Полная версия книги - "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция - Рейли Кора"

– Что думаете, Джианна? Вам было бы интересно? – спросила хозяйка, Мириам. Она вопросительно приподняла брови, но благодаря ботоксу остальная часть ее лица осталась статична, и на нем застыло подобие скуки.

Я метнула взгляд на Арию, в надежде, что она поможет мне выйти из положения, потому что понятия не имела, о чем говорила Мириам. Маттео со своими пальцами совершенно сбил меня с толку.

– Я знаю, что ты обожаешь современное искусство, и не так‑то просто попасть на персональную экскурсию по музею Гуггенхайма. Я уверена, что Маттео сможет выбрать время, чтобы провести его там с тобой, – пояснила Ария, многозначительно взглянув на меня.

Мне захотелось ее расцеловать. Она неизменно спасала положение.

– Да, я с удовольствием… – Маттео скользнул пальцами между моих складок, осторожно раздвигая их и обнаруживая мою влажность и жажду. Сукин сын. Он все так же продолжал беседу с Лукой и другими мужчинами, как будто ничего такого под столом не происходит.

Ария с женщинами наблюдали за мной, ожидая ответа. Прочистив горло, я со всей силы пнула Маттео по ноге, прежде чем продолжила:

– С удовольствием приму ваше предложение. – Ну это ли не речь светской львицы? Трофейная жена во всех отношениях.

Маттео добрался пальцами уже до клитора и принялся вырисовывать по нему небольшие круги. Я сжала губы, чтобы сдержать стон. К счастью, Мириам пустилась в очередное повествование о поездке на Карибы, и я опять сделала вид, что внимательно слушаю. Лишь Ария время от времени с тревогой погладывала на меня, видимо, подозревая, что я неважно себя чувствую.

Если бы она только знала. Официанты принесли основное блюдо, но я едва обратила на него внимание.

Даже не собираясь этого делать, я раздвинула ноги чуть шире, чтобы обеспечить Маттео лучший доступ к моим влажным складкам. Он скользнул этими своими умелыми пальцами вверх и вниз, подразнив мой вход, прежде чем вернулся к набухшему клитору. Я стиснула пальцами свой бокал с вином. И, если бы сейчас сломала его надвое из‑за такой крепкой хватки, меня это не удивило бы. Я тяжело дышала, в то время как Маттео поддерживал медленный ритм, подводя меня все ближе и ближе к освобождению. Мне следовало оттолкнуть его руку, следовало остановить это безумие, прежде чем этот вечер станет самым неловким за всю мою жизнь, но острая потребность взяла верх и выкинула из головы любой намек на разум. Сжевав пару кусочков телятины, я отложила вилку. Я испытывала голод, но только иного рода.

Наконец, Маттео ввел в меня палец, и я с трудом удержалась от всхлипа. Я была уже так близко. Разве сумею я вообще не издать ни звука?

Но все зашло настолько далеко, что мне уже было плевать. Маттео по‑прежнему сидел, не глядя на меня. Вместо этого он полностью сосредоточился на беседе, или, по крайней мере, делал вид. Я возненавидела его за такое актерское мастерство. Он никуда не спешил, подводя меня все ближе и ближе к краю. Боже, это была самая восхитительная пытка.

Его искусные пальцы стали центром моего существования, пока внезапно, без предупреждения, он не вытащил их. Я потрясенно уставилась на него, только сейчас осознав, что вернулись официанты, принеся нам десерт: шоколадный мусс. Маттео повернулся ко мне, одарив понимающей улыбкой.

Мне захотелось сорвать с него одежду и отплатить той же монетой, довести до края, только чтобы отказать ему в освобождении. Маттео окунул палец в мусс, тот самый палец, которым прикасался ко мне, и, сунув себе в рот, старательно облизал его.

– М‑м‑м. Вкуснятина.

Меня трясло от желания, но в тот момент мне хотелось ткнуть Маттео рожей в этот идиотский мусс. Он взял ложечку и начал есть как ни в чем не бывало. Я же сидела, не шевелясь, и Ария вопросительно уставилась на меня.

