Полная версия книги - "Матиас Тульманн. Охотник на ведьм (сборник) - Вернер К. Л."
— Вам нужно отдохнуть, — сказал Матиас. — Я прикажу слугам приготовить для вас комнату, фройляйн Маркова. Приглашаю вас принять скромное гостеприимство ордена Зигмара. — Охотник на ведьм поклонился гостье и повернулся, чтобы уйти. — А теперь прошу меня извинить, но я должен заняться важными делами, которые нельзя больше откладывать.
— Может быть, я могу чем-то помочь вам? — спросила Зилья.
В ее глазах горела такая мольба, что сердце Матиаса дрогнуло. Зилья нуждалась в чем-нибудь, что могло бы отвлечь ее от мрачных мыслей, терзавших ее разум, притупить душевную боль. Но охотник вспомнил про жуткий труп нелюдя, валявшийся в углу старой пыточной, и тот ужас, который его подчиненные прямо сейчас пытались выкопать из-под земли. Представив, как нежную белую кожу разрывают клыки и когти уродливых чудовищ, Матиас покачал головой:
— Нет, этот вопрос должен решать мой орден. Поэтому я вынужден отказаться от вашего щедрого предложения. — Он подошел к двери и обернулся уже на пороге: — Отдыхайте. Мы продолжим нашу беседу утром.
И с этими словами Матиас ушел, оставив Зилью наедине с ее сомнениями и страхами. Когда не стало никаких посторонних глаз, перед которыми следовало быть сильной, женщина рухнула в одно из старинных кресел. Ее внешняя уверенность развеялась, как наведенная волшебником иллюзия. Зилья снова задумалась об отце, спрятавшемся в своей крепости и упивавшемся до потери памяти. Он всегда казался таким хорошим и честным человеком… Затем мысли госпожи Марковой переключились на охотника на ведьм. Он тоже казался хорошим и честным. Но если она так ошиблась в человеке, которого знала всю жизнь, как она может довериться человеку, с которым познакомилась несколько дней назад?
Сомнения, недоверие и страх не оставляли Зилью до самого утра.
Фрейхерр Вейхс утер тряпицей взопревший лоб. Серый провидец Скилк и в лучшие времена был весьма неприятным существом, но в гневе он и вовсе становился пугающим. Вейхс каждый раз съеживался, когда длинный чешуйчатый хвост крысолюда хлестал по полу, изгибаясь, как гигантский червяк. Скилк провел черной мохнатой лапой по коллекции омерзительных трофеев, болтавшихся у него на шее, и оскалил зубы в устрашающей ухмылке.
Причина гнева серого провидца подобострастно распласталась у него под ногами, прижавшись животом к голой земле, и жалобно скулила, глядя на рогатого крысолюда, стрекотала что-то на своем визгливом и пронзительном языке. Что бы ни означали эти слова, они, кажется, только сильнее разозлили серого провидца и усугубили положение унижавшегося скавена. Вейхс видел, что тому и так уже пришлось несладко — его тело покрывали десятки ран, явно оставленных зубами. Из них медленно сочилась мутная черная кровь. В рядах скавенов возникли какие-то разногласия? Вейхс видел, какая жестокость процветала в обществе крысолюдов, и, если в стае случился раскол, это вполне объяснило бы и раны посланника, и ярость серого провидца.
— Мертвые-штуки? — неожиданно рявкнул Скилк и раздраженно обернулся на Вейхса. — Мертвые-штуки в тоннелях?
Наклонившись, он ухватил скулившего на земле бедолагу за шкирку и одним невероятным броском швырнул его через всю лабораторию доктора к одной из железных клетей, где содержались образцы.
— Смотри-нюхай, — прорычал Скилк, продолжая глядеть на Вейхса.
Тот с ужасом понял, о чем серый провидец говорил на своем ломаном рейкшпиле.
Нечто проникло в тоннели скавенов — и посыльный назвал это «нечто» «мертвыми-существами». Скилк провел параллель со странным коматозником, лежавшим в клетке, с тем, от которого якобы «пахло смертью». Серый провидец легко начинал видеть всюду предательство, и теперь все его недоверие обратилось против Вейхса. От мыслей о том, что Скилк может сделать, если решил, что доктор предал его, Вейхсу стало дурно.
— Такой-такой же, — взвизгнул посыльный и шарахнулся от клетки со страхом, словно в ней сидели демоны Пустошей.
Зловещая улыбка Скилка стала шире, и он шагнул к Вейхсу.
— Человек-доктор заговор таит, — заявил серый провидец. — Хочет-желает Скилка убить-убить, да?
