Полная версия книги - "Бастардорождённый (СИ) - "DBorn""

— И что-то, что может спасти тебе жизнь, если твой будущий супруг вдруг решит, что жизнь его наследника важнее твоей, дитя, — прошептала Оленна, обращаясь к Маргери. Санса и Уиллас, тем временем начали ворковать.

Речь в новом научном труде шла о разрезе на животе, выполняемом при родах с целью спасти ребенка. Мать в этом случае всегда погибала. Мало какой мейстер осмеливался практиковать подобное, да и прибегали к этому только тогда, когда спасти жизнь роженицы уже было точно нельзя, но можно было попытаться спасти ребёнка. Что уж говорить об обычных повитухах и знахарках.

Основной причиной смертности было то, что роженице не зашивали матку, рассчитывая на её сократительную способность. В труде была подробно описана последовательность действий и инструкции. Даже имелся пример выжившей роженицы в лице северной леди Слейт. По расчётам мейстера Гормона смертность в результате разреза должна будет снизиться в десятки раз, что сохранит жизни множеству благородных леди и их наследникам.

— Всё действительно так плохо?

— Если бы твой отец в своей жизни принял на одно идиотское решение больше, то у тебя была бы младшая сестра. А вот воспитывала бы вас уже другая мать. Но не будем о мрачных вещах, дитя. Давай поговорим о чём-то более интересном.

— Турнир в Королевской Гавани…

— Турнир в Королевской Гавани, — подтвердила Оленна. — Твой отец считает, что ты уже засиделась в девках, а турнир — прекрасный повод прибыть ко двору и попытаться сблизиться с наследным принцем. Твой брат как раз примет в нём участие.

— Гарлан?

— Лорас. Мой глупый сын же попытается лично договориться с Джоном Арреном или королём о твоём браке.

— Король откажет ему.

— Ясное дело, откажет.

— Но ты всё равно не отговоришь его от этой затеи…

— Именно. Тебя давно нужно было представить двору короля. Произведи хорошее впечатление и подобрать тебе достойную пару не составит труда.

— Можно попытаться сблизиться с принцессой Мирцеллой, — добавила Маргери.

— Как хорошо, что хотя бы дети у моего сына получаются нормальными, — хихикнула матриарх.

— Бабушка! — воскликнула Маргери, имитируя обиду. Оленна лишь продолжила посмеиваться.

— Многие благородные и влиятельные мужи в своё время снисходительно давали мне советы. Были среди них и дураки, как твой отец с дедом. Были и учёные, могучие воины и интриганы. Чьи-то советы казались дельными, чьи-то глупыми. Знаешь, как мне удалось не позволить дому Тирелл пасть даже под «управлением» твоего отца и деда?

— Как?

— Я их не слушала. Ты поступай так же. Если твой отец затеет очередную политическую глупость, а брат благородную — лучше их отговори.

* * *

Ров Кейлин, Север

Джон Сноу спрятал меч в ножны и покинул кузницу. Он как раз закончил наносить на лезвие меча гравировку в двух экземплярах. С одной стороны лезвия надпись была написана на общем языке, а с противоположной на языке первых людей, выполненная при помощи рун. Свет, исходивший от клинка, теперь не был сосредоточен в гарде, а вместо этого исходил и от надписи.

Изначально Сноу планировал написать «Зима близко», но девиз отца был ему не положен, равно как и девиз дома матери, так что пришлось придумывать что-то своё. Так у дома Сноу появился свой собственный девиз. «Грядёт закат» гласила надпись на мече, нёсшая не только угрозу недоброжелателям, но и отсылающая к названию самого клинка. Эдрику предстоит стать достойным Рассвета и сопутствующего титула. Джону же и Заката будет вполне достаточно.

— Ты уже закончил? — поинтересовался подошедший к наставнику Эдрик.

— Да.

— Покажи, — Сноу обнажил клинок и продемонстрировал гравировку, Эдрик восторженно присвистнул. — А для Рассвета сможешь сделать так же?

— Могу попробовать, — улыбнулся Сноу. — Но писать что-то вроде «Арья — лошадка» даже не проси.

— А так хотелось, — понуро пробормотал Эдрик, опустив голову.

Парни засмеялись. Смех Эдрика пусть и был радостным, но отдавал нотками грусти, что не ушло от внимания Джона.

