Полная версия книги - "Грубая любовь (СИ) - Синякова Елена "(Blue_Eyes_Witch)""
Анжела кивнула с пониманием и замолчала, принявшись вдруг совсем не к месту вспомнить собственную жизнь, где было мало что хорошего. И как рано влюбилась в своей деревне, и как рано забеременела, а потом вынудила на себе жениться этим человека, которого любила. Вот только вместо счастливой семейной жизни получила агрессивного алкоголика, который бил её жестоко и не щадя даже на последних месяцах беременности. Как она потом зимой в одних тапочках через окно вылезала, чтобы спастись от побоев и пряталась у подруг, а потом и вовсе переехала в город, чтобы первый муж её не нашел.
И жила здесь совсем одна, с новорожденной дочкой. Как мыла полы в подъездах и в магазинах, чтобы выжить.
Ох, да что только не приходилось делать!
Лучше об этом было и не думать, чтобы самой в запой не уйти на пару недель!
В длинном коридоре, где всегда было прохладно, захлопали двери, и раздался нервный мужской голос:
- Есть кто живой?! Мне помощь нужна! Срочно!
Девушки переглянулись между собой.
Ну вот и первый пациент за сегодня!
- Надеюсь, не в задний проход запихал себе что-нибудь! – вдруг закатила устало глаза Анжелка, на что Лина не смогла сдержать смешок, - А то их за ночь трое таких было! Вечеринка что ли где-то была «Удиви друга у кого зашло дальше»?
Девушка прыснула от смеха, но поспешила выйти в коридор, чтобы начать свою работу.
По крайней мере, мужчина был трезвым и вполне себе опрятным на вид!
А то, что нервничал – так к этому работники приемного покоя уже привыкли, потому что сюда люди попадали только в состоянии острой и крайне неприятной необходимости. Хорошо, если в сознании.
- Ведем себя потише! Не нарушаем покой! – раздался тут же строгий и громкий голос дяди Феди – охранника. Вот только, когда боль скручивала тело, или тревога скручивала душу от переживания за родных и близких, то никакой строгий голос и никакие охранники часто помочь не могли.
Буйных, грубых, а часто пьяных на работе тоже хватало с избытком.
- Что у вас, мужчина? – так же строго и наверное даже грубо отчеканила Анжелка, деловито вышагивая по коридору, потому что знала, что нежности здесь ни к чему.
Время шло на секунды и промедление могло стоить потери жизни.
- Стружка в глаз попала! Третий день мучаюсь, не вижу нихрена и спать не могу!
- Это вам к окулисту!
- Какому нахрен окулисту?! Я два дня пытаюсь к нему пробиться! Чёрт этот не пускает без записи даже по острой боли! Сдохнуть мне что ли от этого глаза?! – тут же вспылил мужчина от души, добавив еще два десятка матов на счет местной медицины и окулиста в том числе.
- Ладно! Идемте в смотровую! – буркнула Анжелка, на ходу доставая ключ из кармана белого халата, и мужчина тут же ринулся за ней, сменив свой гнев за секунду:
- Да хоть куда, девушка! Только сделайте уже что-нибудь!
Дверь приемной опять хлопнула, обдувая прохладой, и раздался грохот приближающейся каталки с воплем дежурного врача скорой помощи:
- Девчат, принимайте! Открытый перелом!
Лина тут же кинулась в приемную, на ходу набирая номер травматолога.
И понеслось.
Инсульт, глубокий порез топором, отек легких, еще перелом, пьяный бомж, малыш с аллергической реакцией, ожег второй степени, сразу трое из ДТП с разными ранами разной степени тяжести. И это только до обеда.
В обед Лина поняла, что ничего не взяла с собой из еды, но в горло ничего не лезло.
Пока беготня и жесткий ритм на работе спасали от мыслей, самокопания и жалости к себе, но стоило только присесть и выдохнуть, как на душе становилось так погано и жутко, что хотелось просто умереть.
Поэтому Лина не давала себе отдыха ни на минуту, и с радостью подменяла Анжелку, которая после ночной смены засыпала на ходу, не смотря на литры выпитого кофе.
К счастью или несчастью, но поток людей не иссякал, не давая опомниться.
