Полная версия книги - "Мир Мертвых (ЛП) - Хэмлин Джек"

- Согласен, - сказал я.

- Дело в том, что я беспокоюсь о тебе.

- Тебе не нужно.

- Но я беспокоюсь. Я чувствую боль внутри тебя. Может, ты притворяешься, что ее нет, но она есть, и я ее чувствую. Нет. Позволь мне закончить, - сказала она. - Внутри тебя осталась пустота после смерти Рики. Ты - человек, привыкший к тому, что женщина заботится о тебе, присматривает за тобой и следит, чтобы с тобой все было в порядке. Именно этим и занималась Рики. А без нее ты не можешь обрести равновесие, потому что она всегда была рядом, и ты мог на нее опереться.

Я хотел сказать ей, что она не знает, о чем говорит, но на самом деле она знала точно, о чем говорит. Брак должен строиться на любви, дружбе и взаимном уважении, но это не все. Речь идет и о зависимости, хотим мы это признавать или нет. Ты и твоя жена, твой муж - как бы то ни было - зависите друг от друга так, что это становится очевидным только тогда, когда их больше нет и ты остаешься один на один со всем миром. Тогда ты это видишь. Тогда ты осознаешь, чем это было на самом деле, и понимаешь, что потерял.

- Рики не хотела бы, чтобы ты остался один, - сказала Сабелия. - Если бы она хоть немного тебя любила, она бы этого не хотела.

- Сабелия...

- Не позволяй своему мужскому эго раздуваться, Стив. Я не флиртую с тобой, а если бы и флиртовала, то выбрала бы место получше. Я просто говорю, что ты мне нравишься, и ты знаешь, что ты мне нравишься. Ты мне понравился с первого взгляда, когда ты и Райли пришли освободить нас из лагеря АРМ в школе. Я посмотрела на тебя, и что-то во мне зашевелилось, и с тех пор не перестает будоражить.

Я онемел. Я знал, что она испытывает ко мне чувства, так же как знал, что и я испытываю чувства к ней. Но моя жена умерла всего несколько месяцев назад. Да, в этом жестоком новом мире такое время было равноценно году в старом мире, если не десятилетию, но все равно было слишком рано. Я запутался в своих собственных эмоциях, в своем горе и в своем чувстве вины. Я не был готов ни к чему, даже к чему-то такому простому, как случайная связь на одну ночь. И для мужчины признаться в этом - настоящий ад, но я признаюсь: я чувствовал себя уязвимым. Это, наверное, звучит довольно по-девчачьи, но так оно и было. Я видел, как умирала моя жена, и знал: если бы я принял несколько других решений, этого, возможно, не случилось бы. Самообвинения разъедали меня изнутри, и я чувствовал, что держусь на одной лишь силе воли и решимости, понимая, что не могу сломаться, потому что у меня есть сын, о котором я должен думать.

- Я хочу стать частью твоей жизни и заполнить эту пустоту в тебе, - сказала Сабелия с той прямотой, которая была присуща только ей.

- Пока это невозможно. Пока еще нет.

- Вот что мне в тебе нравится, - призналась она. - Ты поступаешь правильно. Я знаю, что ты хочешь меня. Но ты готов подождать и поступить как следует.

- Может, ты меня слишком хорошо знаешь.

Она пожала плечами. - Может. Но наступит время, когда тебе захочется, чтобы кто-то о тебе позаботился, и я надеюсь, что это буду я.

- Не думаю, что это мог бы быть кто-то другой.

- Хорошо. Я не знаю, что с нами будет, но хочу, чтобы ты знал: я рядом. И что я чувствую. Если ты когда-нибудь окажешься в одиночестве, испугаешься или растеряешься и тебе понадобится кто-то, я хочу, чтобы ты пришел ко мне. Я серьезно. Приди сначала ко мне.

- Приду.

- Это обещание?

- Да.

Я не уверен, кто из нас поцеловал кого - я ее или она меня, - но это был лишь легкий поцелуй, лишенный страсти и чего-либо подобного. Наше обещание, можно сказать, было скреплено поцелуем.

- Вы двое уже закончили целоваться? - спросил Так с присущей ему деликатностью.

- Ну? - наконец спросила Сабелия.

