Полная версия книги - "Бастардорождённый (СИ) - "DBorn""

— Вот, теперь я довольна, — отдышавшись, ответила девушка.

— Я рад, — улыбнулся ей в губы Джон.

Не успела Вель что-либо сказать в ответ, как Сноу уже сам вовлёк её в поцелуй, на этот раз он был более нежным и медленным. Джон медленно прошёлся ладонью вверх, от ягодицы к груди девушки, после чего сжал последнюю. Вель тихо застонала ему в рот. Они целовались следующие несколько минут, не отрываясь друг от друга. Из последних сил Джон смог взять себя в руки и оторваться от столь приятного занятия.

— Думаю, на сегодня хватит, — прохрипел он, девушка посмотрела на него затуманенным взглядом и смогла лишь кивнуть.

— До завтра, сир Джон.

— До завтра, Вель.

* * *

Пробуждение Джона вечером было не самым приятным, парень всё ещё отходил от последствий магического истощения и применения «Равновесия», а тело болезненно ныло. Заметив его пробуждение, служанка, что была в комнате, резко выбежала и, судя по звукам, кого-то звала. Спустя чуть более десяти минут к нему в комнату вошёл лорд Джорах вместе с Дейси и Лирой. Последняя демонстративно дулась.

— Сколько я проспал?

— Уже вечер, так что почти двое суток, — ответил ему Мормонт.

— Что с теми, кто был тяжело ранен?

— Мертвы.

— Блядь.

— Я тоже не рад их смерти, но у них почти не было шансов пережить хотя бы ночь.

— По крайней мере, эта ситуация с набегами решилась.

— Тебя обследует мейстер, после чего я хочу с тобой поговорить.

— Хорошо.

— Тогда я вас оставлю.

Джон с Дейси и Лирой потратили час после осмотра Джона на разговоры. Парень узнал последние новости и большую часть разговора потратил на то, чтобы заслужить у Лиры «прощение». Чуть позже к компании присоединилась и Вель.

Одичалая, казалось, уже спелась с Дейси и успела стать ей подругой за то время, пока Джон приходил в себя, да и Лира теперь не смотрела косо на светловолосую девушку. У Вель с Дейси уже появились шуточки, смысл которых понятен им одним. Сноу мог только поражаться скорости роста женской дружбы. Лорд Старк часто говорил, что истинные друзья обретаются на поле боя. Быть может, сражение с железнорождёнными плечом к плечу стало этому причиной, ну или общие переживания о Джоне.

— Ты теперь у нас важный сир рыцарь, — нарочито серьёзным тоном проговорила Дейси.

— И что это значит? — спросила Вель.

— Значит, что моё теперешнее положение лучше, чем было до этого.

— А оно было плохим?

— У бастардов оно довольно плохое, а я бастард.

— Тупые южане, к северу от Стены нет бастардов.

— На Медвежьем острове тоже, — поддержала её Дейси. — Но ты теперь у нас человек важный и тебе нужно знамя с личным гербом.

— А у тебя есть предложения? — спросил Джон.

— Обычно бастарды берут себе знамя отца, меняя цвета местами.

— Банальщина, — проворчал Джон. — Но лютоволк — зверь грозный, так что, думаю, его можно оставить, ещё предложения?

— Пусть у него будет окровавленная пасть, — предложила Вель.

— И пусть он кого-то защищает, — внесла свою лепту Лира.

Следующие пару часов ребята потратили на обсуждение, периодически прерываясь на разного рода шутки и истории. К концу разговора решение было принято окончательно. На знамени Джона будет красоваться белый лютоволк с окровавленной пастью и такими же красными глазами. За его спиной будет стоять девушка, облачённая в кольчугу и вооружённая копьем. Само знамя будет тёмно-синим, чуть ярче лезвия меча Джона. К концу этого обсуждения Лира наконец перестала дуться, а вся компания, казалось, сдружилась ещё сильнее.

— Волчонок, мы собираемся устроить на острове пирушку в честь твоего рыцарства.

— Мы? — уточнил Джон.

— Ну, я всё организую, а ты за всё заплатишь, — улыбнулась Дейси.

— Твоя мать не будет довольна пьянке большого количества посторонних людей в усадьбе.

