Полная версия книги - "Александр Григорьев - Шондар. Горизонты магии"

В глазах песок. Попытка поднять веки обрушилась катастрофой. Яркий свет беспощадно бьет по глазам и, проникая по нейронам в мозг, причиняет мучительные боли. Черт возьми! Это еще цветочки! Как и где? Да, главное где? Где я? Дышать тяжело, в голове муть и запахи: резкие, раздражающие, незнакомые.

– Саша, открой глаза! – И минуту спустя, – Ещё нашатырь!

Открываю, наплевать, что больно. Яркий свет. Вокруг светло – голубые стены, тихий гудящий шум приборов. Уже через секунду понимаю, дышать мешает интубационная трубка.

– Ты слышишь? – Он видит понимание во взгляде, – сейчас уберу трубку.

И кому-то в сторону: «Маску приготовь, на всякий случай». Дышать всё равно тяжело, но раньше думал, при экстубации мучает сильный кашель – оказалось, нет.

Второй день в реанимации. Даже не делаю попытки говорить. Лежу и тупо смотрю в потолок. Медсестры громко обсуждают размеры половых членов. Как-то отстраненно вспоминаю аварию. Но память услужливо подбрасывает незнакомые слова, образы и чувства.

Перевели в отделение и только здесь, после нормального сна и нескольких случайно услышанных фраз стал кое-что понимать.

– Тебе Саша повезло, жизнь спасли, – и после паузы, – а вот с ногами могут возникнуть проблемы, сам понимать должен; нужно хорошее оборудование и специалисты.

– Отправьте в другой город! – после произнесенных слов, появилось чувство дежавю.

Все встало на свои места одним рывком, подарив надежду и заставляя трепетать от страха. Уже вечером пытаюсь очень робко нащупать силу и проваливаюсь в астрал. Неожиданно легко. «Что же это такое?» – с робкой надеждой бьется мысль.

Понадобилось совсем немного времени, чтобы нащупать искру и во всем разобраться – поток силы омывает меня. Через пару часов я уже нормально двигаюсь, боли и слабости нет.

Все события, мои мытарства и смерть стояли перед глазами. Точно знаю, что приобрел силу! Точно знаю, что ТАМ я умер! Но почему я ЗДЕСЬ? Впустил в себя Шахи, злой на всех и вся: предавших и шедших за смертью. Я шел на смерть и умер.