Полная версия книги - "Отягощённый Послезнанием. Дилогия (СИ) - Зеленин Сергей"
Словами Вождя, в развитых странах социализм уже построен, хотя и местами сохранились в виде рудиментов старые – капиталистические отношения:
«Обещанной Марксом Мировой революции не произошло, государства с их институтами остались существовать. Частные предприятия по большей части слились в гигантские промышленно‑финансовые образования (корпорации) с акционерной формой собственности и под управлением совета директоров или наёмного управляющего. В отличии от прежней частно‑капиталистической анархии производства, в их деятельность активно вмешивается государство. Оно же дало хотя и пока самые минимальные, зато гарантированные обязательства населению: бесплатное начальное образование, пособие по безработице, пенсионное обеспечение в старости, или в случае утраты трудоспособности.
В своей работе «Государство и революция» написанной в 1917‑м году, Владимир Ильич Ленин сформулировал свою знаменитую мысль:
«Социализм есть не что иное, как государственно‑капиталистическая монополия, обращённая на пользу всего народа и постольку переставшая быть капиталистической монополией» .
Таким образом, товарищи, наиболее развитые страны мира тоже идут по пути построения нового – социалистического общества».
Согласно новой идеологии классы при социализме никуда не делись и это вовсе не рабочие и крестьяне с «прослойкой» между ними:
«…В конце концов это утверждение противоречит даже классическому марксизму, товарищи! Общественно‑политический строй изменился самым кардинальным образом, ещё раньше изменились производственные отношения, а один класс (пролетариат) остался от прежнего – буржуазного строя… А второй (крестьяне) ‑ от феодального!
Это разве не смешно?
Нам при социализме только ещё рабов не хватает!
(Смех в зале)».
«Так как остались существовать государства, значит ‑ остались и классы‑антагонисты. Это закон диалектики, товарищи, который невозможно отменить также как например закон сохранения энергии или закон всемирного тяготения. Чтоб государственные структуры работали, чтоб было на что развивать образование, здравоохранение, науку и технологии, нужно отчуждать часть «усреднённого производимого продукта» у класса‑производителя. Делать это можно только руками класса‑эксплуататора и никак иначе…».
«…Пролетариат и буржуазия хотя и не исчезли, но уже не играют в современном общественно‑политическом устройстве прежней решающей роли. Согласно ленинскому большевизму при социализме два основополагающих класса: специалисты и управленцы. К первым относятся квалифицированные рабочие (в том числе и сельские механизаторы, агрономы, зоотехники и прочие труженики сельского хозяйства, имеющие квалификацию) и инженеры. Ко вторым – руководители предприятий, государственные служащие и прочая «номенклатура»…».
Классовая борьба тоже никуда не делись и при социализме:
«…«Двойка классов» при социализме – специалист и управленец. Естественно у них разные интересы: первые хотят меньше работать, меньше отдавать и…
Как можно больше потреблять!
Управленцы же хотят как можно больше отчуждённого «усреднённого производимого продукта» использовать для удовлетворения своих собственных материальных потребностей.
Увы, но природа создавала человека таким ‑ каким он есть, миллионы лет. И переделать за пару десятков лет человеческую натуру не под силу никому, что подтверждает практикуемый многие сотни лет опыт привития «христианской кротости» Церковью.
Поэтому даже при социализме будет идти острая классовая борьба…».
Исходя из вышеприведённых постулатов, Сталин озвучил основную задачу «Всесоюзной партии большевиков»:
«…Задача партии на ближайшие несколько десятилетий – не допускать перерастания классовой борьбы в антагонистические формы, особенно в вооружённое противостояние – несущее угрозу существования всему обществу в целом».
Здесь же на XIX съезде ВПБ, был изменён Устав партии.
Условия приёма в партию ужесточились, выхода из неё – облегчились. И последнее отныне, вовсе не означает катастрофу для личной карьеры.
Срок нахождения во главе её Генерального секретаря ограничивался семью годами, без права переизбрания. Среди членов Политбюро раз в год проводится ротация: один выходит из его состава «в резерв», другой вводится из списка кандидатов.
На состоявшемся через неделю Съезде Верховного Совета СССР, были введены соответствующие поправки в Основной закон – Конституцию СССР. Согласно им, срок нахождения на высших политических(!) должностях был так же ограничен семью годами. К последним относятся Председатель Верховного Совета СССР, Председатель Совета Народных Комиссаров и естественно – Генеральный секретарь Всесоюзной партии большевиков.
Беседую с Берией по завершению обоих съездов, Сталин внушал ему:
‑ Уходить из власти надо в расцвете славы и обязательно здоровым, находящимся в здравом уме. А не всем надоевшим, старым и немощным говнюком ‑ несущим на потеху всему миру с высоких трибун всякую галиматью…
Мечтательно:
‑ ….Вот сверну лебединую шею Гитлеру, восстановлю страну и на заслуженный покой!
Помолчав, он неожиданно спросил:
‑ А знаешь, что ты в первую очередь должен будешь сделать, Лаврентий?
‑ Что, Иосиф Виссарионович?
‑ Объявить «Оттепель». Устал народ, понимаешь? Даже «верхи» устали от этой бешенной гонки, не говоря уже про «низы».
Первые устали за любой промах ждать ночью стука в дверь. Вторые – жить в бараках, одеваться в что придётся и питаться по карточкам. Это продолжалось так долго, что под конец жизни «реального» Сталина все уже и забыли то, ради чего всё это затевалось…
А ведь целью было построение справедливого общества, где человеку просто будет хорошо жить!
А вовсе не страны с атомной бомбой вместо сохи.
Вот в чём успех Хрущёва, разоблачившего «Культ личности», а стало быть давшего народу надежду на какую‑то другую – возможно более лучшую и светлую жизнь…
Увы – очередной мираж!
Глядя горящими глазами, привстав с кресла, Сталин весь поддался вперёд:
‑ Нельзя постоянно жить в напряжении – обязательно что‑нибудь, да сломается. Понимаешь, Лаврентий?
Тот снял очки и протирая их, взглянул в глаза Сталину:
‑ Понимаю, Иосиф Виссарионович.
‑ Но «Оттепель» должна быть контролируемой – как спуск воды из переполненного водохранилища через шлюзы, перед угрозой прорыва плотины и последующего наводнения. Понимаешь, о чём я?
‑ Понимаю.
Вождь расслабленно откинулся в кресле:
‑ Это хорошо, что ты всё понимаешь! Кстати… А что там с твоим лётчиком?
Не торопясь протерев очки, Нарком авиации СССР водрузил их на место:
‑ Хм, гкхм… Пока присматриваюсь.
Глава последняя. Один из поколения победителей: комиссар «штрафной» эскадрильи.
Слова одного из командиров авиационной армии особого назначения (АОН), с которыми он обратился 10 июня 1937 г. на активе Наркомата обороны к К.Е. Ворошилову:
«Вся наша беда в том, что мы не умеем не только выполнять Ваши приказы в срок, точно, но и не умеем добиться того, чтобы Ваши приказы выполнять. Это разгильдяйство, к которому мы привыкли сверху донизу. Ну, не выполнил и не выполнил. Тов. Алкснис [начальник ВВС РККА] издал приказ,– не выполнили, – тоже ничего; тов. Хрипин [командующий АОН] издал приказ,– не выполнили, – тоже ничего».
Протокольная запись заседания ГВС РККА. 16‑17 мая 1939 года. // РГВА. Ф. 4. Оп. 19. Д. 14. Л. 174. Подлинник146:
«…Локтионов:
‑ Еременко отрицает, что они куролесили в воздушном бою над городом.