Полная версия книги - "Мой сумасшедший новогодний Роман (СИ) - Инфинити Инна"

В гостиной горит пара торшеров. Из коридора со стороны кухни доносится звук льющейся воды. Иду на него. Мама стоит у мойки. Судя по всему, готовит ужин: на столешнице рядом с ней лежат очищенный картофель, морковь, лук и сырое мясо.

На секунду засматриваюсь на маму. Она у меня такая красивая. Ей сорок два года, а выглядит на тридцать пять. При этом не сделала ни одной пластической операции. Просто занимается спортом и правильно питается. Сейчас темно-русые волосы, как у меня, собраны в пучок. Под передником на аккуратной фигуре красиво сидит стильный домашний костюм темно-синего цвета.

— Сюрприз! — восклицаю я.

Мама с криком испуганно подпрыгивает на месте. Поворачивается ко мне, схватившись за сердце. Секунду смотрит на меня как на привидение.

— Кира! — восклицает, хлопнув в ладоши. — Господи, девочка моя, что же ты не предупредила?

Мама бросается ко мне, а я к ней. В следующее мгновение мы заключаем друг друга в крепкие объятия.

— Доченька! — мама, прижимая меня к себе, целует в щеки.

У меня слезы на глазах. Я так соскучилась. Мы переписывались каждый день, когда я была в Сочи, я отправляла маме фотографии себя и гор. Но между нами чувствовалось небольшое напряжение. Я нарочито не задавала ей вопросов про предстоящую свадьбу с отцом Ромы. А мама тоже будто специально не говорила об этом первой.

— Почему ты не сказала, что приезжаешь сегодня? Я бы тебя встретила.

— Я хотела сделать сюрприз.

Мы с мамой выпускаем друг друга из рук, и я прохожу к столу. Родительница выключает войду в мойке и подходит к холодильнику.

— Свежий ужин не скоро будет. Но есть суп. Будешь?

Мама, как всегда, начинает суетиться. А мне хочется просто посидеть с ней спокойно, взявшись за руки.

— Ничего не буду, спасибо. В самолете кормили.

Я говорю чистую правду: в самолете Артура снова кормили черной икрой, крабами, брускеттами, пармезаном, манго, ананасом и прочими вкусностями.

— Ну хотя бы чаю?

— Чаю можно.

Мама ставит чайник. Принимается заваривать самый лучший, привезенный из Китая. Кладет на стол мои любимые эклеры. Мама вроде бы выполняет все отточенными до автоматизма движениями, однако я замечаю, что она скована. А еще за радостной улыбкой от встречи со мной она прячет грусть. Мне становится страшно, примерно как в новогоднюю ночь, когда родители посадили меня на диван в гостиной, чтобы сообщить невероятно важную новость.

Через пять минут мама ставит передо мной кружку чая и садится напротив.

— Как у вас дела? Как папа?

Мама грустно улыбается.

— У нас все хорошо.

Я вижу: она что-то не договаривает. Мне становится не по себе. Даже чай пить расхотелось.

— Как ваши свадьбы? — первой начинаю запретную тему.

— Их не будет.

— Что!? — не верю собственным ушам.

— Никаких свадеб ни с кем не будет. Все отменено.

Я еле удерживаю себя от того, чтобы не запрыгать от радости.

— Значит, вы с папой снова вместе, и все как раньше? — мой голос звенит от восторга.

Мотает головой.

— Нет, мы с твоим папой развелись, и это навсегда. Он съехал из дома, пока ты была в Сочи. Теперь мы будем жить здесь с тобой вдвоем.

Ничего не понимаю. Но одно ясно точно: я зря исполняла желания Ромы!

Глава 43. Любовь умерла

— Мам, — протягиваю через стол руку и накрываю ее ладонь. — Ты можешь рассказать мне, что вообще происходит? Мы были нормальной дружной семьей, а потом вы вдруг объявили мне о разводе и новых свадьбах. И, прости Господи, свинге.

От последнего слова меня передергивает, и появляются рвотные позывы. Запиваю их горячим чаем.

Мама вздыхает. И в этом ее вздохе столько безнадежности, что у меня сжимается сердце.