Я чересчур сильно вцепилась в свою ложку и сунула ее с порцией мусса себе в рот. Это было вкусно, сливочно и очень шоколадно, но теперь все это напоминало мне пальцы Маттео и то, что он вытворял ими всего лишь минуту назад. Что ж, в эту игру могут играть двое. Расправившись с десертом, я скользнула рукой под стол и положила ладонь между ног Маттео. Я обнаружила, что он уже возбужден, и осознание этого заставило меня ещё сильнее изнывать от желания. Я было начала подумывать о том, чтобы самой приласкать себя вместо того, чтобы дразнить Маттео, но отбросила эту мысль. Если собираюсь выиграть в этой игре, должна сыграть. Я сомкнула пальцы вокруг длины Маттео, и он потихоньку втянул воздух, перед тем как встретиться со мной взглядом. Один уголок его рта дернулся. Я массировала его через ткань брюк, чувствуя, как он твердеет и увеличивается. К сожалению, мое собственное тело тоже на это отреагировало.

Маттео отвернулся от меня к сидевшему напротив него пожилому мужчине, который спросил его о чем‑то, и я воспользовалась моментом, чтобы добраться до головки его члена и начать ее потирать. Маттео было проще. Ему не пришлось преодолевать столько барьеров между его пальцами и их целью, но когда я занялась головкой его члена, то заметила, как сжались его челюсти, и поняла, что Маттео не настолько невозмутим. И, в отличие от меня, ему будет проблематично скрыть свое возбуждение, если он встанет или, того хуже, кончит в собственные штаны. Эта мысль вызвала у меня злорадную ухмылку.

Ария склонилась ко мне через стол. Я очень надеялась, что она ничего не заметит.

– Да что с тобой такое? Ты ведешь себя странно, – прошептала она.

Я покачала головой и одними губами произнесла «позже», при этом не прекращая орудовать рукой под столом. Я надеялась, что Маттео уже близко. Хотя точно сказать было трудно. Он отвернулся от меня и вел серьезный разговор со стариком. Я сжала чуть сильнее, начиная нервничать, и добилась наконец еще одной, хотя и мимолетной реакции. Маттео слегка напрягся, но затем явно заставил себя расслабиться. Мне хотелось кричать от разочарования.

Только я вознамерилась ещё раз сжать руку, на этот раз посильнее, когда Маттео схватил мою ладонь под столом и убрал ее. Я бы вцепилась ему в промежность, если бы не волновалась, что могу ему навредить. Хоть ни за что и не призналась бы в этом, но мне нравился член Маттео, и в особенности то, что он мог им сделать. Я подняла глаза на мужа и встретилась с его взглядом. Кроме голода, в нем было что‑то еще. Что‑то, от чего мне захотелось пуститься наутёк, потому что мне показалось, я знаю, что это такое. И я почти уверена, что начала чувствовать то же самое. Я отдернула руку из его хватки, отодвинула стул назад и выпрямилась.

Вежливо улыбнувшись остальным гостям, я произнесла:

– Прошу меня извинить. – Не взглянув на Маттео, я направилась прямиком в ту сторону, где рассчитывала обнаружить уборную.

Мне пришлось собрать все свое самообладание, чтобы не пуститься бежать вниз по длинному коридору, отходящему от основной части апартаментов. Войдя в уборную, я протяжно выдохнула. Щеки у меня раскраснелись, но не настолько, чтобы кто‑нибудь мог что‑то заподозрить. По крайней мере, я на это надеялась. Вцепившись в край раковины, я сильно зажмурилась. Сердце бешено колотилось в груди. Внезапно я почувствовала, что кто‑то схватил меня за бедра, и, открыв глаза, посмотрела в зеркало. Надо мной навис Маттео, и взгляд его буквально обжигал желанием. Он прижался бедрами к моей заднице.

– Ты слишком рано сбежала. – Одной рукой он скользнул мне под платье, в то время как другой потянул молнию вниз.

– Ты что творишь? – прошипела я, метнув взгляд в сторону двери. – Что, если сюда кто‑нибудь войдет?

– Кого это ебет? Пусть увидят лучшее шоу в своей скучной жизни. Готов поспорить, эти сучки уже сто лет не видели мужского члена. – Он отодвинул мои трусики в сторону и толкнул в меня два пальца. Я выпятила задницу, предоставляя ему лучший доступ. Как будто мое тело действовало по своему усмотрению, даже когда мой мозг кричал о том, чтобы оттолкнуть его.

– Маттео, – задыхаясь, произнесла я. – Закрой эту гребаную дверь.

Он восхитительно медленно двигал пальцами во мне. Я двигала бедрами синхронно с ним, сильнее насаживаясь на его пальцы.