Полная версия книги - "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция - Рейли Кора"

– Он очень гордый мужчина. Только уязвленная гордость заставила его преследовать меня, ничего больше.

– Может быть, – с сомнением сказала она, беря расческу с прикроватной тумбочки. Всё осталось так же, как и полгода назад, когда я ушла. Меня удивило, что отец не спалил все мои вещи. Я так устала, что едва могла держать глаза открытыми. Было почти семь вечера – в Германии уже около полуночи. Я поверить не могла, сколько всего произошло с тех пор, как проснулась в Мюнхене этим утром.

– Оно того стоило? – тихо спросила Ария, расчесывая мне волосы. Не помню, когда она делала это последний раз. Так приятно было почувствовать ее пальцы на коже головы, и мне пришлось подавить желание уткнуться лицом ей в живот и поплакать.

Я заметила ее полный сострадания взгляд, и почему‑то сочувствие от нее меня взбесило.

– Стоил ли шанс на свободу ярости отца и ярлыка проститутки и шлюхи? Да, несомненно. Но разве мое глупое желание чего‑то большего стоило жизни невинного парня? В этом случае – нет, черт возьми. Да всё мое существование не стоит того. Сид сполна заплатил за мой эгоизм. Я ничего не могу сделать, чтобы искупить свою вину. – У меня на глаза навернулись слезы.

– Лука мне рассказал. Мне так жаль.

Я смахнула слезы с лица.

– Может, стоит позволить отцу выдать меня за одного из его солдат‑садистов. Это послужит мне уроком.

– Не говори так, Джианна. Ты заслуживаешь счастья не меньше других. Ты не могла знать, что случится такое. Это не твоя вина, что они убили Сида.

– Как ты можешь так говорить? Конечно, моя. Я знала, кто охотится за мной. Знала, на что способен Маттео и головорезы отца, знала, что подвергаю опасности всех, кому позволила приблизиться ко мне. Поэтому никогда не встречалась с парнями во всех остальных местах, где останавливалась. Я флиртовала и целовалась, но затем уезжала. Твои слова из далекого прошлого всегда повторялись в моем сознании: что быть с другим парнем, когда ты обручена с таким мужчиной, как Лука, будет означать смертный приговор для парня.

– Я не имела в виду тебя. К тому же, это было давно.

– Но Маттео точно такой же, как Лука, и я это знала. Я знала, что он убьёт любого парня, которого обнаружит рядом со мной, но всё равно встречалась с Сидом. С таким же успехом я могла сама спустить курок!

– Нет. Ты не могла предвидеть, что он поймает тебя. Ты просто хотела почувствовать себя как дома и начать новую жизнь, которую заслужила после таких длительных бегов. Ты почувствовала себя в безопасности и хотела дать любви шанс. Это нормальное желание.

– Нет. Всё не так. Ты не понимаешь, Ария. Дело не в любви. В действительности, я не была влюблена в Сида. В конце концов, он мне даже не нравился, потому что он мог быть кретином, и от этого всё еще хуже. Я рисковала слишком многим ради слюнявых поцелуев и неуклюжего тисканья, и Сид умер из‑за этого.

– Прошу, не вини себя. Вини отца и его людей. Вини Маттео. Мне всё равно, кого, только не себя.

– О, об этом не переживай, я виню их всех, но это не изменит того факта, что без меня Сид по‑прежнему бренчал бы на своей дерьмовой гитарке и флиртовал с мюнхенскими девчонками.

– Ты не можешь изменить прошлое, Джианна, но можешь сделать свое будущее лучше.

Я не могла сдержать улыбку.

– Я скучала по твоему оптимизму. – Положив голову ей на колени, я закрыла глаза. – Я так по тебе скучала.

Сестра погладила меня по волосам.

– Я тоже скучала. И очень рада, что теперь ты будешь жить в Нью‑Йорке рядом со мной.

– Сначала я должна выйти замуж за Маттео. Как мне быть женой, Ария?

– Они с Лукой много работают. Тебе не придется видеть его так часто.

– Но всё же. Мне придется спать с ним и делить постель, а еще стараться быть любезной бог знает, как долго. Не похоже, что он даст мне ещё одну возможность сбежать.

– Ты опять задумала побег? – спросила она вполголоса.

– Я не знаю. Всё может быть.

