Полная версия книги - "Мои две половинки (СИ) - Есина Анна"

Он выпотрошит ваши тело и душу, а после оставит...

– Сонь, как он тебе?

– А? – я вылупилась на Оленьку, с трудом выныривая из пучины раздумий.

– Ну этот... Илья, – она мечтательно закатила глаза и произнесла мужское имя с таким придыханием, будто давеча получила от него признание в вечной любви. – Хорош же, скажи? Тёмненький, высокий, стройный и эта щетина его – ух, у меня аж всё набухло.

– От кого там бухнуть? Обычный женатик. Таких вон папаш сердобольных полна коробушка.

– Да ты что! Он холостой. Я краем уха слышала, как просил дирёбу к психологу пацана направить, типа тот болезненно переживает родительский развод. Как думаешь, если рискну пригласить его на кофе завтра, когда он документы принесёт на оформление, он согласится?

Сто процентов нет. Мужики же завоеватели. Чем дольше ты их за нос водишь, тем сильнее разгорается охотничий азарт.

Вслух же сказала другое:

– Попробуй. За спрос в лоб не даст.

– А ты сама как? Не хочешь перестать теребить лепестки своего Ромашки?

– И заменить кобеля кобелём? – фыркнула, отправляя дармовую шоколадку в мусорную корзину. – Спасибо, плавали, знаем.

– А с чего ты взяла, что он – кобель?

– Оленька, детка, все они одним миром мазаны. Если не кобель, то блядун, а уж если вовсе не шляется, то импотент немощный, с таким только время зря тратить.

– Как у тебя всё категорично.

– Это жизненный опыт. Притом тот, который горше полынной настойки.

Я всё-таки погрузилась в бумажную рутину и до конца дня не поднимала головы. А перед глазами так и стояло Ромкино фото.

Дорогой боженька, если ты только существуешь! Пожалуйста, устрой нам встречу! Хочу глянуть на него всего полразочка и осознать, что перегорела, что чувства ушли и что сменились ненавистью.

Надо ли добавлять в конце «Аминь»?

Глава 3

«Какие планы на вечер пятницы-развратницы?»

«Сонечка, заезжай в гости. Целую, Ба.»

«Систер, забуримся вечерком в Синюю Яму?»

«Вам звонил +77746277807 в 16:26. Сообщения не оставлено. Детали: t2.ru/vap»

Последнее сообщение смахивала дрожащей рукой. А молитвы-то действуют. Рома пытался позвонить.

И что мне с этим знанием делать?

Предыдущие сообщения просто проигнорировала, как поступала весь предыдущий месяц. Нет у меня настроения на гулянки и вечеринки. Лучшая компания для меня сейчас – это море подушек, тёплый плед, тарелка орешек и обе части фильма «Супер Майк», которые помогали выдрать себя за волосья со дна озера депрессии.

К бабушке я решила наведаться в субботу, о чем написала в ответе. Но что делать с этой лазером бьющей по глазам надписью:

вам звонил +77746277807 в 16:26

?

Перезвонить? Записать короткое голосовое сообщение, содержащее брань и ругательства? Назначить встречу и явиться к месту с топором наперевес?

Похоже, я начинаю невольно сочувствовать серийным убийцам, поскольку понимаю, что в особо опасные моменты жизни в душе может созреть безотчётное желание убивать.

Я всё же набрала номер, но не Ромкин, а тот, что получила сегодня на работе от бывшего ученика нашей директрисы – Ильи Зарубина.

Он явился сегодня с утра, не спросясь развалился на стуле возле моего стола и передал взволнованной Олечке личное дело своего сына и все необходимые копии.

– Привет, – поздоровался как со старой знакомой.

– Доброе утро, – вежливо пожелала, не поворачивая головы от монитора.

– Как настроение?

– Как у жаворонка в полночь – недосуг чирикать.

Олечка почти бесшумно перелистывала бумаги и слишком уж въедливо прислушивалась к разговору.

– Колючая такая, – ухмыльнулся Илья и добавил: – Такой тебя и запомнил. Сколько должен за химчистку?

Я, наконец, снизошла до открытого взгляда. Нахмурила брови, соображая, о какой химчистке речь.

– Суббота, серебристый «Лексус». Ты воевала с «Крузаком», я предложил помочь – припоминаешь?

