Полная версия книги - "Некрасивая (СИ) - Сурмина Ольга"

Снаружи город ещё жил — сверкающими экранами, рёвом поездов, шелестом жёлтых листов с рекламой. Когда автобус тронулся, внутри тут же почувствовался привкус какой-то странной тоски. Совершенно беспричинной, но всё-таки тоски.

Их глянец поехал умирать на пару дней — под журчание горячих источников, под стрекот цикад, под улыбки, которые нельзя носить слишком долго. Чтобы не обольщаться. Впервые за всё время, проведённое в Японии, у девушек было нечто вроде маленького отпуска, нечто вроде милых совместных выходных.

Она даже подумать не могла, что в недолгой поездке можно устать. Сперва было интересно смотреть на облака, которые скользили практически мимо окон автобуса, потому что тот направлялся в горы. Потом взгляд постепенно привык, а потом захотелось не любоваться видами, а немного поспать.

Когда они добрались до места — солнце село. Впереди возвышалось старинное японское монументальное здание, которое Селена из-за темноты не смогла как следует рассмотреть. Тяжёлые черепичные кровли, словно вековая скорбь, нависали над отполированным деревянным фасадом. По обе стороны входа светились бумажные фонари, будто ждали всех, кто приносил сюда свои усталые плечи. Здание пахло деревом, временем и мокрым камнем, откуда-то неподалёку доносился шум воды. Шелестела листва, и здание едва в ней не утопало. За спиной раздался скрип тормозных колодок — рядом с автобусом остановился мистер Анселл со своим попутчиком.

— Это классический онсэн, да? — тут же послышался голос Говарда, хотя вопрос явно был риторическим. — Красивая архитектура.

— А ты думал, тут СПА?

— Да нет. У твоих девочек хороший вкус. Пойдёшь сейчас в купальню?

— Да. Мне надо как минимум принять душ.

Почему-то Бауэр слегка поёжилась, но тут же выдохнула и шагнула внутрь, вслед за остальными.

Полированный пол из тёмного дерева мягко отражал рассеянный свет квадратных японских ламп, будто впитывая в себя вечернюю тишину. В воздухе вновь витал лёгкий аромат древесины и чего-то неуловимо минерального — как предвестие горячих источников за входом в купальни. Ресепшн онсэна был воплощением японского минимализма и гостеприимства: всё здесь говорило о покое, порядке и уважении к ритуалу. За деревянной стойкой стоял мужчина средних лет, японец, к которому тут же направился мистер Анселл.

Почему-то Селена смутилась и отвернулась, когда услышала его японский с заметным американским акцентом.

Позади стойки регистратуры — аккуратные ячейки для ключей от номеров, ни одной лишней детали. Над входами в сам онсэн — два занавеса с иероглифами: 男湯 и 女湯 — мужская и женская купальни. За этими дверями начиналась совсем иная реальность: шум воды, пар, запах мокрых камней.

— Идём-идём купаться⁈ — раздался весёлый голос Бьянки прямо над ухом. — У тебя есть силы, Селена⁈ Я не могла дождаться, когда мы приедем!

— Ох. Ну… — та невольно потупила глаза. На самом деле сил не было. Но что делать с этим фактом, мисс Бауэр пока не знала. Может, всё же лечь отдохнуть, а может — полежать в горячем источнике.

— Итак, девушки, — Джерт наконец повернулся от ресепшена и устало прикрыл глаза. — В вашем распоряжении четыре комнаты по четыре футона, решите сейчас, кто с кем будет спать. Один общий зал с котацу и приватная купальня. Мы…

— А вы с кем будете спать, мистер Анселл? — неловко спросила какая-то модель, и вслед за этим вопросом послышались неловкие смешки.

— У меня будет своя комната, естественно, — он едва заметно поджал губы. — С гостями мужского пола. Решайте, кто с кем спит, я выдам вам ключи, и пойдёмте наверх.

Селена в очередной раз вздохнула. Конечно, она будет в комнате с Бьянкой. Возможно, ещё с Эви, и, возможно, с кем-нибудь ещё. Решать не хотелось — пусть решают другие девушки. Сейчас ей было полностью всё равно, с кем придётся делить минималистичную коробку из четырёх стен.

Решали модели не так уж и долго — определились меньше чем за три минуты. Мулатка, следом за остальными, забрала у шефа несколько копий ключей от комнаты, и усталая группа направилась вверх по деревянной лестнице — на второй этаж. Туда, где находились гостевые.

