Полная версия книги - "Повесть об испытаниях и мучениях (ЛП) - Готье Морган"

— Ладно, — сдаюсь я, потому что голод слишком силён. — Можем взять одну. Только одну!

— Хвала Звёздам! — Никс откидывает крышку коробки и запускает туда руку, выхватывая пирожное с малиновым джемом. Одним быстрым, нечестивым движением он почти целиком заглатывает десерт.

Я хватаю одно себе и захлопываю коробку прежде, чем Никс сумеет выманить у меня разрешение на второе до того, как мы дойдём до места.

— Мы уже почти пришли, — отчитываю я его, когда он надувается. — Если мы всё съедим по дороге, то весь смысл нести лакомства Эрис пропадёт. Мы вообще-то пытаемся её подбодрить.

— Ладно, — сдаётся он. — Но это не значит, что я не буду ворчать из-за этого.

Ещё несколько кварталов пролетают в мгновение ока, пока мы ускоряем шаг. Аптекарская лавка уже виднеется впереди, и мой желудок ликует. Никс первым добирается до двери и распахивает её с такой силой, что стёкла в окнах дребезжат.

Я проскальзываю внутрь сразу за ним и напеваю:

— Тук-тук!

Ставлю коробку на деревянную столешницу у кассы и шлёпаю Никса по руке, когда он тянется за ещё одной сладостью.

— Ты сказала — когда мы зайдём внутрь…

— Подожди Эрис, — цежу сквозь зубы, готовая сражаться с ним насмерть. Мои глаза расширяются. — Демон. Нам нужно начать нормально обедать или типа того.

Никс хрипло смеётся и согласно кивает.

— Никогда ещё я не был так близок к тому, чтобы тебя возненавидеть.

— Это взаимно.

Эрис наконец выходит из задней комнаты и вытирает руки о передник. Она одаривает нас широкой приветливой улыбкой.

— Ну надо же, какой приятный сюрприз! Что вы двое здесь делаете?

Она замечает коробку на прилавке и прищуривается.

— И вы принесли «Лакомства»? По какому случаю?

— А мы не можем просто заглянуть с пирожными? — спрашивает Никс, глядя на меня в ожидании разрешения, и я киваю, позволяя. Он вытаскивает второе пирожное, вгрызается в него и стонет от удовольствия.

— Вы никогда раньше не заходили просто так, с пирожными, — замечает она, в её глазах мелькает подозрение.

— Ладно, хорошо, — говорит он, жуя, — нам стало неловко, что тебе приходится закрывать лавку одной, пока Финн ушёл помогать нашей матери.

Он протягивает ей коробку.

— Если тебе не надо, мы всегда можем забрать их и уйти.

— Да чтоб у тебя язык отсох, Никс Харланд! — она хватает пирожное. — Я заберу все эти жалостливые десерты.

Никс подтаскивает табурет и устраивается поудобнее.

— Ну как день прошёл? — спрашиваю, принимаясь за ещё одно пирожное.

— Сегодня было столько покупателей! Сначала я ужасно нервничала, потому что обычно с ними разбирается Финн. Но оказалось, что после стольких лет, когда я слушала его и училась у него, я и правда смогла ответить на все их вопросы и подсказать, какие товары им подойдут.

— Я так рада, что у тебя был хороший день! — сияю я. — Финн бы тобой гордился!

— Уверена, что да, — соглашается она, и во взгляде у неё светится нежность. — Но мне жаль, что Сорайя плохо себя чувствует.

Никс пренебрежительно машет рукой.

— С ней всё будет в порядке. Отваров Финна хватит, чтобы она в два счёта снова встала на ноги. Скорее всего, он просто остался у них на ужин.

— Кстати, об ужине, — она виновато улыбается. — Это всё, что я съела с самого завтрака.

— Эрис! — ахаю я, хотя, вообще-то, мне не особо есть что говорить, учитывая, что мы с Никсом едва не подрались из-за сладостей всего несколько минут назад.

— Всё нормально, — она откусывает ещё кусочек. — Я была так занята, что забыла поесть. По дороге домой возьму что-нибудь, если всё ещё буду голодна.

— Мы можем прямо сейчас сходить и взять тебе что-нибудь, если хочешь, — предлагаю я.

— Хватит надо мной трястись, — качает головой Эрис.

Сделав ещё несколько укусов, она прищуривается, переводя взгляд с меня на Никса.

— Итак, почему бы вам не сказать, зачем вы здесь на самом деле?

