Полная версия книги - "Пересекая черту (ЛП) - Солтани Симон"

— Что бы мы ни решили, легко не будет, — наконец говорю я. Это единственный вывод, к которому сейчас удается прийти, потому что мысль о жизни без него кажется ничуть не легче.

— Легкость переоценивают, — возражает она. — Главное, чтобы вы были счастливы.

Вот только в этом и проблема — я не знаю, как этого добиться.

Но кое-что я все-таки знаю наверняка.

— Мне страшно, Шанталь, — шепчу я.

Любые отношения с Девом означают, что мне придется снова открыть себя для возможности разбитого сердца. Я не могу представить, что он когда-нибудь изменит мне, как Джереми, но точно так же не могу представить, что навсегда останусь для него первым выбором. Теперь, когда его репутация восстановлена, он может быть с любой женщиной, какой захочет, так зачем ему выбирать именно меня?

Я хрупкая и слабая, словно меня кое-как скрепили клеем и растянутыми резинками. В некоторые дни я едва поспеваю за бешеным ритмом жизни команды, которая постоянно перемещается по всему миру, и настоящее чудо, что я до сих пор окончательно не выбилась из сил и серьезно не пострадала. Мне впору наклеить на лоб стикер с надписью «Обращаться с осторожностью».

Неужели он действительно готов мириться со всем этим? И как долго?

А еще есть мой брат. Однажды я уже стала причиной распада компании друзей Окли и не хочу, чтобы из-за меня это произошло снова. Если мы с Девом расстанемся, даже мирно и без взаимных обид, между нами все равно останется неловкость, и я не сомневаюсь, что она неизбежно скажется на его дружбе с Окли.

И даже если мы не расстанемся, если все закончится свадьбой, детьми и тем самым «долго и счастливо», их дружба все равно изменится. Смогу ли я с этим жить? Смогу ли быть довольна своим выбором, зная, что он в любом случае затронет Окли?

— Просто мне кажется, что нам не стоит быть вместе, — говорю я Шанталь, хотя эти слова оставляют во рту горький привкус.

На несколько секунд воцаряется разочарованная тишина, а затем она произносит:

— Ты ведь сама в это не веришь.

Не верю, но сейчас за меня говорит страх. Паника обжигает вены, заставляя организм выбирать между «бей» и «беги», и все внутри требует одного — бежать.

Но я не хочу слушать этот страх. Не хочу позволять ему лишить меня счастья, которое отношения с Девом наверняка принесут, несмотря на все последствия и даже если продлится оно совсем недолго.

Пусть страх и дальше поет свою сиреневую песню где-то на задворках моего сознания, но я не позволю ему заманить меня на дно. Не дам течению эмоций утянуть меня за собой, а потом выбросить на берег разбитой и окровавленной. Не позволю страху снова превратить меня в пустую оболочку той, кем я когда-то была, и не дам ему погасить огонь, который я так долго и упорно разжигала, пока он наконец снова не вспыхнул во всю силу.

Значит, у меня остается два варианта. Я могу поступить эгоистично, впервые поставить себя на первое место и нырнуть в неизвестность. Или могу выбрать то, что будет лучше для всех остальных, закончить все сейчас и оставить нашу жизнь такой, какой она была.

А значит, мне придется сделать выбор.

— Просто я боюсь, что ради отношений с ним мне придется чем-то пожертвовать, — наконец слабо произношу я.

Несколько секунд она молчит, обдумывая мои слова. Она понимает, откуда берется этот страх, даже если я не объясняю ей весь ход своих мыслей. Она знает обо всех моих слабых местах и сомнениях, видела меня разной: наивной первокурсницей с широко распахнутыми глазами, девушкой с разбитым сердцем после истории с Джереми и, наконец, женщиной, которой я стала сейчас — во многом благодаря тому, как они с Грейс помогли мне снова собрать себя по кусочкам.

— Я понимаю, — наконец говорит она. — И да, это страшно. Но, Уиллоу… — Она делает вдох, и следующие слова звучат мягко, но решительно. — С ним у тебя может быть все. Пожалуйста, не позволяй страху победить.

