Полная версия книги - ""Фантастика 2025-140". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Смертная Елена"

— О, Марина Игоревна, Вы уже закончили? Какая жалость! — сказал конеподобный учитель, шедший к ним по тропинке вместе с… ректором! — А мы шли на Ваш чудесный голос.

— Ничего, — смутилась она. — Сейчас еще ребята петь будут, и угощение как раз согрелось, так что вы вовремя.

Про себя девушка вместо «согрелось» сказала «пропеклось до приемлемых микробиологических показателей», но вслух этого уточнять, разумеется, не стала. Она проводила гостей на свободный диванчик и сама села рядом, приготовившись старательно улыбаться в поддержку детского творчества.

А дальше ее настиг шок. Оказывается, не только Шерман умел петь. Они ВСЕ это умели — даже Гора, и тот что-то насвистывал, а Поморник — гудел, создавая инфразвуковые вибрации, от которых щекотало ребра. И уровень исполнения был таким, что она даже рот открыла от изумления.

Магики пели трогательно, пронзительно, со всей силой искренних юношеских эмоций. Совершенно естественно и привычно они делились на голоса, создавая сложные гармонии, поверх которых свободными переливами звучал голос Шермана и жгучими яркими нотами — голос Амадеуса. Как будто они год тренировались перед этим выступлением!

«Народное творчество, — сходу определил внутренний голос. — Вот, что значит сохранение национальной культуры. Это тебе не частушки на уроках фальшивыми голосами. Это народ поет — древний, еще не растерявший свои корни».

Девушка его не слушала. Она забыла и о необходимости «держать марку», и о своем плохом самочувствии. Да вообще обо всем. Давно Марина не ощущала тех самых эмоций, которые испытываешь только на концертах всемирно известных хоров и оркестров — когда весь мир для тебя пропадает, и остается только Музыка и мурашки по всему телу.

Очнулась она от того, что Флокси заботливо вытирала платочком слезы с ее лица. Марина шмыгнула носом.

— Красиво, правда? — с надеждой спросила ее девочка, явно желая похвалы своему таланту: ее звонкий голосок определенно был украшением общего хора.

— Бесподобно, — хриплым голосом признала Марина. — Просто потрясающе.

Лицо девочки разгорелось радостью, и она тут же ушмыгнула на свое место. Амадеус и Шерман затянули что-то попроще, но все равно безумно красивое и с такими трелями и переливами, что Марина перестала понимать слова. Да они были и не нужны.

Девушка оглянулась на гостей. Они уже не переговаривались, как было во время ее выступления, а внимательно слушали, кивая в такт. На лицах был виден такой же восторг, как и у Марины. Впрочем, слегка замаскированный привычкой держать лицо.

Девушке стало немного обидно, что ее не слушали с таким вниманием. Но она погнала прочь эту мысль. Все равно Марина никогда не стремилась к личной славе. Зато ее выступление настроило магиков на нужный лад. Без него фиг бы она уговорила того же Шермана спеть. А теперь парень сидел и разливался соловьем, забыв обо всем на свете, и его дивный голос околдовывал не хуже волшебных зелий.

«Музыка, — с улыбкой подумала Марина. — Искусство, для которого нет границ и условностей».

…

— Это было потрясающе! — заметил господин Гарден, когда Амадеус с Шерманом слегка подустали, и им на смену пришли Крис, Денеба и Еж, которые брали больше разухабистостью исполнения, чем красотой. — Теперь я понимаю, зачем в Академии нужен класс музыки. Прежде мне казалось, что это просто формальность.

Марина натянуто улыбнулась и обменялась взглядами с ректором. Тот подмигнул ей, весьма довольный ситуацией.

— Ах, да, угощайтесь! — спохватилась Марина, предлагая гостям подойди к импровизированному «шведскому столу». — Это ребята сами поймали и приготовили.

— М-м-м? — удивился господин Гарден, и гости стали подходить за угощением. Причем почему-то гораздо большей популярностью у благородных пользовался печеный картофель: их несказанно удивило, что пропеченный до черной корочки продукт можно есть вместе с этой самой корочкой, представляющей из себя фактически уголь.

Спустя несколько минут Марина обнаружила, что задача хозяйки великосветского салона не в том, чтобы безостановочно говорить, не давая гостям заскучать, а в том, чтобы собрать правильные группы по интересам.

