Полная версия книги - "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция - Рейли Кора"

– Он – мой брат, – прошипела она.

– Он – солдат Синдиката.

– Фаби, – позвала я. – Семья не пытается ослабить Синдикат. Это не борьба за власть. Это моя вина. Бенито попытался причинить мне боль, и я зарезала его. Поэтому мне нужно уйти. Отец накажет меня, может, даже убьет.

Глаза Фаби расширились, как у большого ребенка.

– Ты убила собственного мужа?

Хватка Ромеро на мне усилилась, но рука с пистолетом все еще целилась в голову Фаби. Если он убьет моего брата… Я даже не могла додумать эту мысль.

– Я не знала, что еще сделать, – ответила я. Я решила не упоминать, что Бенито был жив, когда Ромеро вонзил нож ему в сердце. Это бы все лишь усложнило.

– А что между вами? – Фаби кивнул в сторону Ромеро. – Я не дурак. Между вами что‑то происходит.

Я не стала отрицать. Знала, что Фаби лишь разозлился бы, если бы я попыталась соврать. Маттео медленно приближался к Фаби, пока мы разговаривали. Я не понимала, что он собирался сделать, но, зная Маттео, это не закончится ничем хорошим.

– Мы вместе уже какое‑то время. Ты же знаешь, я никогда не хотела выходить за Бенито, но отец не дал мне выбора.

– Так ты хочешь покинуть Чикаго и Синдикат так же, как это сделали Джианна и Ария? – спросил Фаби.

– Я должна, – ответила я.

– Ты можешь поехать с нами, – предложила Ария. Осознав свою ошибку, она уставилась на Луку, который должен был бы принять Фаби в Семью.

– Ты мог бы стать частью Семьи, – тут же отозвался он.

Фаби покачал головой.

– Я нужен отцу. Я – часть Синдиката. Я дал клятву.

– Если ты еще не до конца инициирован, то все поправимо, – ответил Маттео, что было не совсем уж и ложью, но, в любом случае, к нему бы отнеслись как к предателю, если он бы сбежал, да и наказание было бы соответствующим.

Фаби свирепо посмотрел на Маттео.

– Я не предам Синдикат.

– Тогда ты должен будешь остановить нас, – просто ответил Лука. – И мы тебе это не позволим. Будем много крови, ты умрешь.

Я задохнулась и хотела сказать что‑то, но Ромеро тихонько качнул головой.

– Я хорошо стреляю, – возмущенно произнес Фаби.

– Я верю. Но ты уверен, что ты лучше нас троих? Ты правда хочешь, чтобы твою сестру Лили наказали? Если ты вынудишь ее остаться, ты подпишешь ей смертный приговор.

Сомнение отразилось на лице Фаби.

– Если я позволю вам уйти, и кто‑то узнает об этом, они убьют меня. Я мог бы погибнуть с честью, если бы попытался остановить вас.

Лука кивнул.

– Мог бы, и они восхваляли бы тебя, но ты был бы мертв в любом случае. Ты хочешь умереть сегодня?

Фаби ничего не ответил, но опустил пистолет на несколько дюймов.

– Никто не узнает, если ты отпустишь нас. Ты мог бы попытаться остановить нас, но нас слишком много, – подвел итог Ромеро.

– Они подумают, что я испугался и сбежал, и поэтому вы смогли уйти.

Лука слегка кивнул Ромеро.

– Нет, если ты будешь ранен. Мы можешь выстрелить тебе в руку. Никто не ждет от тебя, что ты сможешь остановить лучших бойцов Нью‑Йорка. Они не смогут обвинить тебя, если тебя подстрелят.

– Ты хочешь выстрелить в моего брата? – недоверчиво спросила Ария.

– Что если ты сильно ранишь его? – добавила я.

– Я мог бы попасть в прыщ у него на подбородке, если бы захотел. Так что думаю, я смогу задеть какое‑нибудь безопасное место на его руке, – отозвался Маттео с акульей ухмылкой. – И, учитывая, как мы рискуем, не убивая его, рана на руке – пустяк.

– Так что ты скажешь, Фабиано, – быстро заговорил Лука, прежде чем Маттео мог произнести что‑нибудь еще. Никто из мужчин так и не опустил оружие.

Фабиано медленно кивнул и нацелил оружие на пол.

– Ладно. Но я должен буду позвать на помощь. Я не смогу ждать дольше нескольких минут, иначе они заподозрят.

