жизнь в Хэпмтонс сделала меня счастливой, но это временно.

Раньше мои сестры всегда были рядом, когда нужны, но теперь у них были собственные семьи, а вскоре появятся и дети. Они все еще любили меня, заботились обо мне, но я хотела собственного счастья и жить отдельно от них. Я хотела того, что было у них. И я знала, что единственным человеком, который может даровать мне такое счастье, был Ромеро.

Он по‑другому смотрел на меня этим летом. В прошлые годы выражение его лица ясно говорило о том, что я всего лишь девчонка в его глазах, кто‑то, кого нужно защищать. Но недавно что‑то изменилось. Я конечно же не была экспертом по части мужчин, но в его взгляде появился отголосок чего‑то, что я часто видела на лице Луки, когда он смотрел на мою сестру.

Как минимум, мне так казалось. Я откинула покрывало и села. Я даже не стала включать свет, боясь привлечь внимание, и наощупь направилась к двери. Я медленно опустила ручку и выскользнула в коридор. Там было тихо и темно, но здесь я хотя бы могла рассмотреть очертания предметов. Не то, чтобы мне нужен был свет, чтобы найти спальню Ромеро. Я точно знала, где она находится. Я бесчисленное количество раз представляла, как пробираюсь туда. Но прежде разум останавливал меня. Этим вечером я слишком устала слушать голос рассудка. Я не хотела быть одна, не хотела проводить ночи напролет, пялясь в темноту, грустная и одинокая. Я кралась по коридору, стараясь не издать ни звука, едва осмеливаясь дышать. Когда я оказалась у двери в комнату Ромеро, то замерла перед ней. Внутри было тихо. Конечно, уже было за полночь, а он всегда рано поднимался, чтобы побегать.