Полная версия книги - "Виктория Токарева - Дерево на крыше"
Лена, привыкшая видеть Веру в разорванном халате, разлюбленную и униженную, была поражена размахом ее личности и таланта. Вера как будто пришла из зазеркалья, чтобы сказать: «Вот она — я. А вы все живите, как умеете».
В конце передачи Вера грустно улыбнулась и спросила ведущего:
— Я погорелица, да?
Ведущий подумал и ответил:
— Все мы погорельцы.
Все ждали от жизни большего. Хотели одно, получили другое. Каждому недодали.
Несколько раз в году, на церковные праздники, Александр навещал Веру на Ваганьковском кладбище.
Предварительно он звонил Рябе — это имя закрепилось за Ребеккой. Они встречались у входа на кладбище, покупали гвоздики. Вера любила эти стойкие цветы за то, что долго не вянут и пахнут гвоздикой.
Первое время после похорон к могиле Веры шли беспрерывно, в основном простые русские женщины. Такие, как она сама. Ее лицо и образ, запечатленные на экране, ее жизнь и страдания, ее глубокая вера, покорность судьбе переросли в Веру, а может, сравнялись с ней.
Люди шли и шли. Оставляли цветы. На могиле возвышался целый холм из цветов, внизу подсохшие, сверху — свежие.
Ручеек людей не иссякал.
Начался новый этап: Вера — святая Матрона. Икона. Нравственный идеал.
А может, она и была святая. Недаром же ей явился Иван Богослов. Не к каждому он подходит и заговаривает, не каждого так испытывает на прочность.
Постояв у могилы, Ряба и Александр шли к выходу. Не торопясь, гуляя по кладбищу.
У Александра развязался шнурок, тащился по земле, пылясь. Александр не спешил его завязать. Для этого надо наклониться, а у него болела поясница. Мучил радикулит.
Пятнадцатилетняя Ряба забежала вперед, легко присела, завязала шнурок на бантик и выпрямилась. Смотрела на деда синими, бесконечно родными глазами Ванечки.
Что было в жизни Александра самое драгоценное: Вера, Ванечка, Ряба — все те, кого он так страстно не хотел.
— Дитя мое, — растроганно проговорил Александр.
— Это ты дитя мое, — отозвалась Ряба и поправила шарф на его шее.
Лето еще не установилось. Но солнце припекало, а в тени было прохладно и ветрено.