Полная версия книги - "Медные трубы (СИ) - Оклахома Палома"
— Ты ведь почти ничего здесь не видела. Мы покажем тебе сад! — предложила Гуля, улыбаясь, будто они отправлялись на воскресную прогулку.
Лада на мгновение замешкалась, собираясь отказаться, но передумала. Чем больше она увидит, тем лучше поймет это место.
Девушки отвели Ладу в оранжерею — просторное светлое помещение с высокой влажностью. Здесь повсюду тянулись вверх аккуратные ряды растений: от маленьких комнатных цветов до крупных тропических кустарников. В воздухе витал аромат свежей зелени, смешанный с запахом сырой земли.
— Мы проводим здесь свободное время, ухаживаем за растениями, — неуверенно сказала Агата, словно ждала осуждения.
Лада медленно осмотрелась: каждый уголок оранжереи казался чересчур ухоженным. Здесь было слишком красиво, слишком спокойно для места, которое должно внушать ужас.
— Свободное время… Свобода. Агата, ты помнишь, что означает это слово? — Лада озиралась по сторонам, ответ компаньонки уже не был ей интересен. Она и так поняла, что у девочек напрочь промыты мозги. Сейчас ей важно думать за всех десятерых и умудриться вывести их наружу, пока еще не слишком поздно.
Лада протянула руку, выхватила «письма» из рук Алины и сосредоточенно начала перебирать. Листки сворачивались и подминались, словно их поверхность пыталась скрыть зыбкую правду. Каждое слово казалось тщательно выверенным, чтобы усмирить пленниц, внушить им ложную надежду и окончательно подчинить.
— Значит, любите играть по правилам? Эти инструкции созданы, чтобы превратить вас в послушных наседок! — Недовольно покачав головой, Лада сунула стопку бумаг назад Алине в руки.
Из потолочных динамиков донесся неприятный писк микрофона, а сразу за ним раздался электронный голос, сухой, с металлическими нотками и странными, неестественными паузами:
— Прямой эфир начнется через пять минут. Займите позиции.
Глава 43. Тихий омут
Голос не просто отдавал приказ, он словно проникал под кожу, напоминая, что наблюдение за обитателями дома ведется без перерыва.
— Ох, Лада, мы не успели подготовить тебя к эфиру! — почти плакала Агата, схватив Ладу за руку. — Пожалуйста, просто сиди смирно, когда начнется запись. Умоляю тебя! Я так хочу домой, мы близки как никогда!
— Я и пытаюсь вернуть вас домой! — отрезала Лада, вырывая руку.
— Ты только все портишь, — вмешалась Гуля, пытаясь говорить спокойно, но ее голос дрожал. Она не хотела прозвучать жестко, но вышло именно так.
Дверь в теплицу с грохотом распахнулась, и внутрь ворвалась Сардаана. Ее шаги, гулкие и уверенные, звучали как удары молота, а в руках она держала белоснежное платье. Легкость шелковой ткани контрастировала с грубостью, с которой она бросила его Ладе в лицо.
— Надевай. Нам всем положено носить эти робы. — Голос Сардааны был холодным, как ледяной ветер.
Шелк был безупречным, дорогим. Лада отметила, что никогда не держала в руках столь дорогого наряда.
— Может, пора начать думать своей головой, а не исполнять приказы извергов? — выдохнула она, глядя в глаза Сардаане.
— Если не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, — с морозным спокойствием ответила та. Она улыбнулась, окунула платье в бочку с удобрениями и бросила к порогу. — Надевай. Это — твоя последняя попытка.
Электронный голос, прозвучал с ледяной отстраненностью:
— Вы в прямом эфире.
Девушки, давно привыкшие к еженедельному «ритуалу», заняли свои места за длинным столом в гостиной. Одиннадцатый стул остался пустым: он ждал Ладу. Она задержалась в дверях, окинув взглядом собравшихся. Все лица были ей знакомы: большинство из школьниц мелькали в новостях и полицейских сводках, посвященных громким исчезновениям. Но одна фигура выделялась среди остальных.