Девчонки окружили Алисию и о чем-то восторженно чирикали. Парни устали от музыки и шушукались, периодически оглашая двор взрывами здорового юношеского смеха. Профессор Мадиер что-то рассказывал госпоже Эгнерции, и та — о, ужас! — смущалась и жеманно хихикала, что в исполнении женщины-монстра выглядело просто умопомрачительно. Ректор и господин Гарден затеяли степенную беседу, и только Ксавьер одиноко сидел с тарелкой, пожевывая мясо и глядя в огонь. Было похоже, будто он словил ностальгию по утраченной родине.

— Как продвигаются дела с аттестацией класса: казначейскую проверку прошли? — услышала Марина у себя за спиной голос господина Гардена и навострила уши.

— Имперский представитель приезжал вчера, — ответил Актеллий Денеб. — Хотел сначала зайти в этот корпус с проверкой, пока идет турнир. Но Марина Игоревна привела всех магиков на мероприятие, и он не пошел смотреть на них второй раз: удовлетворился их дисциплиной, а качество образования его мало волновало.

— Хм. Повезло, — отметил господин Гарден. — А герцогская проверка?

— Еще не было, — спокойно ответил ректор.

— Ну, вы уж поправьте документы до нее, — укоризненно напомнил Гарден. — Уверен, что после сегодняшних событий господин Мэйгрин постарается уведомить проверяющего от герцога о небольшой… кхм… недостаче учащихся. Я за вас поручился, не подведите.

— Да, разумеется, — заверил его Актеллий Денеб. — В любом случае, если что-то пойдет не так, я возьму на себя ответственность. Это была моя идея, и мне за нее отвечать. Но, думаю, все будет хорошо. Я нашел самого лучшего учителя.

Марина зарделась. Ей стало одновременно приятно и стыдно: ведь на самом-то деле ей просто повезло с классом.

— Вот и славно, — удовлетворился ответами господин Гарден. — Работайте дальше, меня вполне устраивает результат.

— Благодарю, — ответил ректор.

Марина улыбнулась. Не важно, сколько проблем «в текучке». Важно — что говорят серьезные опытные люди, оценив твою работу со стороны. Даже если вся твоя заслуга — в удаче и учительской интуиции.

***

Гости не стали задерживаться надолго: солнце клонилось к западу, а им еще нужно было добраться в Город, чтобы не ночевать где-нибудь в деревне. Так что довольно скоро прием гостей плавно перетек в домашнюю вечеринку «для своих», а потом и в очередной турнир по футболу: эмоций ребята накопили много, и их нужно было куда-то выплеснуть. Активные физические игры для этого подходили как нельзя кстати.

Но ушли не все гости. Актеллий Денеб, профессор Мадиер и госпожа Эгнерция пожелали понаблюдать за матчем. А дядя Мадя так даже вызвался его судить: оказалось, он уже как-то приходил на шум и очень впечатлился игрой.

Марина осталась не у дел. Болтать с мрачным Ксавьером, одиноко сидящим на крыльце, желания у нее не возникло, и она пошла по двору собирать тарелки и подсвечники.

Заглянув на задний двор, она вдруг поняла, что за весь вечер ни разу не видела на посиделках своих «алхимиков». Как-то так получилось, что праздник в их честь прошел без них, и все это время двое парней корпели над своими зельями.

Судя по виду Леама, задание было архисложным. Волосы его были взлохмачены, как будто он раз пятьсот почесал голову в недоумении. Брови были сурово сдвинуты, а губа прикушена. Он пощипывал пальцами подбородок, и там уже были видны красные пятна от этого движения.

Уильям выглядел не лучше.

— Давай-давай-давай! — повторял он, помешивая что-то в котле. — Что ж так медленно-то?

— А куда тебе спешить? — не сдержался Леам, завистливо глядя на прозрачно-голубую, слегка светящуюся жидкость. В его котле плавала какая-то параша с пузырями, источающими вонь и разряды молний.

Впрочем, рядом с этой парашей стоял пузырек, полный светящейся лазурной жидкости. Но, судя по виду Леама, это была не искомая основа для эликсира здоровья, а лишь один из элементов для нее, который он бездарно портил, что-то нахимичив с основным составом.