ГЛАВА 22

Дев

С самого финиша мой телефон не умолкает ни на секунду. У Чавы и Марка та же история. Не думаю, что мне когда-либо в жизни писало и звонило столько людей. Черт, я даже не подозревал, что вообще знаю их столько.

Я устроился в углу гостиничного номера и разговариваю по видеосвязи с мамой, папой, сестрой и несколькими друзьями, которые смотрели гонку вместе с ними. В динамике царит настоящий хаос из поздравлений и тостов на смеси английского и гуджарати, и половину того, что они кричат, я даже не могу разобрать.

— Ты отлично выступил, сынок, — в миллионный раз повторяет мама, но мне это никогда не надоест. Ее похвала для меня на вес золота. — Привези кубок домой, чтобы я сама на него посмотрела.

— Если бы я знал, что ты собрался победить, я бы приехал! — кричит папа, обнимая маму за плечи. — Я так тобой горжусь, сынок.

— Ну, думаю, ты выступил неплохо, — поддразнивает Алиша с края экрана. — Но наслаждайся вниманием, пока можешь, потому что в следующем месяце все оно достанется мне.

Ее жених фыркает и легонько поддевает ее пальцами за подбородок.

— Ага, конечно, только тебе. Как будто это не наша свадьба.

По тому, как он смотрит на Алишу, сразу видно, что он безумно в нее влюблен. Интересно, я так же смотрю на Уиллоу? Если да, то, блядь, настоящее чудо, что меня до сих пор никто на этом не подловил.

Удивительно, что я вообще сумел продержаться до сегодняшнего дня и только сейчас снова её поцеловал. Но когда я увидел её у себя в комнате — как она устраивает для меня целую выставку, чтобы напомнить, сколько людей меня любят…я просто не смог остановиться. Мне необходимо было дать ей понять, насколько сильно я ею одержим.

Но теперь нам с ней предстоит о многом поговорить. Мы уже давно приближались к этому разговору, а сегодняшним поступком я, несомненно, ускорил его наступление. И лично для меня пути назад к тому, как все было раньше, уже нет.

Я хочу большего. Но решать, каким именно будет это «большее», должна она, потому что для нее риски куда серьезнее, чем для меня.

Пообещав завтра снова позвонить, я завершаю видеозвонок и перевожу внимание на Чаву, который как раз тоже откладывает телефон.

— Я говорил с Окли. — От этих слов в животе мгновенно появляется свинцовая тяжесть. — Он сказал, чтобы ты не переживал и не перезванивал. Просто хотел поздравить тебя.

Блядь. Я так старательно вытеснял мысли об Окли куда подальше, и после того, как всего несколько часов назад мои руки были повсюду на его младшей сестре, это последнее напоминание, которое мне сейчас нужно. Каким бы рассудительным он ни был, не думаю, что эта подробность пришлась бы ему по душе. Особенно если бы он узнал, что такое между нами происходит уже не впервые.

Но Уиллоу — взрослая женщина и сама решает, чего хочет. Я просто не знаю, приведут ли наши решения к тому, что снова разрушатся чьи-то дружеские отношения. Похоже, мне остается только ждать и смотреть, что из этого выйдет.

— Давайте уже выбираться отсюда, — говорит Марк с другого конца комнаты, убирая телефон в карман брюк. — Сегодня я спускаю тебя с поводка, Дев. Так что используй эту возможность по полной.

— Именно это я и собираюсь сделать, — отвечаю я, подавляя чувство вины, которое снова грозит подступить к горлу. Расстегиваю верхнюю пуговицу рубашки, словно это может помочь, но в ответ Чава лишь присвистывает, явно принимая мой нервный жест за знак того, что я наконец готов оторваться.

Он обхватывает меня рукой за шею и зажимает голову под мышкой.

— Сегодня мы наконец найдем тебе кого-нибудь, брат. Победителю каждая захочет отсосать.

От неожиданности я смеюсь прежде, чем успеваю сдержаться, и чувство вины немного отступает, пока он тащит меня к двери. Если бы Чава знал, что ни одна из них меня совершенно не интересует, подкалывал бы до конца моих дней.

— Надо забрать Уиллоу, — напоминаю я ему и Марку, когда мы выходим в коридор и киваем нескольким парням из Argonaut, которые тоже уже направляются на выход.