Лишь когда стало темно и над козырьком приемного покоя загорелась лампа – Лина устало опустилась на скамейку рядом с Анжелкой, которая вышла покурить, пока была такая возможность.
Лина не курила, но сидела рядом, накинув на плечи куртку, и ощущала, как гудели её ноги от беготни в течение дня.
Нужно было пережить ночь, а там – домой и спать с чувством полного удовлетворения, что она сделала всё, что только от неё зависело.
Спать крепко-крепко и не думать ни о чем!
Нужно было поговорить с Григоричем, чтобы он поставил ей побольше смен в этом месяце. Он будет рад, да и Лине вселенская усталость пойдет только на пользу.
Анжелка молчала какое-то время, как и Лина, пускала дым, глядя через него чуть прищурившись. А потом с каким-то придыханием проговорила:
- Чёрт! Быть не может…
Лина не сразу поняла, о чем именно говорит женщина.
Не сразу она и проследила за её взглядом, направленным вперед, где на темной не освещенной парковке стояла машина.
Джип.
Черный.
Холодок не хорошего предчувствия тут же пробежал по спине ознобом.
Вот уж точно черт!
Пришлось напрячь зрение, чтобы за лобовым стеклом разглядеть огромную фигуру в черном, и душа тут же содрогнулась и стала покрываться льдом.
- Амирчик. Глазам не верю!
Лина покосилась на сменщицу, тут же замечая, как ее пальцы задрожали так, что сигарета просто выпала, а глаза вдруг заблестели.
Амирчик? Правда?
Такое ласковое обращение никак не вязалось с образом огромного безжалостного бугая, от которого хотелось бежать без оглядки!
По реакции Анжелки становилось ясно, что мужчину она знает.
Более того – рада его видеть.
Что было уже само по себе странным и не объяснимым!
Зато в холодеющем сердце Лины появилась надежда на то, что этот бандит приехал к её сменщице по каким-то своим делам!
Господи, пусть так и будет!
Пусть он приедет к Анжелке, которая совсем как-то растерялась и нервно пригладила свои волосы, а потом провела руками по халату, словно пыталась лишний раз показать свою фигуру.
И не сказать, чтобы она выглядела хорошо, особенно после бессонной ночи предыдущей смены, но ведь мужчинам нравятся разные женщины, верно?
Про внешность Анжелки она никогда не думала, а сейчас почему-то сама не понимая зачем – посмотрела прямо в лицо бандита, которое можно было рассмотреть сквозь полумрак тёмного салона, и поэтому отчетливо увидела, как он сморщился и сматерился одним словом.
Бл*ть было смачным и злобным.
Едва ли таким образом можно было проявить радость от встречи.
Видимо Анжелка этого просто не заметила, потому что вся как-то воспряла, даже села ровно и развернула плечи, а потом и вовсе поднялась со своего места, кинув неожиданно охрипшим голосом:
- Посиди пока здесь. Я сейчас приду.
Лина отрывисто кивнула и снова кинула взгляд на бандита.
Он никуда не торопился и в лице не менялся.
Только темные глаза стали злее, когда он увидел, как Анжелка пошагала по направлению к его машине.
Он снова выругался и вышел из машины, двинувшись навстречу женщине.
Без особой радости и воодушевления.
И Лина внутренне содрогнулась оттого, насколько этот мужчина был мощный и огромный.
Говорили, что черный цвет делал визуально меньше, но даже в черной кофте он выглядел не реально мощным и большим. Он мог задавить одним своим приближением, словно вокруг него была еще двухметровая аура, которая обжигала и заставляла сжаться, хотя сам бандит еще не приблизился вплотную.
Лина не видела сияющих восторженных глаз Анжелки, но замечала по походке женщины, что та старается идти ровно, прямо и как-то даже повиливать бедрами.
Про усталость, с которой она сидела, сгорбившись, на скамейке еще пару минут назад, уже и речи не было!
Она буквально плыла по направлению к нему.
А Лина смотрела на это все и не понимала, какого лешего она торчит на улице, и не заходит в помещение, чтобы продолжить работу?
Пусть они общаются сколько хотят, но как можно дальше от неё!
Она не видела восторженного взгляда своей сменщицы, с которым та вышагивала вперед, и который постепенно затухал по мере того, как первая волна эйфории уходила. И она начинала видеть злой взгляд тёмных глаз.