– Возможно, всё будет не так плохо, как ты думаешь. Маттео может быть забавным, и он прекрасно выглядит, так что, по крайней мере, на физическом уровне не должно быть слишком плохо. Я уверена, что он хороший любовник, принимая во внимание, сколько девушек у него было в прошлом.

Меня передёрнуло.

– Вот именно. Если мы сегодня вечером вернемся в Нью‑Йорк, то он, наверное, рассчитывает переспать со мной.

Ария внимательно посмотрела на меня.

– Ты боишься, что он разозлится на тебя за то, что ты спала с другими парнями до него?

– Я никогда этого не делала.

Ария моргнула.

– Ты никогда не делала что?

– Я никогда не спала ни с одним парнем. Хотя могла бы, будь у меня чуть больше времени, чтобы узнать парня, но ничего не вышло.

– Почему ты ничего не сказала? Отец ужасно к тебе отнесся. Возможно, он простил бы тебя, если бы ты сказала ему правду. – Она привстала, по‑видимому, собираясь отправиться вниз, чтобы самой рассказать ему, но я потянула ее обратно на кровать.

– Не смей, – сказала я твердо. – Я не хочу, чтобы кто‑нибудь знал. Мне плевать, что они называют меня шлюхой. Не хочу доставлять им удовольствие этим знанием.

Ария бросила на меня взгляд, который ясно дал понять, что она считает меня сумасшедшей.

– Ты должна сказать хотя бы Маттео. Тебе придется.

– Зачем? Чтобы он мог гордиться тем, что стал у меня первым? Да черта с два, не дождется. Он и так уже ведет себя как мой спаситель. Будет только хуже, если он узнает.

– Нет, ты должна сказать ему для того, чтобы он был осторожен.

– Мне не нужно, чтобы он был осторожен, – фыркнула я. – Я не хочу, чтобы он знал.

– Джианна, если твой первый раз будет вроде моего, ты будешь благодарить судьбу, если Маттео будет осторожен, поверь мне.

– Я переживу. – Но слова Арии заставили меня начать нервничать.

– Это глупо. Если он будет считать, что у тебя есть опыт, то может взять тебя без особой подготовки. Это будет очень больно.

Я покачала головой.

– Ария, пожалуйста. Я приняла решение. Я не хочу, чтобы Маттео знал. Это не его дело.

– Что, если он все равно узнает? Я бы никак не смогла скрыть такое от Луки.

– Я хорошо умею скрывать боль. Может, укушу подушку.

– Звучит как самая тупейшая идея из всех слышанных мной когда‑либо.

В дверь постучали. Я быстро села, внутри все сжалось. Что, если отец с Данте передумали, и я останусь в Чикаго?

Когда открылась дверь и вошла мать, я выдохнула. Она не улыбнулась и не сделала попытки подойти. Образец идеальной итальянской жены: всегда подобающим образом одета, всегда послушна, вежлива и невероятно искусна в сокрытии синяков всякий раз, когда отец срывался и бил ее. Она была олицетворением всего того, чем я ни за что не хотела стать. Если Маттео когда‑либо ударит меня, я дам ему сдачи, невзирая на последствия.

– Священник уже в пути. Он будет здесь через пятнадцать минут. Мы должны подготовить тебя к церемонии, – сказала она лишенным эмоций голосом.

– Так скоро? – Я широко распахнула глаза.

Мать кивнула.

– Витиелло хотят как можно скорее вернуться в Нью‑Йорк, что, вероятно, к лучшему.

Я поднялась с кровати и медленно подошла к матери.

– Отец будет рад, что меня нет.

«А что насчёт тебя?» – хотелось мне спросить, но я не осмелилась.

Мать подняла руку и на мгновение прикоснулась к моей щеке, прежде чем сделать шаг назад.

– Зря ты сбежала. Ты разрушила свою репутацию.

– Меня не волнует моя репутация.

– А должна бы. – Повернувшись, она открыла мой гардероб. – А теперь давай посмотрим, найдется ли платье, которое можно надеть на церемонию. Жаль, конечно, что я не увижу, как ты пойдешь к алтарю в прекрасном белом свадебном платье, – вздохнула она. Это была попытка заставить меня чувствовать себя виноватой? Потому что она удалась.

Ария подошла и сжала мне плечо, а затем стала помогать матери искать платье. В конце концов, она выбрала кремовое платье длиной до пола с открытой спиной, которое я надевала в Новый год. Ария помогла мне с макияжем, хотя ему не удалось скрыть опухшую губу.