Полная версия книги - "Вера. Надежда. Любовь - Буренина Кира Владимировна"
Ровно в полдень Олег должен был встретиться со Светланой. Он нехотя вел машину по Тверской улице, радуясь остановке в каждой пробке, словно отсрочке смертельного приговора. "Почему я так боюсь этого разговора?", в который раз он задавал себе этот вопрос, но подсознание не выдавала ответа, и в голове его царил хаос. Олег понял, что Вера не хочет брать девочку из детдома, и это было горько. Вера не хочет принять того, что ему важно и дорого. Впервые в душе остался неприятный осадок от общения с ней. Маленькая девочка с дворняжкой в руках была так беззащитна, так нуждалась в любви! Но Вера предпочла свой душевный комфорт. Где-то в глубине души Олег понимал, что он неправ, что необходимо разобраться, почему Вера отказывается взять ребенка, однако чувство обиды было сильнее.
Он аккуратно припарковал свой автомобиль, огляделся. Машина Светланы - вишневая "девятка" была здесь. Значит, Светлана уже ждет его. Он зашел в полумрак бара. Помещение было крохотным - барная стойка, да три-четыре столика. В прежние времена он часто бывал здесь - с друзьями, потом со Светланой, потом один. Невозмутимый бармен узнал его и указал на дальний столик, за которым сидела с прямой спиной и высоко поднятой головой Светлана.Олег попросил принести сок, присел за стол, сухо поздоровался с Клинковой. Некоторое время разговор касался общих тем - они вспоминали прежних знакомых, секцию. Олег искоса взглянул на ее лицо: упрямо сжатые губы, трепещущие ноздри, немигающий взгляд - Светлана осталась прежней.
Она отпивала сок по маленькому глоточку и задумчиво смотрела на Олега.
- Ты не изменился, - наконец, произнесла Светлана
- Почему я должен измениться?
- Любовь всегда меняет людей, придает им одухотворенный вид, вливает в них новые силы
Олег почесал переносицу:
- Ты пригласила меня сюда, чтобы сообщить об этом?
Светлана покачала головой, и внезапно ее взгляд изменился. На сотую долю секунды в нем проскользнула беспомощность, страх, одиночество и еще что-то, чего Олег прочитать не успел. Она опустила веки, а когда подняла их, то выглядела по-прежнему - женщина в броне. Однако этот взгляд растрогал Олега. "Почему я сужу о ней так строго? Во мне говорит уязвленное самолюбие. Но может, эта женщина нуждается в помощи, и единственный, к кому она может обратиться - это я?", сокрушенно подумал он.
- Так какие у тебя проблемы, Света? - более мягко спросил Олег
Она отпила еще глоток, бесшумно поставила стакан на стол и произнесла, твердо глядя ему в глаза:
- У нас будет ребенок, Олег.
Он даже перестал дышать.
- Повтори, - просипел он.
- У меня родится твой ребенок.
- Когда это случилось?
- Помнишь, когда я пришла к тебе в дождь? Это было в сентябре. Не волнуйся, я проверяла, сомнений нет - ты его отец.
- Так, - Олег побарабанил пальцами по столу.
- Олег,- Светлана ласково коснулась его руки, - я понимаю, у тебя любовь. И я ни на что не претендую. Родится ребенок, я его воспитаю сама, только помоги нам на первых порах, а там мы выкрутимся.
В ее голос прозвучала жалобная нотка.
"Словно надтреснутый хрусталь", пришло на ум неожиданное сравнение. Светлана продолжала:
- Потом, со временем, может, мне встретится хороший человек, который усыновит нашего ребенка. Я не хочу, чтобы ребенок рос без отца.
При этих словах Олега словно хлестнули плеткой.
- Ты хочешь, чтобы этого ребенка воспитывал чужой дядя?! - он так громко крикнул, что посетители бара оглянулись на него.
Света покачала головой.
- Сердцу не прикажешь - сама знаю. Я не хочу ломать тебе жизнь - у тебя есть любимая женщина. А я - сильная, сам знаешь, я - "Кинжал". Справлюсь.
- Мы что-нибудь придумаем, Света, - сказал он, поднимаясь из-за стола.
- В одном можешь быть уверена - я тебя не оставлю.
Олег расплатился и поспешно вышел из бара. Его уход был похож на бегство. Он не видел, как Светлана отсалютовала ему в спину стаканом сока и залпом осушила его.