— Эдрик, что-то случилось? — спросил Сноу.

— Прилетел ворон из Звездопада.

— Предположу, что новости плохие.

— Нет, хорошие. У меня теперь есть кузина — маленькая Эшара Дондаррион. Тётя Аллирия говорит, что та очень похожа на неё.

— Понимаю, — Джон испытал чувство вины перед кузеном. Бастард так и не представил парню его тетю, точнее не раскрыл её настоящую личность. Если какая тема и могла заставить Дейнов испытывать печаль, то она всегда касалась леди Эшары Дейн.

* * *

Ночь перед отправкой в столицу, впервые за долгое время, была тихой и спокойной. Замок засыпал, давая возможность новому дню заменить собой прошлый, а людям вновь вернуться к столь привычной повседневной рутине. В последние недели доминировал исключительно покой, который в свете последних событий казался и вовсе делом непривычным.

Вель закончила петь колыбельную и с улыбкой наблюдала, как её маленькая копьеносица и волчонок мирно спят в своих колыбелях. Дейси, в отличие от Вель, называла Родрика медвежонком, предпочитая оставить право называться волчонком за Джоном даже с учётом того, что тот уже давно больше походил на матёрого волка. Это было совершенно очевидно для всех, за исключением Дейси, что продолжала использовать именно это прозвище. Её волчонок давно возвышался над своей маргариткой, и уже именно ей требовалось задирать голову, чтобы получить поцелуй. Вель же, помимо этого, приходилось становиться на носочки.

Дети остались в своей комнате вместе с Виллой и Когтем. Получив последние указания от леди Уайтлинг, дорнийка уселась в кресло и занялась вышивкой, то и дело поглядывая на малышей. Маленьким детям требовалось много одежды, а Вилла хотела внести свою лепту. Хотя дети господ никогда не испытывали явных проблем с одеждой, мысль о том, что малыши будут носить то, что сшила она, приятно грела сердце, равно как и мысли, что обретённые в своё время навыки не пропадут зря.

Вель тихо закрыла дверь и тут же столкнулась в коридоре с Джоном. Его взгляд прошёлся по её плохо скрытой ночной сорочкой фигуре. А в глазах читалось возбуждение. Вольная женщина озорно улыбнулась и произнесла одну только фразу:

— Дети спят.

— Вот и хорошо, — улыбнулся ей в ответ Джон. После чего одним движением закинул девушку себе на плечо, от чего та радостно взвизгнула.

— Джон! — выкрикнула она, улыбаясь.

— Не разбуди детей, — поучительно ответил Сноу, после чего отвесил лёгкий шлепок ей по ягодице.

— Повинуюсь, мой важный южный лорд, — шутливо ответила Вель, прикрывая рот ладонями, чтобы не перебудить своим смехом весь замок.

Наконец, они добрались до кровати, на которую Сноу аккуратно «швырнул» свою ношу. Завтра Джон и Дейси покинут Ров на пару месяцев, поэтому сегодня Сноу принадлежал только Вель. Он делал всё, как она любит: дразнил, кусал, целовал и сжимал. За сотни ночей, проведённых вместе, он прекрасно изучил её предпочтения, как и она его. Каждый из них стремился доставить партнеру как можно больше удовольствия и насытить его жажду на долгие месяцы вперёд. Вель стонала и извивалась под своим мужчиной, который ослаблял темп лишь для того, чтобы прильнуть к манящей груди губами.

Девушка привычно пошутила бы, что он не оставит ничего детям, но не хотела тратить бесценное время на лишние разговоры. Уснули они только под утро и всего спустя пару часов уже были разбужены — настало время отправки. В последний раз Джон взял её, прижав к стене в коридоре, что окончательно испортило внешний вид девушки.

Вель попросила не залечивать оставшиеся с ночи синяки и следы от укусов, а вкупе с кругами под глазами, красными пятнами, смятым платьем и растрёпанными до полного беспорядка волосами её вид не оставлял повода для сомнений на тему, что же именно с ней произошло ночью. «Пусть все эти девки, которые смотрят на тебя с вожделением, знают, как сильно ты любишь свою дикарку», — коротко пояснила Вель своё решение. До отправки осталось менее часа.