Вейхс увидел, как к нему с двух сторон скользнули двое воинов в доспехах, что постоянно сопровождали жреца. Ученый оглядел свою пещеру-лабораторию, ища любой возможный путь к отступлению. Его собственные помощники укрылись за рабочими местами, даже уродец Лобо — и тот попытался спрятаться за одним из прессов, пока скавены, трудившиеся за ним, отползли вперед. Коварные крысолюды жаждали поглядеть, чем закончится разворачивающаяся драма. Из клеток доносились утробные крики, полные радости и восторга, — узники-мутанты застучали по решеткам, предвкушая смерть своего мучителя.
— Я был верен тебе! — завопил Вейхс. — Я бы не стал предавать тебя! — Он отступил от рычащего скавена подальше, стараясь держаться так, чтобы от телохранителей Скилка его отгораживал рабочий стол. — Кто-то пытается обмануть тебя и помешать нашей работе!
Вейхс достаточно хорошо знал образ мышления скавенов, чтобы понимать всю тщетность попыток утешить их подозрительность. И, если он хочет спасти свою шкуру, ему следует подыскать другой объект для их паранойи.
Скилк помедлил — по его морде было заметно, как он обдумывает отчаянные слова Вейхса. Телохранители серого провидца продолжали наступать, сжимая в лапах ржавые мечи, и доктор осмотрел стол в поисках чего-нибудь достаточно тяжелого, чтобы оно могло сойти за оружие. Но неожиданно Скилк поднял черную лапу и зашелся резким шипением. Воины-крысолюды отступили назад, напоследок плеснув хвостами.
— Человек-доктор правда говорит, наверное, — заявил Скилк, но в его голосе по-прежнему звучали сомнения, вызывавшие в душе доктора ужас. — Остальные серые провидцы хотят-желают Скилку провала-неудачи, — задумчиво добавил он.
Спустя несколько минут, показавшихся Вейхсу вечностью, Скилк отвернулся и принялся раздавать подчиненным указания. Доктор облегченно выдохнул.
— Взять-схватить мертвое-существо, — рявкнул серый провидец. — Сжечь-сжечь! — Он указал когтистым пальцем на одну из самых больших печей.
Доктору было отчасти жаль, что странный образец изучить не получится, но сейчас его куда больше волновала сохранность собственной жизни.
Трое крысолюдов поспешили к клетке. Один из них выхватил у выглянувшего из укрытия Лобо ключ от нее. Учуяв неприятный запах узника, мохнатые чудовища на мгновение замерли, но затем оглянулись через сутулые плечи на Скилка и тут же вспомнили, кого здесь на самом деле следует бояться. Крысолюды открыли замок, забились в клетушку и вытащили бессознательное тело наружу.
Вейхс заметил, как пленник едва уловимо шевельнул рукой и тихо застонал, — и подумал, что парню не стоило бы приходить в себя сейчас. Вряд ли он обрадуется, когда очнется и обнаружит, что собираются сделать с ним скавены.
Крысолюды потащили тело к огненному зеву печи. Одним из троицы был тот самый облезлый скавен, который принес Скидку вести о нападении в тоннеле, и из его ран продолжала сочиться черная кровь, стекая по шкуре и капая на бледную руку пленника.
И тот неожиданно шевельнулся. Быстрее, чем мог заметить человеческий глаз, узник раскидал скавенов, как соломенных кукол. Один из крысолюдов отлетел к клетке, сломав хребет о прочный металл прутьев. Сквозь них тут же высунулись конечности, некогда бывшие человеческими руками, и принялись раздирать чудовище на части. Его жалобный скулеж превратился в отчаянные вопли. Второй скавен перелетел через рабочий стол и врезался в хрупкий стеклянный аппарат, как выпущенный баллистой снаряд. От удара начали взрываться колбы, орошая крысолюда едким содержимым. Смертоносная смесь разъела плоть до самых костей, и скавен с визгом рухнул на пол.
Третьего, раненого, узник отбрасывать не стал — наоборот, притянул поближе. И, когда он запрокинул голову, широко раскрыв рот, Вейхс увидел длинные змеиные клыки. Скавен забился в его захвате, заверещал — и узник вонзил клыки ему в горло. Из раны хлынула кровь. Глядя, как узник, присосавшись к ране, жадно глотает мутную жидкость, Вейхс ощутил прилив тошноты. Он никогда не вопринимал в серьез мифы и легенды о Детях Ночи, существах, зовущихся вампирами. Но теперь он понял, что ошибался.