Олег завел машину, выехал на улицу. Картинки далекого детства калейдоскопом стали стремительно вращаться в его голове: Ему семь лет. Демонстрация. Первое мая. Мама идет рядом, под руку с отчимом, в светлом костюме, веселая, радостная. Другой рукой она ведет Олега. Он с завистью смотрит на других детей - их отцы несут на руках или сажают себе на плечи. Олегу жгуче хочется, чтобы его отчим тоже взял его к себе, высоко поднял. Оттуда, сверху так хорошо все видно. Но отчим и не думает это делать. Он продолжает идти рядом с мамой, что-то рассказывает ей, от чего она смеется счастливым смехом.
Ему двенадцать лет. В школе готовится праздник. Все отцы вызваны в срочном порядке - что-то не ладится со сценой в актовом зале.
- Волков, где твой отец, - недоуменно спрашивает завуч
- Занят, - чуть тихо отвечает Олег
- Сколько же можно? Что ни попроси, отец Волкова вечно занят! - с досадой произносит завуч и уходит.
Олег встряхнул головой, отгоняя прошлое. "Я буду отцом!", осенило его. Волна острой радости накрыла его с головой, даже стало трудно дышать. Он попытался представить себе своего будущего ребенка - неважно кого - мальчика или девочку. Ему всегда хотелось иметь много детей, тогда огромная гулкая квартира наполнится детским смехом и лепетом. Олег улыбнулся. Какая же Светлана молодец! Даже не подумала о том, что можно избавиться от ребенка, ведь это так просто и безболезненно теперь. Олег стал фантазировать - он научит своего ребенка всему, что умеет сам и тому, что не умеет, и его малыш будет самым умным, самым начитанным, самым ловким. А как же Катя? Он ударил по тормозам и пренебрегая правилами движения, повернул свой БМВ назад. Ворвавшись в бар, Олег бросился к тому столику, за которым они только что сидели со Светланой. Там была другая пара. Разочарованно он обратился к бармену:
- А когда ушла дама, с которой я сидел за тем столом?
- Она здесь, - невозмутимо ответил бармен, - отошла в туалет.
Олег потоптался у стойки и вышел на улицу. "Зачем я здесь?", отрешенно спросил он себя, - "наваждение какое-то." Олег смотрел отсутствующим взглядом на толпу людей, двигающуюся в разных направлениях - каждый по своим делам. Люди болтали, смеялись, хмурились, ругались.Он запрокинул голову - узкий солнечный луч, подобно клинку, прорезал серую небесную хмарь. Олег медленно вернулся к автостоянке. Вскоре его машина мчалась по направлению к Подольску.
Этот же узкий луч солнца видела Вера и тоже сравнила его с острием клинка. По ассоциации на память пришло имя соперницы "Клинкова Светлана". "Интересно, закончили они свою встречу или еще воркуют?", подумала Вера.
Она прошлась по приемной, обняв себя за плечи. Чем она сможет удержать Олега, что может быть сильнее, чем довод Светланы? Остается одно - ждать.
Вера взяла тексты контрактов и включила компьютер, нашла место, на котором остановилась вчера, и бодро защелкала клавишами. Работа захватила часть ее мозга, другая часть металась, искала решения, опровергала уже найденные варианты и без конца задавалась вопросом: "Так что же делать, Вера?"
Олег стремительно вошел в здание детского дома, его узнавали, воспитатели и нянечки почтительно здоровались с ним. Он заглянул в зал, где ребята из старших классов увлеченно осваивали новые тренажеры. Постояв пару минут у порога зала, Олег спросил у проходящего воспитателя, где сейчас младшие группы. Узнав, что у них время обеда, направился в столовую. Там витал прелый запах щей и подгоревшего масла. За длинными пластиковыми столами сидели дети, увлеченные едой. Завидев Олега, они отвлекались от своих тарелок и с открытыми ртами принимались следить за каждым его движением. Нескоро Олег нашел Катю. Сегодня на ней не было ни красного банта, ни щегольского платья. Она почти ничем не отличалась от прочих воспитанников - серый свитерок с кожанными заплатками на локтях, черная плиссированная юбка, серые колготки, разношенные ботинки. Девочка выглядела менее испуганной и забитой. Она увлеченно болтала ложкой в миске, что-то говорила соседке, сидящей рядом. Олег почувствовал прилив гнева. К нему уже приближалась директор.