– Нам хватить несколько минут, чтобы уехать, – ответил Лука. – Они тут же последуют за нами, когда поймут, что произошло, но пять минут обеспечат между нами достаточное расстояние. Данте не из тех, кто нападает в открытую, так что я сомневаюсь, что он пошлет людей или устроит дикую охоту на машинах. Он нападет позднее, когда найдет наилучший способ навредить нам.

У меня живот свело от ужаса. Все из‑за меня. Насколько же эгоистичным может быть человек, чтобы подвергнуть других такому риску?

Ромеро ободряюще улыбнулся, но в кои‑то веке это не смогло развеселить меня.

– Война с Синдикатом неизбежна. С каждым днем дела идут все хуже.

Лука глянул на нас.

– Это правда. Если бы не Ария и Джианна, я и Маттео даже не прилетели бы в Чикаго на эту свадьбу.

Может, так оно и было, но смерть Бенито подольет масла в огонь. Отныне дела станут совсем паршивыми.

– Давайте уже сделаем это, – поторопил Маттео. – Мы теряем время.

– Думаю, нам стоит направиться в гараж. Может, это позволит нам выиграть еще немного времени. Они не расслышат твой вскрик, – предложил Ромеро.

Все вместе мы спустились по лестнице в подземный гараж. Он был не таким большим, как я в Нью‑Йорке. Несмотря на решение действовать заодно, никто из мужчин не убрал оружие в кобуру. Когда мы остановились у двух арендованных машин, я высвободилась из хватки Ромеро и подошла к Фаби. Я заметила, как Ромеро напрягся и поднял оружие, но я доверяла Фаби. Может, он и был на пути становления членом Синдиката, но он мой маленький брат. И ничто не может это изменить. Я обняла его, и через мгновение он обхватил меня в ответ. В последний год он избегал публичного проявления чувств, потому что пытался вести себя как крутой, но было так хорошо ощущать его объятия, особенно потому, что я не знала, когда мне удастся увидеть его вновь.

– Прости, что втянула тебя в неприятности, – прошептала я. – Жаль, что все не может быть иначе.

– Мне никогда не нравился Бенито. – просто ответил он. – Отец не должен был выдавать тебя за него.

Вдруг Джианна и Ария тоже оказались рядом, обнимая нас.

– Мы должны сейчас же ехать, – напомнил нам Лука.

Я отошла от Фаби и вернулась к Ромеро. Он жестом велел мне забираться в оду машину, а Ария и Джианна сели в другую. Я видела, как мужчины пытались определить лучшее направление для выстрела. В конце концов Фаби дважды приглушенно выстрелил, а значит пришла очередь Ромеро и Маттео. Когда пуля Маттео задела предплечье Фаби, я вздрогнула. Мой брат выронил пистолет и упал на колени, его лицо исказилось от боли. Ромеро кинулся к нашей машине и скользнул за руль, прежде чем нажать на газ. Лука нажал на кнопку, открывающую дверь гаража. Многие гости парковались на подъездной дорожке, потому я переживала, что звук поднимающейся двери может привлечь внимание к нашему побегу даже раньше криков Фаби.

Я сомневалась, что кто‑то слышал приглушенные выстрелы в подземном гараже с толстыми стенами. Ромеро направил нашу машину к выезду. Маттео ехал позади, практически впритык к нам. Мы мчались по подъездной дорожке, минуя нескольких пьяных гостей, сидящих на одной из мраморных скамеек. Мое сердце сильно колотилось, но на переживания не было времени. Я вцепилась в сиденье. Единственной машиной позади нас была та, в которой находились мои сестры и их мужья.

– Никто за нами не едет, – сказала я.

– Подожди. Многие из них пьяны, им требуется время, чтобы понять, что происходит, но кто‑нибудь обязательно будет в состоянии погнаться за нами, – отозвался Ромеро.

Казалось, это его не беспокоило. Привычная для Ромеро ситуация, ведь он уже довольно давно был членом мафии. Это не первая его погоня и далеко не последняя.

Я зажмурилась, пытаясь привести мысли в порядок после всего, что случилось за последние сутки. В памяти всплыло, как я прошла к алтарю к мужу, которого ненавидела, мужу, которого убил мой любимый. Ромеро переплел наши пальцы, и я распахнула глаза. Несмотря на скорость, он вел машину одной рукой. Он положил пистолет между наших сидений. Я благодарно улыбнулась ему.

– Что случится, когда мы вернемся в Нью‑Йорк?

– Ты переедешь ко мне. – Он помедлил. – Если, конечно, не предпочтешь остаться у одной из своих сестер.