Полная версия книги - "Робин Уильямс. Грустный комик, который заставил мир смеяться - Ицкофф Дэйв"
Робин осознавал, что теряет свою армию фанатов, он точно знал, какие фильмы отталкивают толпу, а какие бы зрители хотели увидеть еще раз. Но это знание не приблизило его к решению проблемы, он считал, что был во власти материала, который ему предлагали. «Люди говорили: ”Почему бы тебе не сделать еще одну «Миссис Дайтфайер» или «Короля-рыбака»?“ – рассказывал он. – Но такие фильмы не получаются каждый день. Я понимаю, что они не хотели от меня чувственных фильмов уже после ”Пробуждения“. Потом я сыграл в ”Куда приводят мечты“, которые очень сильно не понравился многих людям. Должен вам сказать, что работа над этим фильмом – это все равно что операция на открытом сердце, поэтому такая реакция была удручающей».
Его поклонники считали себя вправе рассказать ему, что именно они чувствовали и чего они от него ожидали. «Люди подходили и говорили: «Если вы еще раз сниметесь в подобном фильме, я вас убью», – рассказывал он. – Очень интересное замечание. Означает ли это, что и раньше я все делал неправильно? Нет. Нужно ли мне искать нечто иное? Да».
Но там, где остальные видели расчетливую схему слезливых ролей, Робин утверждал, что из всего множества он выбирал лишь то, что ему подходит. И на его уровне не было возможности не работать вообще. «Я работал без отдыха целых пять лет и отдыхал за это время всего пару месяцев, – говорил он. – Похоже, пришло время побольше отдыхать, но потом приносят новый сценарий, и я за него берусь, потому что чувствую, что хочу работать».
Зимой 2000 года у Дэвида Леттермана, ведущего вечерней программы, заблокировало коронарную артерию, в результате чего он перенес пятикратное шунтирование сердца. После нескольких восстановительных недель Леттерман вернулся на CBS в студию «Вечернего шоу» на праздничный эфир в честь его возвращения, он вывел не сцену команду хирургов и медсестер, которые за ним ухаживали и поблагодарил их за их заботу. Как только торжественная часть программы закончилась, Леттерман захотел в этот день разделить сцену лишь с одной звездой, с которой он был в своей первой программе – это был Робин Уильямс.
Робин, прилетевший из Сан-Франциско специально для участия в программе, выбежал на сцену в хирургическом халате и резиновых перчатках, держа в руках переносной холодильник и дефибриллятор. Он подошел к одному из менеджеров сцены, попросил его повернуть голову и покашлять, и заявил зрителям: «Уважаемые студенты, перед тем, как мы приступим к операции по уменьшению пениса…» Наконец Робин занял свое место рядом с ведущим, который выглядел худым и слабым, но не потерял своего остроумия. «Очень мило, что ты вернулся», – сказал ему Робин. «Это пройдет», – ответил ему Леттерман.
«У тебя все в порядке? – спросил его Леттерман. – Ты выглядишь, как здоровый парень». Робин ответил ему с привычной иронией: «Боже, раз так случилось с тобой, то я буду следующим. Я думаю, мне тоже придется туда пойти».
Леттерману на данном этапе нужна была поддержка, и он надеялся, что Робин идеальный для этого вариант. «Я был напряжен и очень сильно устал, – рассказывал позже об этом случае ведущий. – Мне кажется, люди переживали: ”А что, если его придется выносить с середины шоу? Мы не хотим, чтобы у него повторился приступ и он умер“. Мы искали что-то, за чем я бы мог просто наблюдать, а не активно участвовать. И это сработало. Оглядываясь назад, да благословит его за это Господь, я могу с уверенностью сказать, что не помню ни одного шоу Робина, которое заканчивалось бы такими бурными овациями».
Но Робину этот эфир был нужен не меньше, чем Леттерману – очень давно он не расслаблялся и не смеялся сам над собой, за что его так ценили.
Робин принял участи всего в двух фильмах, где он сыграл темных и злых персонажей: один из них – потерявший авторитет бывший психиатр, вынужденный работать бакалейщиком в черном фильме Кеннета Брана 1991 года «Умереть заново», а второй – энергичный незлобный серый кардинал, известный исключительно как Киллер, в адаптации 1996 года произведения Джозефа Конрада «Секретный агент» режиссером Кристофером Хэмптоном. Это были маленькие плохо оплачиваемые роли, на которые он согласился исключительно ради удовольствия и для того, чтобы показать зрителям, да и всей киноиндустрии, которая считала его робким и застенчивым, что это абсолютно не то, что они от него ожидают увидеть. «Сама мысль о том, что я подобное делаю, заставляла людей задуматься: ”Минуточку“, – объяснял он. – Я создавал только теплые, милые персонажи, а такие роли заставляют людей терять равновесие – и это здорово!»