Иногда мисс Бауэр нарочно отворачивалась, иногда нервно улыбалась, делала вид, будто разговаривает с кем-то из девушек. Быть может, это была обычная паранойя, но ей казалось, что она чувствует на себе тот самый знакомый взгляд, который так плотно скрывали солнечные очки.

Словно Пришелец её рассматривал — и это была одна из причин, зачем ему понадобились солнечные очки поздно вечером. Чтобы никто потом не трактовал его чересчур любопытный взгляд.

В какой-то момент Селена украдкой взглянула на своего нового знакомого, который шёл чуть впереди. Он поправлял рукава, широко улыбался Джерту и кивнул на нужную дверь, когда показалась комната с их номером. Ничего необычного, казалось бы, но в тот же миг Говард обернулся, и на мгновение его улыбка стала чуточку шире.

— Итак, — Джерт остановился и стал отпирать свой замок. — Все нашли свои номера? Я, как вы поняли, буду здесь. Днём буду либо в купальне, либо в общей комнате. Стучите, если понадоблюсь. Телефон доступен. Всем удачных выходных.

— А где господин Де Голль? — с бессменной улыбкой спросил Грин.

— Всё ещё внизу, обсуждает наше обеденное меню. Позже поднимется, — мужчина открыл дверь, затем вошёл в тихую, полупустую комнату. Следом зашёл Говард и тут же прикрыл за собой дверь.

— Уютненько тут. Футоны. Тумбочка вон, балкон. Устал?

— Как видишь, — Анселл мрачно усмехнулся, даже не удосужившись включить в комнате свет. От панорамных окон поднимались прозрачные гардины — их слегка шевелил лёгкий сквозняк. По-прежнему шумела листва. Постепенно холодало.

— У тебя среди сотрудниц просто умопомрачительная принцесса, — Говард снял очки и положил их на тумбочку. — Какая она… всё при ней. Ну и выдержка у тебя. Я тебе то ли завидую, то ли сочувствую.

— Они все «принцессы», — лениво пробормотал Джерт. — О ком ты конкретно?

— Твоя фотограф, мисс Бауэр. Какая… штучка. Хороша, но знает себе цену.

На секунду Анселл застыл. Сдвинул брови, непонимающе похлопал глазами, после чего прищурился, с подозрением глядя на своего коллегу.

— Ты это сейчас серьёзно? Чтобы я знал — смеяться мне или не стоит.

— Смеяться⁈ Ты в своём уме⁈ — Говард удивлённо отпрянул, лицо немного вытянулось. — Да она тут единственная, кто хоть на женщину похожа, а не на ходячую вешалку для новых коллекций. Извини, конечно, но это реально так. Я думал, ты понимаешь.

— Понимаю что? — Джерт вздохнул и закатил глаза. — Лишний жир? Я её по доброте душевной подвёз, а тут вот как… — губы постепенно растягивались в ироничной ухмылке. — Нет, ну надо же. Занятный вкус у тебя.

— Где ты там лишний жир нашёл⁈ — внезапно вспылил Грин, разводя руками. — Это грудь, это задница! А какая пышная задница, бог мой. И талия, и ножки. Неужели такую задницу никогда не хотелось увидеть на себе? Или под собой — не важно.

— У меня нет сексуальных фантазий с толстыми женщинами, — Анселл покачал головой.

— Она нормальная! — вытаращился Говард. — На такую хоть смотришь — и понимаешь, что она тебе детей родить сумеет!

— Любая здоровая женщина «детей родить сумеет», — Джерт вздохнул. — А такая грудь, живот… Это непривлекательно. Объективно непривлекательно.

— У любой нормальной женщины есть животик — чтобы могла согревать своё потомство. И грудь — чтобы выкормить его потом. Матерь божья, оказывается, есть на этой планете мужик, который большие сиськи не любит! Ты меня удивляешь. Ты хоть раз трогал большие сиськи⁈ Вот прям реально большие, пышные, — Грин усмехнулся и покачал головой. — Охрененный опыт. Потом месяц ни на что другое стоять не будет.

Анселл раздражённо прищурился. На самом деле он не трогал. Но разве всё в этом мире нужно трогать, чтобы удостовериться, нравится оно или всё-таки нет?