Полная версия книги - "Некрасивая (СИ) - Сурмина Ольга"

Да без особого смысла. Просто случайно, импульсивно, с привкусом кожи Анселла и с запахом сакэ.

С кухни раздавался звук шкварчащей сковородки и запах чего-то вкусного. Судя по всему, домой шеф не собирался. Но и в комнату тоже не особо ломился. Видно, чтобы не разбудить. «Прекрасно» — подумала Селена, когда с мертвыми глазами завязывала шнурки, а потом тихо, практически бесшумно выскользнула из квартиры.

Шум деревьев. Ветер. Серый асфальт и неадекватно зелёная яркая трава. Бауэр проглотила ком, сжала зубы и пошла к ближайшей аптеке. Пальцы сами вводили на экране смартфона название средства, которое девушка потом копировала в переводчик.

Фармацевт поймёт.

В небольшой аптеке пахло очень знакомо — легким антисептиком и лекарствами. Казалось, так пахла каждая аптека, в любой стране. Среди стеклянных витрин стояла юная миловидная японка, которая легким поклоном и фальшивой улыбкой поздоровалась с очередным клиентом. Селена с грустью опустила голову и протянула той смартфон. Японка вскинула брови, затем принялась кивать и исчезла среди стеллажей. А когда вернулась, несла всего одну таблетку и бутылку воды.

Селена отдала той наличные, взяла лекарство и, как зомби, вышла на улицу. Посмотрела по сторонам, после чего села на ближайшую лавку.

Ну вот и всё. Наверно, так бывает. У всех. Вода немного смочила горло, стыд и всполохи страха медленно гасли под убийственным спокойствием.

Она не задавала себе вопросов. Не корила себя, не обвиняла, не обещала себе «ни за что не пить больше». Девушка просто сидела, отсутствующим взглядом провожая ползущую по асфальту божью коровку. Иногда в жизни… случалось всякое. И, чтобы это осознать и что-то решить требовалось больше, чем одно утро. И больше информации. Любого рода.

Домой идти не было сил, но Бауэр всё-таки встала. Хотела она, или нет, нужно что-то решать. Нужно… попытаться убрать шефа из своей квартиры. И чем скорее, тем лучше, учитывая его внезапно возросшее либидо.

Или оно всегда таким было?

Хотя какая разница?

С кислым лицом Селена вернулась к дому. Нехотя поднялась по лестнице, затем также нехотя вошла внутрь. По-прежнему шкворчала сковорода, судя по всему, Анселл даже не заметил её отсутствия. Девушка разулась, поежилась, но всё же пошла к нему. Сам он, похоже, не уйдет.

То ли ему было жарко, то ли он брезговал надевать рубашку после одного раза. Разницы нет, так как Джерт, в любом случае, стоял у плиты голым по пояс. На спине лежал ковёр из блестящих тёмных волос, рука держала силиконовую лопатку. Готовил завтрак. Судя по всему, на двоих.

— Извини, я немного похозяйничал в твоём холодильнике, — елейным голосом пробормотал мужчина. — Доброе утро. У тебя есть аппетит овощной вок?

— Вы умеете готовить? — Селена неловко вскинула брови и неловко села на случайный стул.

— Конечно, я же живу один, — Анселл мягко улыбнулся. — Так что? Вок? И… чем хочешь заняться сегодня? Хочешь покататься со мной по городу? Или, может, бросим всё и съездим на онсэн вдвоём?

Она нервно выдохнула. Джерт вёл себя так, словно они уже три месяца встречались, и их отношения расцветали всё больше с каждым днем. От неловкости и непринятия сводило зубы. Хотелось отстраниться.

— Мистер Анселл, вы простите, но я не думаю, что это хорошая идея, — Бауэр отвела лицо в сторону.

— Почему? — он неловко вскинул брови. — Мы только закрыли проект, самое время развеяться.

— Я. В общем, — она зажмурилась, выдохнула, затем продолжила, — мистер Анселл, то, что мы переспали — ничего не значит. Простите. Я не хочу с вами… никуда идти или начинать отношения. Пожалуйста, давайте забудем об этом. Сделаем вид, что ничего не было. Вы хотели со мной переспать? Переспали. И давайте… всё на этом. Навсегда.

Несчастье быть любимой

— Что? — взгляд в ту же секунду стал пристальным, а улыбка натянутой и тяжёлой. — Почему, в чём дело? Что значит «всё на этом»?

— Значит, что я… не хочу ничего развивать. Простите, — она пустыми глазами смотрела, как мужчина клал на стол аккуратные белые тарелки с ароматным содержимым. Готовил мистер Анселл, как оказалось, на зависть хорошо. Это было намного лучше, чем еда из комбини. И лучше, чем еда из кафе. Вот только… есть ли смысл встречаться с мужчиной за еду?