Затем друг за другом он снялся в трех фильмах, которые называл «триптих зла», каждый из этих фильмов вскрыл его глубочайшие, самые потаенные уголки. Первый из них – «Фото на час», снятый осенью 2000 года, стал режиссерским и сценарным дебютом Марка Романека, который до этого снимал простые унылые музыкальные видеоклипы для Nine Inch Nails и Джонни Кэша. Этот проект стал данью Романека параноидальным произведениям 1970-х годов, в детстве он восхищался такими фильмами, как «Таксист», «Разговор» и «Жилец»; на базе этих фильмов он сосредоточил свое воображение на пригородном магазине розничной торговли, белом дневном свете и персонаже Сеймуре Сай Перрише, одиноком работнике фотостудии, зациклившемся на семье, чьи фотографии он проявляет в течение многих лет.
Робина завораживала возможность отбросить давление его обычного шутовского я и сыграть персонаж, не обладающий таким чувством притяжения. «Мы больше не связаны законами привлекательности, – говорил он. – Ваш персонаж может быть просто нормальным, гипернормальным и даже банальным, поэтому больше не надо быть харизматичным». До начала съемок, проходивших преимущественно в удаленном магазине Offi ce Depot в Канога-парке в Лос-Анджелесе, Робин один на один брал курсы у фото-лаборанта, чтобы научиться резать и печатать фотографии. Он смотрел записи интервью с серийными убийцами, консультировался с психиатром насчет отличительных черт таких психических состояний, как аутизм и синдром Аспергера, чьи симптомы, согласно его записям, включают в себя «отсутствие спонтанного стремления разделить удовольствие, интересы или достижения с другими людьми».
Романек и Шери Миннс, гример Робина, вместе работали над характерным образом Сай Перриша, они обесцвечивали Робину волосы, истончали их и делали контур, надели на него большие очки, чтобы он выглядел старше и более неприметно. Позже Робин признается, что ему льстило, когда зрители его не узнали, Миннс же наоборот расстроилась, что ее персонаж остался анонимным. В один из первых дней съемок Миннс рассказывала: «Мы шли на съемочную площадку среди людей. Мимо нас прошло несколько человек, и Робина никто не узнал. Его это начало тревожить. Поэтому тем, кто проходил следом, он говорил: ”Привет! Как дела! Привет! Это же я, Робин Уильямс!“ Он бы так никогда не сказал, но он это делал. Он опять сказал: ”Привет!“ А я ему: ”Боже мой, Робин, ты не можешь смириться с тем, что тебя не узнали два человека?“ Его реально выводило из себя то, что его не узнают».
В начале 2001 года Робин перешел на второй фильм из трилогии, это была черная комедия под названием «Убить Смучи». Режиссером фильма стал Дэнни Де Вито, сама комедия рассказывала о жестокой закулисной жизни детского телевидения, Робин в ней сыграл роль Рэйнбоу Рэнфольфа. Это яркий, танцующий и поющий, одетый в шляпу-котелок ведущий рейтингового детского телевизионного шоу, а на самом деле за кадром он Рэндольф Сиайли, жестокая, избалованная, ненадежная знаменитость, живущая в пентхаусе на Манхэттене. Он много выпивает, ведет распутный образ жизни и берет взятки у родителей, которые стремятся, чтобы их детки попали на программу. Президент телевизионной сети (Джон Стюарт), которому надоел этот произвол, принимает малозатратное решение: он заменяет его Смучи – фиолетовым носорогом, которого играет Шелдон Моупс (Эдвард Нортон), артист, занимающийся торговлей в наркологической клинике на Кони Айленд. Фильму присвоен рейтинг R из-за того, что персонаж Робина агрессирует, деградирует и мстит, а в одной из сцен орет на ребенка: «Эй ты, маленький сосунок, носорог-нацист!» и выбрасывает в воздух печенье для детей в форме пенисов. «Добро пожаловать на землю Толстяка Арбакла», – ворчит он себе под нос. Робин называл его «чудесным, отвратительным фильмом».