Мы с Никсом переглядываемся. Я открываю рот, чтобы отрицать какие-либо скрытые мотивы, но она поднимает татуированную руку и говорит:

— На этот раз правду, будьте добры.

Я вздыхаю.

— Ладно. Ты нас раскусила. Как ты держишься?

— С учётом того, что твоя мать завтра приезжает в Троновию и всё такое, — добавляет Никс для ясности.

— Я так и поняла, что Шэй это имела в виду, — тихо, печально усмехается Эрис.

— Просто хотел убедиться, что мы все одинаково это понимаем, — Никс тянется за ещё одним пирожным.

— Я это ценю, — её улыбка меркнет. — Если честно, я держусь лучше, чем ожидала. Конечно, то, что она приезжает в Троновию, немного тревожит, но я верю, что диссимул скроет мою личность от гидр. Финн ещё ни разу меня не подводил. Не думаю, что что-то пойдёт не так сейчас.

— То есть, — я осмеливаюсь бросить взгляд на Никса, прежде чем спросить, — ты правда в порядке?

— Да, — кивает она, но я ей не верю.

Никс толкает меня локтем.

— А ты ещё думала, что это чрезвычайная ситуация, достойная «Лакомств»

— Извини, что я беспокоюсь о своей подруге, — огрызаюсь я.

— Можно подумать, я не беспокоюсь? — хмурится он.

— Я ценю вашу заботу, — вмешивается Эрис, пока мы с Никсом снова не начали препираться. — Обоих. И «Лакомства» — это всегда приятный сюрприз.

— Ну, я рада, что у тебя всё в порядке, — улыбаюсь, стряхивая сахарную пудру с рук. — А теперь мы можем помочь с уборкой?

Эрис пожимает плечами.

— Я уже почти всё сделала. Вообще-то, — она смотрит на часы, — уже почти пора запирать двери. Подмету и пополню товары, как только доем.

— Я подмету, — предлагаю я, вскакивая на ноги.

— Глупости! — хлопочет она. — Идите лучше поешьте со мной. Такое чувство, будто я не видела вас двоих уже несколько дней, с этой вашей тренировкой драконов и всем остальным.

— Тебе стоит как-нибудь прийти и посмотреть на нас, Эрис, — Никс вытирает уголки рта салфеткой. — Ты бы впечатлилась.

— Уверена, что так и было бы, — усмехается она.

— Нет, серьёзно, — вмешиваюсь, закатывая рукава и твёрдо решив помочь. — Где метла? Я начну подметать.

Никс запихивает в рот остатки пирожного и вскакивает на ноги.

— Нагружай нас работой, Эрис.

— Хорошо, — закатывает она глаза. — Никс, мне нужны стеклянные банки из задней комнаты, а ты, Шэй, там же найдёшь метлу. Но вам двоим не обязательно помогать…

— Поздно, — Никс вытирает руки о штаны. — Просто прими помощь.

— Ну, спасибо, — Эрис берёт полотенце, чтобы вытереть со столешниц крошки и сахар, которые мы после себя оставили. — Самое приятное, что мне не придётся сегодня идти домой одной.

Мы с Никсом протискиваемся сквозь занавески и оказываемся в кладовой. Там всё так же аккуратно организовано, как и в основном зале. Меня это не должно удивлять. В конце концов, это лавка Финна. Поскольку каждая полка и каждый крючок подписаны, мы без труда находим банки и метлу.

Колокольчик над дверью звякает, когда та открывается. Никс быстро дёргается посмотреть, кто пришёл так поздно, но я прижимаю ладонь к его груди, останавливая, когда мы слышим, как Эрис приветствует Финна.

— Финн! Не ожидала, что ты придёшь сегодня вечером, — она кладёт полотенце на прилавок. — Я думала, ты у родителей…

— Мне нужно с тобой поговорить.

В его голосе такая серьёзность, что у меня по рукам бегут мурашки. Мы с Никсом переглядываемся, молча соглашаясь пока остаться за занавеской.

— Что-то случилось? — спрашивает Эрис, в её голосе слышится лёгкая дрожь.

— Эрис…

— Ты бледный.

Я наблюдаю сквозь складки занавесок, как Эрис тянется к лицу Финна.

— Что случилось? С твоей матерью всё в порядке?

— Эрис.

Финн хватает её за руку прежде, чем она успевает до него дотронуться. В его глазах столько разных эмоций, что я не могу их прочитать. Моё сердце начинает бешено колотиться, хотя это вообще меня не касается.

— Пожалуйста, — выдыхает он, выпуская наружу накопившуюся тревогу. — Мне просто нужно, чтобы ты выслушала.