Полная версия книги - "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция - Рейли Кора"

– Мы поедем в Чикаго, но я не отойду от тебя ни на шаг, Джианна. Я не дам тебе возможности вновь от меня сбежать.

Джианна

После того, что сегодня произошло, не уверена, что рискнула бы ещё раз сбежать.

У Маттео опять зазвонил телефон, и он не сдержал проклятья. Я была рада хоть как‑то отвлечься. Его пристальный взгляд пробуждал во мне то, что я старалась заглушить со времени нашего поцелуя. Я прилегла, но едва закрыла глаза, как в мыслях вновь возникло видение мертвого тела Сида. Пусть даже Маттео его не убил, это не значит, что в этом нет его вины. Если бы Кармине не опередил его, Маттео сделал бы то же самое.

Наверное, я задремала, потому что резко вздрогнула, когда что‑то коснулось моей руки. Открыв глаза, я обнаружила нависшего надо мной Маттео. Он выпрямился, криво улыбнувшись.

– Как я вижу, смерть Сида тебя не слишком‑то беспокоит, если ты в состоянии вот так уснуть.

Я села, сердито уставившись на него. Он намеренно был груб, я это знала, но в то же время задавалась вопросом: а что, если это правда? Была ли я настолько бездушной? Неужели я в большей степени похожа на Маттео, чем готова признать? Нет. Мне снился мертвый Сид, и мою грудь словно сжимало в тисках, когда я вспоминала о нем.

– Мы должны идти. Скоро наш вылет.

Маттео обхватил мое запястье, чтобы поднять на ноги, но я вдруг разозлилась и вырвалась из его хватки. Маттео опять протянул ко мне руку, рывком поднял меня и прижал к себе.

– Осторожнее, Джианна. Меньше двух часов назад я видел, как ты путалась с другим парнем. Я горжусь своим самообладанием, но моему терпению есть предел.

Я проглотила готовый вырваться ответ и позволила Маттео вывести меня из номера. Стэн и Кармине уже ждали в коридоре. Они осмотрели меня с ног до головы, и Стэн презрительно выплюнул:

– Как ни странно, она по‑прежнему цела и невредима. Если бы моя невеста кувыркалась с другими мужиками, я бы превратил ее в кровавое месиво.

– Похоже, что меня колышет твое ебаное мнение? – грозно спросил Маттео.

Я перевела на него взгляд и задалась вопросом, почему, в самом деле, он не сделал того, что предложил Стэн. Я решила пока помалкивать. Хоть самосохранение и не было моей сильной стороной, но и конченой самоубийцей я не была, даже если смерть, возможно, будет предпочтительнее того, что для меня приготовил отец.

Двадцать минут спустя мы поднялись на борт частного самолета Синдиката, и я заняла место возле окна. Маттео молча сел напротив. Никто не пытался заговорить со мной на протяжении всего полета. Мне казалось, что Маттео взял паузу, чтобы успокоиться. Время от времени я ловила на себе его взгляд, но не могла понять, что у него на уме. Где‑то в середине полета, когда я поднялась, чтобы сходить в туалет, Маттео тоже встал.

Я сдержалась от язвительного комментария и направилась в туалет в хвосте самолета, но когда он проследовал за мной вплоть до самой двери и готов был даже войти в кабинку, я не смогла больше сдерживаться. В задницу самосохранение.

– Ты что, собираешься смотреть, как я писаю? У меня вряд ли получится выпрыгнуть из самолёта и сбежать.

– Я не исключаю возможности, что ты попытаешься пробить дыру в стене самолета, чтобы убить нас всех.

Неужели он это серьезно? Уголок его рта дернулся, но затем лицо вновь стало непроницаемым. На мгновение наши глаза встретились, а потом я быстро шагнула в маленькую кабинку и закрыла дверь. Маттео не остановил меня, но я знала, что он меня ждёт снаружи и, наверное, прислушивается к подозрительным звукам.

Я прислонилась к стене и закрыла глаза. Меня одолевали страх и тоска, и я с трудом сдерживалась, чтобы не заплакать. Я почти жалела, что Маттео меня не изнасиловал. Ну зачем ему надо было вести себя как порядочный человек?

– Чем ты занимаешься? Не заставляй меня выбивать эту гребаную дверь, – угрожающе пробормотал Маттео.

