Полная версия книги - "Изгнанники Небесного Пояса - Виндж Джоан"

Бета постаралась задержать на лице и в голосе непреклонное выражение.

— Вади, ты меня не шантажируй, я все равно не передумаю.

Он мрачно поклонился.

— Я и не намеревался. Прошу у тебя привилегии принимать собственные решения, коль скоро ты ожидаешь, что я стану повиноваться твоим. Я лучше умру мучеником, нежели изменником.

Она вздохнула. Ногти впивались в ладони. Спасибо.

— Ну хорошо. Значит, в Лэнсинг отправятся только двое.

Птичка Алин вскинула голову с плеча Теневика Джека — она покачивалась там в его объятиях.

— Нет, Бета, мы не уйдем.

— Так, послушай…

— Нет, — сказал Теневик Джек. — Мы сделали для Лэнсинга то, что хотели. А для нас никто больше ничего не сделает. Мы лучше проведем недолгое время вместе, чем расстанемся навеки.

Он глянул на дверной проем.

— Ясно. — Она кивнула один раз, едва слыша, что говорит. — Тогда ступайте сюда, вы оба. — Они повиновались и подплыли к ней. Бета стянула по золотому перстню с пальца каждой руки. Потянулась к ним, взяла их левые руки в свои и надела кольца на тонкие указательные пальцы, один из которых был искривлен. Соединила руки, чтобы кольца не соскользнули с них. — Властью капитана этого корабля объявляю вас мужем и женой… Пусть будет ваша любовь глубокой, как тьма, и постоянной, как солнце.

Руки на мгновение задержались в ее руках. Теневик Джек вздрогнул. Она отвернулась и услышала, как двое покидают рубку. Клевелл ласково глянул на нее.

— Пап, оторвись на минутку от радио. Нужно местным немного водорода оставить, правда?

Оставалось семнадцать сотен секунд до контакта.

Лэнсинг, в трех сотнях километров, казался теперь зеленовато–пятнистым полумесяцем на темном фоне. Бета надеялась, что этого расстояния достаточно, чтобы жителям астероида не грозил пламень Небесный. Во всех направлениях раскинулся мрак, до ближайших звезд — световые годы. Рейнджер строили для того, чтобы перекинуть мосты через эти бездны на скоростях, сравнимых со световой. Но больше ему их не пересечь. Звездолет лежал на опустошенных берегах Небес, как выбросившийся на сушу кит — жертва примитивных охотников на примитивных корабликах с жалким оружием. Какая мрачная ирония в этом поражении.

— Пятьсот секунд, — произнес Вади.

Рыжинка уютно свернулась на его локте и вылизывала отставленную лапу.

Бета раскурила трубку, вдыхая привычный, успокаивающий аромат дыма.

— В этот момент пролетит первый корабль. Их разделяет примерно сотня секунд на каждом интервале. Но это уже неважно. Мы не успеем выполнить требования Маквонга.

Клевелл внезапно сардонически фыркнул.

— Папа, ну над чем ты смеешься?

Он примирительно повел головой.

— Над тем, как Демархия реагирует на речь Накаморэ. На их праведное негодование после того, как их публично обозвали теми, кто они суть.

— А выведи‑ка их, — с неожиданным интересом проговорил Вади. — Хочу послушать.

Рубку заполнил шум статики, смешанный с невнятными фразами. Клевелл убавил звук.

— Простите, но даже при максимальном усилении сигнала нужна некоторая сноровка, чтобы разобрать…

Четыреста секунд.

Он вдруг стащил наушники.

— Бета, ты не поверишь, но они на полном серьезе пытаются проголосовать. По вопросу о том, отпускать ли нас с миром.

Бета вылетела из кресла и со сдавленным вздохом зацепилась за край консоли.

— Папа! А нельзя разборчивей?

— Я пытаюсь. Корабли Маквонга уже достаточно близко, и наверняка мы в зоне направленного сигнала из Демархии.

Он вывел изображение на дисплей. Бета различила в пороше статики текст, узнала формат общего голосования Демархии. По низу экрана проступила светлая желтая полоса.

— Примерно пятьсот секунд до конца голосования.

— Пятьсот секунд? Иисусе. — Вади подлетел ближе, задев рукавом куртки ее руку.

— Пап, а пингани‑ка Маквонга.