— А что, таверну просто так строили?

— Я полагаю, что выбора у меня всё равно нет.

— А ты догадливый, — улыбнулась Дейси.

— Вот получишь ТЫ рыцарство, и тоже будешь проставляться, — пригрозил ей Джон.

— Обязательно, вот только девушек не посвящают.

— Ты забываешь, что лучший друг моего отца — король. Думаю, он может согласиться просто ради забавы.

— Блядь, — ответила Дейси, все остальные дружно засмеялись.

Они провели в замке ещё пару дней, Джон до конца восстановился и, как и обещал, вылечил Дейси и Вель. После чего Джона ждали разговоры с северными лордами и завершение дел с тушкой Эурона. Выжившие в бою солдаты теперь смотрели на Джона взглядом, в котором смешался трепет и благоговение.

Голову клятвопреступника отправили в столицу с двумя письмами. В первом были подробные объяснения всей возникшей на Севере ситуации, её разрешения и последствий — похожее ранее было отправлено лорду Старку. Второе же было более лаконичным и однострочным: «Восстание подавлено окончательно». Останки Грейджоя отправили на Пайк, а Мормонты наконец отплыли на свой остров.

* * *

Медвежий остров, несколько дней спустя

Таверна, что была отстроена неподалёку от порта, представляла собой трёхэтажную деревянную постройку. Первый этаж предсказуемо занимала харчевня вместе с кухней, а два верхних были полностью выделены под комнаты для съёма.

У таверны также была небольшая одноэтажная пристройка, в ней разместился единственный на острове небольшой бордель. Падших женщин работало в нём относительно немного: не более двух десятков, все они не из местных. Всё же у гостей острова часто возникает и потребность в шлюхах, а островитянки явно не намерены её удовлетворять.

У многих коренных жительниц острова, однако, есть дети, «пришлые от медведя», и это считается абсолютно нормальным и не вызывает никакого порицания или осуждения от общества, а сами дети никогда не будут носить кличку «Сноу». Дети от медведя не делают этих женщин падшими, готовыми раздвигать ноги перед кем угодно, таков уж менталитет островитян. Связано это с рядом факторов. Мужчины не всегда возвращаются живыми с длительной рыбалки в заливе, да и набеги пиратов и одичалых налётчиков делают своё дело, и очень часто мужчин, достойных стать отцами, на всех не хватает.

На острове есть даже мужчины, живущие под одной крышей с более чем одной женщиной, это тоже не вызывает отторжения. Суровые времена, когда женщины остаются вдовами, так и не познав радости материнства, могут привести и не к такому. Некоторые же просто хотят защиты и уверенности в завтрашнем дне, так что быть «второй» женой умелого воина, охотника или ремесленника вполне нормально.

Но мы отвлеклись от основного повествования, так что вернёмся к нему. Этим вечером в таверне был небольшой праздник. Праздновали, как нетрудно догадаться, посвящение одного юного бастарда в рыцари. Тут были люди, с которыми Джон за время пребывания на острове успел сблизиться. Слуги и солдаты, работники, рыбаки и гвардейцы, а также почти все дочери леди Мейдж, за исключением малышки Лианны.

Народ выпивал, выкрикивал тосты и поздравления и громко горланил песни, преимущественно похабного содержания. Столы ломились от разного рода яств и выпивки. Вино, эль и даже большое количество мёда с медоварни — Сноу не скупился.

— За сира Джона Сноу! — выкрикнул кто-то, подняв чашу с вином.

— За Кошмарного Волка! — подхватили остальные.

— За убийцу ебучего Грейджоя! Может, железнорождённые теперь не будут лезть на Север из-за страха перед ужасным волком!

Толпа поддержала громогласным рёвом, что сопровождался топаньем ногами по полу и ударами по столам, как руками, так и чашами с выпивкой. Какой-то явно перебравший мужчина залез на один из столов и выкрикнул самый актуальный для людей в таверне тост:

— За того, кто угощает нас всех выпивкой! — этот выкрик поддержали сильнее всего.

Сам Джон, немного смущённый, тоже встал со своего места, внимание почти всех в таверне было сосредоточено на нём.