— Тебе не понравилось? — Джерт медленно сел за стол и нервно прикрыл глаза. Его тело заметно напрягалось, иногда казалось, что он стискивал зубы от замешательства и внезапной растерянности. — Что именно? Что я… склонил тебя к этому всему? Что сделал это с тобой?

— Я вас не виню, — вдруг сказала Бауэр, глядя в окно, куда-то в сторону улицы. — В конце концов, у меня есть рот, чтобы что-то сказать. Руки, чтобы что-то сделать. А я… стояла как овца. Не знаю, что на меня нашло. Пьяная, наверно, была. — Она с грустью пожала плечами. — Спасибо вам за еду, я очень редко сама себе такое готовлю. Но всё же я… не готова к отношениям. Надеюсь, вы меня поймёте.

— Так, стоп, подожди, — Анселл нервно улыбнулся. — Вчера был… сложный день. Мы были на корпоративе. И мы, по итогу, переспали. Нам обоим это понравилось. Кроме того, ранее ты выказывала в отношении меня симпатию. А я выказывал её тебе. И раз уж произошло то, что произошло, может, попробуем отношения? Почему, собственно, нет? Я и так говорил уже, что настроен серьёзно. И ты… можешь меня попробовать. Почему бы и нет.

— Звучит так, будто вы сдаёте фильм в прокат, — девушка нахмурилась, затем потупила глаза. — И сейчас показываете мне ознакомительный кусок. Мистер Анселл, поймите. Дело не в вас. Вы… хороший фильм в своём жанре. Вы красивый. Сильный. Успешный, — она грустно усмехнулась. — Но… не так давно я поняла, что мне нравятся фильмы другого жанра. Если вы — эпическая драма, то… мне по душе комедийные мелодрамы. Простите.

— А мне по душе — не клеить на людей ярлыки из фильмов и притянутых за уши сравнений, — Джерт ошарашенно вытаращился на Селену, но тут же взял себя в руки. Он явно не так представлял своё утро — совсем не так. На мужчину словно вылили ушат холодной воды, и он попросту не знал, как реагировать. То ли злиться, то ли нервно смеяться, то ли сжимать кулаки и спорить до тех пор, пока что-нибудь не получится. Или же… пока его не выставят. Сердце тяжело билось в грудной клетке, правда, слышалось это биение как гимн собственного страха — в ушах, в висках, под рёбрами, внизу живота.

— Ну простите уж, — Бауэр напряглась. — Не знаю, как по-другому сказать. Этот секс, правда, ничего не значит, я его даже толком не помню.

Врала. Но сейчас эта ложь была комфортнее любой, даже самой обтекаемой правды.

— Зато я его помню, — мужчина тяжело выдохнул. — Как видишь, ты мне не противна. Я не врал, когда говорил, что меня всё устраивает. Теперь. Что я хочу тебя такой, какая ты есть. Мне нравится… твоё тело. Оно меня не отталкивает.

— Я не хочу это обсуждать, — Селена зажмурилась, затем пошла к раковине. Взяла стеклянный стакан, набрала в него воды и залпом выпила, после чего вернулась и села за стол, пустым взглядом вытаращившись на тарелку со свежей едой.

— А что во мне не так⁈ Нет, ну что во мне не так, вот скажи⁈ — Анселл взял деревянные палочки для еды, которые тут же стали трещать у него в руках. — Я осознал свою ошибку. Я… прошу у тебя прощения. И нам, вроде, было хорошо, разве нет? Зачем продолжать все эти догонялки друг от друга⁈ И так весь офис теперь будет думать, что у нас отношения!

— И чья это вина⁈ — Бауэр со злостью прищурилась. — Чья это вина, что они так будут думать⁈ Когда они наперебой кричали свои мысли, свои догадки, вы ни слова не сказали наперекор! Вы сидели, молчали и улыбались, словно так и надо! Словно они пытались угадать возраст ваших котов!

— Да потому что я не вижу смысла лгать! — Джерт бросил на стол поломанные палочки. — Испытываю я что-то к тебе? Да, испытываю. Мылись мы вместе? Да, мылись, хоть и не преднамеренно. Видела ты меня голым? Твою мать, опять да! И я не вижу никакого смысла это скрывать! А зачем? Чтобы любой умник из моделей «Пришельца» тебе строил глазки? Нет уж. Слухи ползут быстро — и пусть ползут. Не хочешь со мной встречаться? Не встречайся. Посижу отвергнутым. Но я больше не буду делать для всех вид, что это «просто недоразумение». Ты… можешь говорить им что угодно. Любила ты меня или не любила — что угодно. То, что посчитаешь нужным. И я буду говорить то, что посчитаю нужным. Например, то, что я влюблён в своего фотографа, просто она решила меня отшить. Селена, я больше не собираюсь никому врать. Я и так достаточно врал сам себе. Хватит.