- Давайте убираться отсюда, - сказал он. - Я нашел оружейную.

Он вывел нас оттуда.

Запах дыма становился все сильнее, и я догадался, что все здание начинает гореть. Так вел нас по коридору. Там было много комнат, которые, должно быть, были кабинетами. Оружейная напоминала большой гараж, но была полностью опустошена. Я предположил, что, возможно, ARM или похожая группировка разграбила ее, как и думала Сабелия. И, может быть, именно та самая, которая обстреляла нас из минометов.

Как бы то ни было, мы очень тщательно обыскали помещение, но не нашли ничего, кроме множества пустых ящиков с патронами, ящиков оливково-зеленого цвета, картонных коробок, а также нескольких одеял и сапог, разбросанных повсюду. Мы обнаружили несколько патронов 9 мм, разбросанных по полу, но больше ничего ценного. Двери, ведущие внутрь, выглядели так, словно их взорвали зарядами, а в стенах были пулевые отверстия. Я подумал, если там укрывался кто-то и сражался до последнего, то кто это был.

Неважно.

Единственное интересное, что мы нашли, - это человеческий череп без челюсти, поставленный на ящик, словно какой-то часовой. Черепа в наши дни уже не были редкостью, но этот был другим. По всему его поверхности рос какой-то странный желтый грибок, который выглядел почти как мех. Его нити прилипали к стене позади него и врастали прямо в ящик, как волокна гнилого дерева. От него исходил ужасный, затхлый, как будто из-под земли, запах.

Посветив на него светом, Так сказал: - Бедный мистер Грибок, я его хорошо знал.

Возможно, это должно было быть смешно, но никто из нас не смеялся. В этой дряни, покрывающей череп со всех сторон, было что-то мрачное и странное.

- Что это, черт возьми, за штука? - спросила Сабелия.

- Просто плесень, грибок или что-то в этом роде, - ответил ей Так. - Как то, что растет на мертвом дереве.

- Но это другое, - сказала она.

Это точно было так.

Но мы не знали, насколько это было необычно, пока Так не подошел к нему и не ткнул в него стволом своего CAR-15. Ствол легко вонзился в него. Череп был мягким и губчатым. Из него вытекла серая жидкость, и от ее зловония мы все отвернулись.

- Это ненормально, - сказала Сабелия.

- У меня от этого мурашки по коже, - вставил Так.

- Давайте просто уйдем, - сказал я им. - Давайте просто убираться отсюда к черту.

Никто не стал спорить.

Выйдя в коридор, я прислушивался к звуку "Страйкера.

Снаружи было так тихо, что я едва мог различить низкий рокот его холостого хода. Я продолжал вести нас в том направлении. Наконец мы вошли в казарму, где железные кровати стояли рядами, как в учебном лагере. Одеяла были сняты, а шкафчики опустошены, но мы едва заметили это из-за трупов.

Комплекс "Уайт-Плейнс Армори

СКОТОБОЙНЯ

Я насчитал их семерых.

Как скот на скотобойне, их подвесили вниз головой за ноги. Веревку обвязали вокруг их лодыжек и привязали к балке над головой. Кончики их пальцев едва касались пола. На всех были грязные, окровавленные военные униформы, и они могли быть как из Национальной гвардии, так и из ARM, если на то пошло. Точно сказать было действительно трудно.

Но в луче моего фонаря я заметил, что у каждого из них были широко перерезанные горла и в каждого выстрелили в голову.

Осматривать их было ужасно, но к тому моменту мы уже достаточно закалились.

- Может, нам просто стоит убираться отсюда, - сказала Сабелия, как всегда проявляя здравый смысл.

Однако Так и я были слишком заинтригованы тем, что видели.

За время войны и после падения цивилизации я видел тела в самых разных состояниях расчленения и увечий, но это было нечто иное. Этих парней не повесили зомби и они не стали их пищей. Нет, их - довольно эффективно и аккуратно - повесили за ноги, пока они были живы или находились на грани смерти. На их лицах были синяки, и я догадался, что с ними довольно грубо обращались, прежде чем их повесили. На полу была кровь и кусочки мозга от выстрелов, но крови было недостаточно, чтобы действительно объяснить то, что я видел.