– А, так это тебя усыновила семья гамадрил и забыла научить хорошим манерам?

– Каюсь, повинен, – он широко улыбнулся и чуть склонил голову набок. – Я тебя ещё вчера узнал. Так сколько за испорченное пальто?

Какой удивительный экземпляр. Вначале по-хамски окатил из лужи, зачем-то запомнил аж на целый месяц, потом отыскал и горит потребностью возместить убытки. Может, у него биполярка?

– Не утруждайтесь, я в состоянии оплатить химчистку. А вам могу посоветовать курсы, где прививают зачатки воспитания.

– Вот здесь заполните, пожалуйста, – Олечка сунула родителю под нос несколько бланков, глянула на меня чуть ли не с завистью и отвернулась к своему экрану.

– И снова на «вы», – Илья вздохнул раздосадовано и взял с моего стола ручку, чтобы вписать данные в графы. – Насчёт курсов идея неплохая. Подыщи для меня что-нибудь, потом позвонишь и скажешь, когда и куда подъехать.

Не особо заморачиваясь, он оторвал от стопки цветной стикер, размашисто вывел на нём цепочку цифр и приклеил к нижнему краю монитора.

– Боюсь, тут одними курсами ситуацию не выправить. Как насчёт полной профессиональной переподготовки? – я потихоньку начала втягиваться в игру, хотя и чувствовала затаённую угрозу.

Пикапер же, как пить дать. Все эти обезоруживающие улыбочки, пулемётная стрельба глазами, расслабленная поза, призванная подчеркнуть его статус хозяина вселенной – тут и не пахло ювелирной тонкостью.

– Ради тебя готов хоть завтра записаться в институт благородных джентльменов, – он вывел затейливый росчерк внизу бланка и приступил к следующему опроснику.

– Какие жертвы ради незнакомки. Наверняка ты дико занят большую часть времени, раз исполняешь повеление каждой первой встречной.

– На самом деле действительно занят – работой, но готов посвятить всё свободное время самообразованию. Меня ведь чуть совесть живьём не сожрала за тот инцидент.

– Бедняжка, – присвистнула в пылу азарта. – Могу и здесь посоветовать делать на ночь йодную сетку. Отлично помогает от мук заторможенной совести.

– Из личного опыта знаешь? – он покрутил между пальцами авторучку и, не дожидаясь ответа, проговорил: – То, что окатил тебя из лужи, заметил сразу, но остановиться не мог – срочно вызвали на работу. Потом несколько раз приезжал в тот двор, пару раз заставал на том же месте «Крузак», но тебя отчего-то так и не встретил.

Правильно, потому что я навсегда покинула тот злополучный дом и прокляла владельца внедорожника.

Я опять уплыла мыслями в тот траурный день и отключилась от происходящего.

Олечка сумела перетянуть внимание Ильи на себя, они быстро закончили с оформлением документов, а я так и продолжала водить курсором по рабочему столу, отдаваясь арктическим водам воспоминаний.

На прощание Илья постучал пальцем по жёлтому стикеру со своим номером телефона и бросил:

– Непременно позвони насчёт учёбы. Хочу стать лучшей версией себя.

И я, дурёха, набрала номер тем же вечером, когда стрелки часов перевалили за отметку «10».

– Да, – ответил неандерталец почти мгновенно, будто только и ждал входящего вызова.

– Московский гуманитарный институт имени Патриса Лумумбы ведёт набор на факультет диагностики девиантного поведения, – понесла я откровенную околесицу.

– Так-так, погоди, я записываю, – сквозь короткий смешок отозвался Илья. – Как пишется слово «девиантный»?

– Через тире, – уверенно брякнула и закусила губу, сдерживая рвущийся смех.

– Записал: «факультет диагностики девиантного через тире поведения». Сонь, телефончик приёмной комиссии не подскажешь?

Веселье вмиг улетучилось.

– Откуда имя моё знаешь?

– Так на сайте школы нашёл. Фото, кстати, отличное. Тебе идёт загадочная полуулыбка.

– В курсе, что подобное явление нынче называется сталкерством?

– В мою молодость это именовалось заинтересованностью, но уверен, что ты способна подыскать универ, в котором меня отучат любопытничать. Какой-нибудь жутко модный бакалавриат по специальности Небельмеса Коляды.