Полная версия книги - "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция - Рейли Кора"

– Тогда займись любовью со мной. Медленно и нежно.

– Медленно и нежно, – хрипло повторил Лука, и я поняла, что победила. Он опустился на край кровати и начал массировать мне ступни и икры. Я широко раздвинула ноги. Сорочка на мне приподнялась, обнажив тонкие белые трусики. Его взгляд поднялся выше, и я знала, что он видел, насколько я хотела и нуждалась в нем. Лука застонал, прижавшись к моей лодыжке, затем пробежался пальцами вверх, едва дотрагиваясь до кожи, пока не прикоснулся кончиками пальцев к промежности. Я чувствовала, что трусики уже влажно прилипли к пылающему местечку. – Мне будет очень нелегко медленно и нежно. Если бы ты не была ранена, я взял бы тебя и заставил выкрикивать мое имя.

– Если бы я не была ранена, то хотела бы, чтобы ты сделал это.

Лука лизнул языком по лодыжке, затем мягко всосал ртом кожу.

– Мое.

Затем покрыл голени и бедра поцелуями, снова и снова повторяя слово «мое», приближаясь к центру. Лука стянул трусики вниз, устроился у меня между ног и поцеловал губы там.

– Мое, – прошептал он в разгоряченную плоть. Я выгнулась и немедленно дернулась от боли.

– Я хочу, чтобы ты полностью расслабилась. Не напрягай мышцы, или плечо опять заболит, – сказал он, не отрывая от меня губ и делая меня влажной от возбуждения.

– Я всегда напрягаюсь, когда кончаю, – возразила я, дразня. – И я правда-правда хочу кончить.

– Ты кончишь, но не напрягаясь.

Я не стала говорить, что считаю это невозможным. Лука, наверное, заметил мои сомнения, и выражение его лица говорило, что он принял вызов.

Я должна чаще бросать ему вызов. Когда он начал с приятных легких прикосновений и поцелуев, пальцы на ногах поджались от возбуждения, я почувствовала, что мышцы расслабляются, и разум затуманило блаженством. Тишину комнаты нарушали мои тихие стоны и сладкий чмокающий звук, с которым Лука облизывал мои складочки. В низу живота медленно завязывался узел, и каждое касание языка Луки закручивало его, а затем восхитительно медленно развязало, и оргазм потек через тело, как мед. Я глубоко вздохнула, когда Лука продлил мой оргазм, идущий от его, казалось, непрекращающихся легких прикосновений. Я наблюдала через туман, который не имел никакого отношения к болеутоляющим, как Лука поднялся. Он выскользнул из боксеров, пока я растеклась по постели как бесхребетное нечто. Тело гудело, как будто каждая клетка была наполнена сладким блаженством. Он вытянулся надо мной, головка уперлась мне между ног. Затем очень медленно скользнул внутрь, растягивая меня. Я издала протяжный стон, от того, как он заполнил меня целиком.

– Моя, – произнес он тихо.

Я смотрела ему в глаза, а он выходил мучительно медленно и снова входил обратно.

– Твоя, – прошептала я.

Впереди нас ждал путь во тьму, жизнь, наполненная кровью, смертью, опасностью, будущее, в котором я всегда должна быть начеку, понимать, что каждый день мог стать последним для Луки, бояться, что однажды мне, возможно, придется наблюдать, как он получит смертельную инъекцию. Но таков мой мир, а Лука мой мужчина, и я пройду с ним этот путь до конца.

Когда он занялся любовью со мной, я прикоснулась рукой к татуировке на его сердце, почувствовав его сердцебиение под своей ладонью. И улыбнулась.

– Мой.

– Навсегда, – сказал Лука.

Связанные долгом

Пролог

– Смотри на меня и не смей отворачиваться, Данте! Я думаю, что заслуживаю хотя бы этой малости.

Когда муж все же повернулся ко мне, от него волнами исходило напряжение. Он пристально смотрел на меня, но не приближался и на этот раз не делал вид, что безразличен ко мне. Его взгляд блуждал по моему обнаженному телу.

В прохладном воздухе кабинета соски затвердели, но, несмотря на сильное желание укрыться от холодного взгляда Данте, я не запахнула шелковый халат. Он задержался на бедрах немного дольше, чем на остальных участках тела, и меня озарила робкая надежда.

– Я для тебя кто? Жена?

