Полная версия книги - "Мажор для заучки (СИ) - Черри Ника"

— Ничё такая. — подмечает друг. — Но подруга у неё зачётнее. Не знаешь, как её зовут?

— Конечно знаю. А тебе зачем имя моей подчинённой? — раздражённо спрашиваю я, иногда он меня бесит.

— Да не её, а подруги. — уточняет Егор.

— А-а-а… Без понятия, но она вроде в кадрах у нас работает. Тебе нафига, запал что ли?

Друг промолчал.

На какое-то время теряю из виду свою подопечную, но позже краем глаза замечаю, как рядом с моей аспиранточкой трётся тот амбалистый хмырь. Кажется, я видел его у себя на занятиях. Не профессионально конечно и мелочно, но чувствую, что экзамен по специальности он мне хрен сдаст. И почему он меня так бесит? Сам не знаю.

Наверное, потому, что он лапает моё. Не то чтобы я имел виды на эту скромняжку, просто не хочу, чтобы она отвлекалась от работы на всяких мужиков, особенно таких. Да и ей его подкаты явно неприятны, вон как дёргается, когда тот её лапищами своими со спины хватает.

На губки её сочные пялится да на соски, игриво торчащие сквозь тонкую ткань платья, глаз не отрывает. Знаю я этот взгляд, трахнуть хочет, а может уже трахаются. Хотя нет, тогда бы она от его прикосновений не вздрагивала.

«Правильно, вали-вали», — думаю про себя, когда тот удаляется в сторону бара.

Да моя цветочная девочка из серой мышки превратилась в настоящий лакомый кусочек, и это заметили не только я и тот переросток, окружающие парни тоже уже успели заценить. То и дело ловлю не ней похотливые взгляды. И меня это раздражает.

И то, что она напивается, мне тоже не нравится. Потом будет сонной мухой ходить с похмелья на работе. Да и вообще, её развезёт с одной рюмки, неужели этот болван не видит очевидных вещей?! Нельзя ей пить!

— Да куда ты всё время пялишься? — визжит неприятным голосом моя подружка, требуя внимания.

— Никуда. — бросаю последний взгляд на заучку.

Пытаюсь сделать вид, что мне интересно, о чём болтает эта безымянная пустышка, но про себя отмечаю, что её ротик годится только на то, чтобы полировать мой член. Чем мы, пожалуй, и займёмся через пару минут в туалете, только бокал свой допью.

На ней красная помада, ненавижу этот оттенок, его потом хрен смоешь.

По пути в туалет замечаю Маргаритку танцующей на столе и сразу забываю, зачем вообще шёл куда-то.

Её танцующая фигура привлекает всеобщее внимание. Девушка стоит ко мне спиной, покачивая бёдрами в такт музыке. Она будто на своей волне, раскачивается из стороны в сторону, лёгкие кудри плавно перемещаются по изящной открытой спине. Намотав волосы на кулак, она прижимает их высоко к голове, оголяя длинную изящную шею. Держа в руке пустую рюмку, плавно двигает бёдрами и присаживается. Изгибается в такт чувственной музыке и тут же резко встаёт, ритмично покачивая головой. Раскачивается плавно, чувственно, как будто не просто танцует, а растворяется в каком-то своём мире, гармонично двигаясь и не замечая никого вокруг.

Невольно залюбовался точёной фигурой и стройными ногами.

Либо она живёт двойной жизнью, хорошо маскируя в себе личность отвязной штучки, либо настолько напилась, что не соображает, что делает.

Отшиваю свою подругу одной короткой фразой, давая понять, что сегодня ей не стоит на что-либо рассчитывать, и пока лишь наблюдаю издалека за заучкой, перебарывая желание вмешаться и снять её со стола.

Куколка рядом со мной обиженно надувает губки и уходит в поисках папика на вечер, который оплатит ей халявную выпивку и, если она хорошо постарается ночью, купить брендовую сумочку её мечты.

Что же ты вытворяешь, цветочек… Нахрена ты манишь этого ублюдка своим тонким изящным пальчиком? А тебе, хороший мальчик, лучше и дальше сидеть на месте. Но бойкая подруга решает за обоих, подталкивая качка к моей аспиранточке.

Одно хорошо, что он хотя бы успевает подхватить её на руки, когда та запинается о собственные ноги и падает со стола. Я и сам инстинктивно дёрнулся в этот момент навстречу пьянчужке. А теперь лучше бы тебе отвалить, дружок.