— Пробовал. Они не хотят говорить.

Она представила себе, как меняются цифры. Рядом с затуманенной помехами картинкой на дисплеях Рейнджера отображалась проекция трех кораблей, идущих на сближение по звездному небу. Три корабля, как три пылающих факела: выхлопы двигателей направлены вперед. Тормозят наконец. Она выискивала в этом сиянии траекторию побледней, сулящую уничтожение.

Маквонг, дай нам время...

Клевелл выбрался со своего места и медленно скользнул вдоль консоли к Бете; она коснулась его руки. Цифры на хронометре уменьшались: так утекает песок в песчаных часах, выедая время жизни. Сто секунд до пролета первого судна… шестьдесят… пятьдесят…

Она осознала, что задерживает дыхание.

— Они не стреляют! Сорок секунд… Этот корабль по нам уже не выстрелит…

Тут под индикаторной полоской появилось лицо Маквонга.

— Капитан Торгюссен? — Она видела, как напряжены его лицо и лица тех, кто его окружает. — Мы только что получили результаты голосования, состоявшегося в Демархии. Большинством голосов решено, что вашу помощь Лэнсингу следует расценивать как свидетельство добрых намерений, капитан, и задачи нашей миссии теперь изменились… Накаморэ, надеюсь, вы слушаете? Вы наблюдали демонстрацию подлинных гибкости и силы Народа, мудрости и беспристрастности системы Демархии.

Он посмотрел в камеры журналистов, потом вернулся взглядом к экрану.

— Капитан Торгюссен, Демархия позволит вам отбыть беспрепятственно, если вы убедите нас, что центром распределения помощи, которую вы доставите на Небеса, станет именно она.

В его глазах читалась мольба Бете пообещать что угодно.

На центральном сегменте экрана показался второй корабль Демархии и пролетел мимо.

Появился Накаморэ.

— Маквонг, вы знаете, что я на это не соглашусь. — Голос его был спокоен, ведь нужда провоцировать слушателей отпала. — Я не требую, чтобы Гармонии передали контроль над распределением. Но и вы его не получите.

Бета застыла, поняв, что, хотя Накаморэ все еще может их отпустить, пользы это не принесет. Обещание, вырванное с ножом у горла, никуда не годится… и не решит проблемы. Следующий же корабль с Утренней Стороны угодит в идентичную ловушку алчности. Должен существовать способ, который устроил бы обе стороны… Она услышала чье‑то движение позади, обернулась: Теневик Джек и Птичка Алин мирно влетели в рубку, держась за руки.

— Что случилось? — Птичка Алин откинула мягкие волосы с глаз и прищурилась, разглядывая экран.

Бета отвернулась. Бледные глаза Маквонга искали ответа в ее лице.

— Лэнсинг! Маквонг и Накаморэ, передайте своим, что условия Утренней таковы: центром распределения помощи станет Лэнсинг, как столица всего Небесного Пояса. Ни одно из ваших правительств не получит предпочтения, и подход ко всем будет равным.

Они уставились на нее — изображения производили впечатление ирреальности. Ожила фигура Тирики, губы безмолвно зашевелились. Она прочла по ним: … уловка… требую уничтожить этот корабль…

Вади перегнулся через ее плечо.

— Лэнсинг не несет угрозы, Лицзэ! Демархия это примет. Ты знаешь, что примет.

Маквонг, которого схватил за плечо Тирики, отвернулся от камеры; Бета чувствовала охватившую Тирики ненависть. Она взглянула на компьютерную проекцию.

— Последний из их кораблей пройдет на расстоянии всего трехсот километров. Это позволит обстрелять нас практически вплотную. — Она мотнула головой на экран. — Если не увидим, как он пролетел мимо, значит, он нас в пыль разнесет…

Теневик Джек за спиной тоскливо проговорил:

— Хочешь сказать, что мы погибнем?

Маквонг стряхнул Тирики. Она не видела его лица, видела только, как он оборачивается к пылающему оку прессы и отдает приказ…

Накаморэ начал смеяться.

— Ну, спасибо, хаосово отродье!

Едва различимый, бледно–бледно–фиолетовый мазок перечеркнул тьму экрана перед ними и спустя удар сердца исчез. Третий корабль пролетел мимо.

Рейнджер, зона Лэнсинга, +3.15 мегасекунды