— Мы с твоим папой были вместе с пятнадцати лет. У нас была безумная сумасшедшая любовь. Моих родителей пугало, что у меня так рано появились серьезные отношения, они не отпускали меня на свидания, и я сбегала по ночам через окно, — мамины губы трогает легкая ностальгическая улыбка. Мои тоже. — В восемнадцать лет мы с твоим папой стали вместе жить, в девятнадцать поженились, а в двадцать два у нас родилась ты. Нам было очень тяжело. Мы с твоим папой одновременно и учились, и работали, и тебя растили.

Эту историю я знаю. Бабушки и дедушки с обеих сторон скинулись и подарили родителям на свадьбу трехкомнатную квартиру в серой девятиэтажке на отшибе Москвы. На этом вся помощь от них закончилась. Они не сидели со мной маленькой и вообще больше никак не помогали: ни деньгами, ни работой по дому, ни чем-то еще.

Конечно, трехкомнатная квартира — это сам по себе очень хороший и щедрый подарок. Если бы родителям пришлось скитаться со мной маленькой по съемным баракам, то было бы значительно хуже. А так хоть было где жить и даже с относительным комфортом — аж целых три комнаты.

И все равно я помню, как папе с мамой было тяжело, пока у отца не стал развиваться его строительный бизнес.

— Потом со временем стало полегче, — продолжает рассказ мама. — Ты подросла, стала меньше болеть, я наконец-то окончила институт, и у папы пошли дела в бизнесе. Мы стали стремительно богатеть, стали позволять себе поездки за границу, хорошие вещи, купили этот дом, — мама обводит кухню рукой. — Но, знаешь, чем лучше мы жили, тем сильнее гасла наша с папой любовь.

— Ничего не понимаю, — перебиваю маму. — Как гасла? Невооруженным взглядом было видно, что вы любите друг друга и счастливы. По крайней мере у меня никогда сомнений не возникало.

— Это только так казалось. На самом деле мы постепенно охладевали друг к другу. В итоге все дошло до того, что мы оказались на грани развода. Это было два года назад.

С громким вздохом откидываюсь на спинку стула. Ничего не понимаю. Оказывается, два года назад родители были на грани развода, но не развелись. Пытаюсь вспомнить, что происходило два года назад. Мне было восемнадцать, я поступила на первый курс университета. У меня появились новые друзья и увлечения. Домой я приходила только ночевать. С родителями общалась мало. Могла ли я не заметить, что папа с мамой находятся на грани развода? Могла.

— И тогда в последней отчаянной попытке спасти брак мы решились на эксперимент.

Вот мы и подошли к самому главному. Меня снова воротит.

— Обмен партнерами во время секса?

О... Господи, я произнесла эту дичь вслух.

— Да.

— Где вы нашли Самохиных? — меня интересует только это. Почему, блин, из всех свингеров в Москве мои родители выбрали именно родителей Ромы?

— Существует закрытый клуб людей, которые практикуют такое направление в своих отношениях. Там и познакомились. Альберт и Надя оказались очень милыми, к тому же живут рядом.

«Было удобно ходить друг к другу в отсутствие детей», добавляю мысленно за родительницу.

— Первое время все было хорошо, — мама продолжает рассказ. — Это действительно вдохнуло в наш брак новую жизнь.

— Мам, прости, я не понимаю, как это может вдохнуть новую жизнь. Это же измена.

Несмотря на отношения с Ромой и мою в него влюбленность, у меня до сих пор болит, когда думаю о предательстве Максима и Вики. Такие вещи невозможно забыть по щелчку. Вчера это были мои самые близкие люди, а сегодня они уже никто. Если бы не Рома и не его поддержка, я бы сошла с ума.

— В том то и дело, что это не измена. Все происходит с согласия партнера. И ты не поверишь, но такие эксперименты действительно могут вдохнуть новую жизнь в брак. В этом закрытом клубе я познакомилась с парой, которая таким способом избежала развода. И таких пар много. Кто-то потом перестает практиковать свинг, а кто-то продолжает. Иногда чтобы спасти свои отношения, нужно прибегнуть к такому радикальному методу.

Это для меня какая-то абракадабра. Я не понимаю и отказываюсь понимать. А еще у меня поджилки трясутся от мысли о том, что через двадцать лет мы с моим мужем надоедим друг другу и захотим попробовать что-то подобное.