Вместо того, чтобы оттолкнуть гада, она крепче жмётся к нему, отчего у меня перед глазами вспыхивают красные огоньки ярости. Кулаки сами собой против моей воли сжимаются так крепко, что ногти впиваются в кожу. Трогает его, чувственно гладит…

Если сейчас я не остановлю их, то он точно трахнет её этой ночью. А она даже не будет толком помнить об этом, и наверняка потом пожалеет. Я не могу позволить ей совершить подобную ошибку, ведь не хочу потом выслушивать нытьё и подтирать розовые сопли. Но только ли в этом причина моего беспокойства?

Когда гаснет свет, я подхожу ближе и хлопаю по плечу её назойливого дружка. Тот оборачивается и молча испуганно смотрит на меня. Цветочек нас не замечает, слишком увлечена танцем. Двигается свободно, раскрепощённо, соблазнительно, будто отпустила наконец контроль.

— Дальше я сам. — киваю качку в сторону, чтоб отвалил.

Тот неуверенно мнётся, раскрывает рот, чтобы что-то сказать, но быстро раскидывает мозгами, смекая что к чему и кто тут кто. Под давлением моего преподавательского авторитета он решает промолчать и покорно удалиться. Хороший мальчик, давно бы так.

Сначала я хотел просто перестраховаться и проводить её до дома без приключений, но она так соблазнительно виляла передо мной бёдрами и терлась попкой, что... ещё чуть-чуть, и встретила бы ягодицами мой стояк.

Не удержался и крепко вжал её в себя, прошёлся по-хозяйски ладонями по манящим изгибам. Хороша девочка. Смял нежную девичью грудку, поиграв пальцами с сосками, отчего девчонка выгнула спину. Значит понравилось.

Член в ответ налился кровью, бедолаге уже стало тесно в штанах.

Она без лифчика, что с её небольшим размером позволительно, но вот вряд ли мой скромный цветочек не носит нижнего белья. И то верно, трусы на месте. Так и манят пальцами забраться внутрь и пощупать губки, влажные ли.

Какого чёрта я делаю? Мне никогда не нравились неопытные студенточки, предпочитаю зрелых и умелых, а тут вдруг встал на заучку.

Но как же обалденно она пахнет. Полевыми цветами и чем-то сладким, аромат из детства. Так и хочется зарыться носом в копну светлых волос.

Интересно, она везде блонди или красит волосы? Наверняка натуральная. Ух… Мозг услужливо спроецировал картинку женской киски с лёгкой порослью светлых волосков. Заводит…

От такой фантазии крышу сорвало нахрен. Резко разворачиваю нежную девочку к себе лицом, та утыкается носом в мою грудь. Сама – сама! – нежно поглаживает меня пальчиками. Не такая уж она и тихоня, получается.

Самоконтроль утерян нахрен окончательно. Надо было позволить той кукле отсосать мне в кабинке туалета, может сейчас так не рвало бы крышу от робких прикосновений заучки.

Хватаю её за подбородок и притягиваю к себе. Вгрызаюсь в губы, издавая глухой рык. Кожа мягкая, дыхание горячее, пухлые губки упруго пружинят. Движения робкие, несмелые, но она откликается, толкается своим язычком в ответ. Нежный фруктовый аромат помады делает поцелуй ещё вкуснее, слаще. Ни с одной девчонкой я не ощущал такого.

Маргаритка разрывает наш поцелуй, чтобы глотнуть воздуха и перевести дыхание, смотрит мне прямо в глаза затуманенным взором. Когда свет становится ярче, я вижу в её расширившихся зрачках собственное отражение, и это возбуждает. Реснички трепетно вздрагивают, и она снова закрывает глаза. Повиснув у меня на шее, сама целует.

Не знаю, чем закончился бы этот вечер, если бы не подскочила смелая подружка и не оттащила её от меня против воли цветочка. Хотя, знаю, постелью. Но так даже лучше, не стоит усложнять, нам ещё работать вместе. Да и Лариска пришла бы в ярость, одно дело случайные девки, а другое – изменять ей в стенах института.

Хотя об эксклюзивности мы с ней не договаривались.

В кармане брюк противно вибрирует телефон и я, оторвав наконец взгляд от заучки, что сопротивляется воле подруги и рвётся обратно ко мне в объятия, залипаю в экран.

Стоит только чёрта помянуть…

— Да, Ларис... Сейчас?... Хорошо, приеду.