Темноволосая девушка с холодным, отсутствующим взглядом сидела ближе к концу стола. Ее лицо не выдавало никаких эмоций, будто она никогда и не существовала вне этих стен. Лада ощутила неприятный холодок, пробравший ее до костей: «Никто не искал бедняжку, вот почему ее не было в срочных выпусках. Родные ее не хватились…» Лада перевела взгляд на Майю, надеясь получить объяснение.
— Это моя любимица — Леся, — негромко пояснила актриса, смекнув, что от нее требуется. — Она не разговаривает.
Лада снова посмотрела на загадочную фигуру. Леся даже не взглянула в ее сторону, не сделала ни одного лишнего движения. Она сидела неподвижно, словно статуя, вперившись в зеркало.
Освещение внезапно переменилось: яркий свет, похожий на студийные софиты, залил комнату, отражаясь от белоснежных платьев. Лучи скользили по тканям, создавая иллюзию, что это не девушки, а фарфоровые куклы, аккуратно расставленные на витрине.
— Начнем нашу викторину! — проскрипел искусственный голос. — Как распределить нагрузку в электрической сети при ограниченной мощности?
Агата, заранее подготовившая свой материал, подняла голову:
— Для этого используется правило распределения нагрузки между фазами.
— Особенности регулировки давления в водопроводной системе? — продолжал голос с холодной четкостью.
Юля, напряженная до предела, быстро выпалила заученный ответ.
Девушки всегда знали, что от их отчетов зависело нечто важное, но зачем им все эти знания — оставалось загадкой. Электрика, водопровод, физика магнитных полей — такие темы казались странными и несоответствующими их положению. Тем не менее, они прилежно занимались, чтобы избежать гнева кураторов. Каждый эфир они сдавали «зачеты» на отлично, сидя в кадре словно под микроскопом.
Лада терпела недолго.
— А нам самим можно задать вопрос? — вдруг прервала она спокойное течение эфира, который стал напоминать типичный школьный урок. Голос Лады звучал резко, а тон вызвал заметное напряжение у других «учениц».
На мгновение наступила пауза. Зеркало загудело, и электронный голос раздался чуть громче, чем обычно. Его интонация, хоть и оставалась механической, на этот раз звучала немного саркастично:
— Как вы угомоните пациента, находящегося в состоянии крайней агрессии?
Девушки замерли, словно услышали приговор. Лицо Сардааны напряглось, а Майя попыталась импровизировать, но ее голос затих. Никто не знал правильного ответа.
— У нас здесь все здоровы, — выдавила Лада.
Пищащий звук полоснул по ушам, заставив всех зажмуриться. Его интенсивность была такой рьяной, что казалось, еще секунда, и барабанные перепонки просто не выдержат. Эфир завершился досрочно. Девушки зажали уши, свернувшись в комочки, но Лада, напротив, упрямо подняла голову. Ее взгляд впился в зеркало, словно она собиралась прожечь его насквозь.
— Вот оно, — прошептала она. — Вот где выход наружу.
Девочки так и не смогли до конца понять, что с Лесей произошло. Ее молчание стало для них частью обыденности, никто не знал, было ли это следствием врожденного недуга или результатом пережитого кошмара. Самая загадочная из всех пленниц держалась особняком и редко смотрела соседкам в глаза. Единственная крупица информации о ней всплыла в тот день, когда она появилась в «приемном отсеке», через который спящие тела бесконтактно доставляли в подземелье. Леся вынуждена была представиться и написала записку:
«Мое имя — Леся. Меня схватил таксист и ударил по голове. Я мимолетно приходила в сознание в багажнике, но не могла позвать на помощь. Окончательно очнулась только здесь».
Лаконичное признание, словно вырезанное из памяти каждой обитательницы, не оставляло сомнений: ее попадание в «рай» было таким же ужасным, как и у других. Да, она не говорит, только слушает, но это не значит, что она не мыслит иначе. Возможно, Леся еще не сломалась полностью.
После эфира Лада забаррикадировалась в библиотеке и никого не впускала. В комнате царил хаос: полки опустели, книги грудами лежали на полу, обшивка стен местами была сорвана. Читальный зал был такой же бетонной коробкой, как и остальные помещения. Лада бросала взгляд на каждую деталь, надеясь найти хоть малейшую подсказку, но тщетно.