Он раздраженно нахмурился.

– Конечно жена. – В его голосе промелькнуло что‑то, чего не смогла понять.

– Тогда заяви на меня права, Данте! Сделай меня своей.

Данте не среагировал, но взгляд скользнул к моим возбужденным соскам. Это было словно прикосновение к обнаженной коже.

Я почувствовала, что почти соблазнила его, и жаждала сегодня вечером заняться сексом.

– У меня тоже есть определенные потребности. Ты бы предпочел, чтобы я нашла любовника, который освободит тебя от необходимости спать со мной?

Я не была уверена, что у меня хватит на это духу. Нет, я знала, что ничего подобного никогда не сделаю, но эта провокация была моим последним шансом. Если Данте никак себя не проявит даже сейчас, то не представляю, что еще можно сделать.

– Нет, – произнес он резко, и что‑то злое и собственническое пробило его идеальную маску.

Данте стиснул зубы и двинулся на меня. Когда он остановился так близко от меня, я задрожала от желания и возбуждения. Данте не дотронулся до меня, но мне показалось, что в его глазах промелькнула искра желания. Это была малость, но ее оказалось достаточно, чтобы воодушевить меня. Преодолеа оставшуюся между нами дистанцию, я провела пальцами по его сильным плечам, прижимаясь обнаженным телом к его груди. Грубая ткань делового костюма восхитительно терлась о чувствительные соски, и я застонала. Пульсация между ног стала почти невыносимой. Глаза Данте сверкнули, когда он взглянул на меня сверху вниз. Он медленно обнял меня и положил ладонь мне на поясницу.

Я торжествовала. Теперь он меня не игнорировал.

Глава 1

Разумеется, я знала, что это когда‑нибудь случится. После похорон моего первого мужа Антонио отец ясно дал это понять. Я была слишком молода, чтобы оставаться незамужней, но никогда бы не подумала, что отец найдет нового мужа так скоро, и совершенно точно не ожидала, что им станет Данте Кавалларо.

Антонио похоронили всего лишь девять месяцев назад, и поэтому моя помолвка была на грани неприличия. При обычных обстоятельствах мать оказалась бы в первых рядах тех, кто набросится на всякого, нарушившего этикет, и все же она не усматривала ничего неправильного в том, что сегодня, меньше чем через год после прощания с Антонио, мне предстояло встретиться со своим новым мужем. Я никогда не любила Антонио так, как любит женщина мужчину. И хотя по сути наш брак был фиктивным, все же надеялась на какую‑то отсрочку, прежде чем мне вновь придется выйти замуж, особенно если в этот раз выбор был не за мной.

– Тебе невероятно повезло, что Данте Кавалларо согласился взять тебя в жены. Для многих стало неожиданностью, что он решил выбрать женщину, которая уже однажды побывала замужем. Ведь он мог выбрать из рядов юных девушек, – говорила мать, причесывая мои темно‑каштановые волосы.

Она не хотела задеть мое самолюбие, а всего лишь озвучивала очевидное. Я знала, что это правда. Все знали.

Такой мужчина, как Данте, занимавший высокое положение в обществе, не должен подбирать объедки после другого, менее авторитетного мужчины. Скорее всего, многие так и думали, но так получилось, что я должна выйти за него замуж. На самом деле я не хотела брака с кем‑то столь же влиятельным и коварным, как Данте Кавалларо. Я хотела остаться одна, по меньшей мере для того, чтобы защитить тайну Антонио. Как я смогу продолжать обманывать? Данте известен как человек, который всегда умеет распознать ложь.

– Через два месяца он будет главой Синдиката, и когда ты выйдешь за него, то станешь самой могущественной женщиной Чикаго и Среднего Запада. И если будешь поддерживать дружеские отношения с Арией, у тебя окажутся связи и в Нью‑Йорке.

Моя мать, как обычно, бежала впереди паровоза и уже распланировала мировое господство, в то время как я до сих пор не могла осмыслить того, что мне предстояло стать женой дона. Это слишком опасно. Я была неплохой лгуньей. За время брака с Антонио я без устали совершенствовала свои навыки, но между ложью для окружающего мира и ложью для собственного мужа разница огромная. Злость на Антонио вновь всколыхнулась во мне, как уже часто бывало за последние месяцы. Именно он поставил меня в такое дурацкое положение.