Уже наплевав на то, что он меня услышит, я сделала свои дела и через пару минут вышла из кабинки. Взгляд Маттео блуждал по мне, как будто выискивая признаки того, что я что‑то задумала. Я бы рассмеялась, если бы могла.

Вернувшись на свои места, все оставшееся до конца полета время мы провели в молчании.

У меня скрутило живот, когда мы приземлились в Чикаго. Пока мы были в воздухе, я не сомкнула глаз ни на минуту. Осознание того, что вскоре мне придется встретиться с отцом, не давало заснуть. Буквально вчера я ела пиццу с подругами и планировала отправиться летом в Хорватию, а теперь моя жизнь вновь вышла из‑под контроля. Хуже того, скорее всего, мне грозит суровое наказание от Синдиката. Маттео не было никакого резона защищать меня от гнева отца. И даже если он попытается, зачем Луке рисковать конфликтом с Синдикатом из‑за меня? В их глазах я была ничтожнее грязи под ногами.

Когда частный самолет остановился, Маттео поднялся и жестом приказал мне следовать за ним. На трясущихся ногах я пошла за ним к двери люка, которая уже заскользила, открываясь. Холодный ветер ударил мне в лицо. Взлетно‑посадочную полосу и прилегающие здания замело снегом. На часах было около 16:00, но мне казалось, что сейчас глубокая ночь. Маттео вцепился в мое запястье, бросив предупреждающий взгляд:

– Не вздумай бежать. Не надо делать никаких глупостей. Головорезы твоего отца только и ждут возможности наказать тебя. Я, конечно, могу их убить, но тебе это не поможет.

Он правда беспокоится обо мне? Маттео был загадкой. Я понятия не имела, почему он так заинтересовался мной. Наверное, в нем говорит его гордыня. Он не может смириться с моим сопротивлением, поэтому заставит меня выйти за него замуж, даже если я этого не хочу, даже если он  больше не хочет меня. Если бы он на самом деле обо мне беспокоился, то отпустил бы. Нет, это была демонстрация силы. Эмоции тут ни при чем.

– Не переживай. Я хочу встретиться с Арией.

Он покачал головой.

– Не самое подходящее время для того, чтобы возвращать свой сарказм. Твой отец этого не оценит.

Тогда почему он едва сдержал улыбку, если считал, что это плохая идея? Дверь полностью открылась, и Маттео повел меня вниз по ступенькам трапа, решительно ухватив пальцами за запястье. Я чувствовала себя маленьким ребенком, который делает свои первые шаги. Раздражение начало вытеснять во мне беспокойство, но, прежде чем успела решить, хочу ли рискнуть, возражая ему, я заметила знакомую белокурую головку. Ария. Она стояла рядом с Лукой и, завидев меня, рванула навстречу.

Я бросила на Маттео умоляющий взгляд, но он не позволил мне отойти и без спешки вел меня в сторону Арии. Когда моя сестра практически добежала до нас, Маттео отпустил меня, и я бросилась в ее объятья. Наше столкновение было почти болезненным. Я прижала Арию к себе, крепко обняв, и она в ответ сделала то же самое.

– О, Джианна, я ужасно за тебя боялась. Я так рада, что ты здесь. – Она заплакала, и мое лицо тоже стало мокрым от слез. Господи, как же сильно я по ней скучала!

Через мгновение она отступила назад, окинула меня быстрым взглядом и задержалась на моей прическе.

– Ты в порядке? Они ничего тебе не сделали?

Я убрала от ее лица несколько выбившихся светлых прядей, внезапно почувствовав, что вот‑вот разрыдаюсь. Тяжкий груз сожаления навалился на меня. Не нужно было мне сбегать. Тревога на лице Арии стала еще одним напоминанием об этом. Если бы я осталась, если бы вышла замуж за Маттео, тогда Сид был бы жив, и Ария не переживала бы несколько месяцев. Почему я вынуждена желать свободы, чтобы иметь возможность самостоятельно решать свою судьбу?

– Джианна? – Ария понизила голос. – Маттео что‑то с тобой сделал?

– Маттео ничего не сделал! – жёстко рявкнул Маттео, заставив нас с Арией вздрогнуть от неожиданности.

– Я не тебя спрашивала, – спокойно ответила Ария. Я переводила взгляд с Луки на сестру. Мне показалось, что они не в ладах. И это тоже из‑за меня. Сзади подошёл Лука и похлопал брата по плечу.