Полная версия книги - "Сгорая от любви (ЛП) - "Рокиа""
В это время Элайджа и Артур о чем-то сосредоточенно переговариваются между собой, тщательно занижая тон, чтобы их никто не услышал. Артур неторопливо достает из глубокого кармана темную маску-балаклаву, натягивает её на голову и поправляет плотный капюшон. Теперь всё его лицо полностью скрыто от внешнего мира, свободными остались только глаза. Он прячется? Зачем? Я недоуменно хмурюсь, но нарастающий, оглушительный рев турбин не дает мне сосредоточиться на этой мысли.
Самолет резко идет на снижение. Тяжелая сила инерции ощутимо толкает мое тело вперед, а в ушах начинает противно и болезненно звенеть так, что мне приходится до хруста сжать зубы. Я упрямо приникаю лицом к стеклу иллюминатора. Внизу, вдоль извилистой лазурной линии морского побережья, ровной горизонтальной линией выстроились аккуратные, миниатюрные домики. Высота стремительно падает, и я уже могу различить крошечные, едва заметные точки — головы местных жителей. Мы пролетаем над бескрайним, идеально зеленым массивом, и когда в поле зрения наконец попадает серая полоса посадочного трека, мое сердце начинает испуганно галопировать где-то в районе горла. Всё. Мы на месте. Я судорожно сжимаю кулаки, чувствуя, как шасси с тяжелым, глухим ударом бьются об асфальт.
Стоит лайнеру замедлить ход, как Артур одним резким движением расстегивает ремень и поднимается на ноги. Элайджа и Нанук синхронно встают следом за ним. Сделав глубокий, судорожный вдох, я пересиливаю слабость в коленях и тоже поднимаюсь. Удушливый узел паники в горле затягивается еще туже. Нанук легко дотягивается до верхней багажной полки, одним плавным движением подхватывает мой чемодан, а второй рукой перехватывает свой. Мне очень хочется выдавить из себя банальное «спасибо», но из-за дикого стресса во рту пересохло так, словно я несколько дней блуждала по пустыне.
— Держи, пришло время их надеть, — Элайджа протягивает мне плотную маску и глубокую широкополую шляпу.
Самолет окончательно замирает. Я без лишних вопросов и возражений натягиваю маску, пряча лицо. В голове навязчивым рефреном крутится один и тот же вопрос: почему Артур тоже скрывает свою внешность? От кого он прячется в Азии? Поправив поля шляпы, чтобы они закрывали обзор сверху, я покорно иду вслед за мужчинами к выходу. Нанук и Элайджа уверенно выдвигаются вперед, занимая авангард.
Тяжелая герметичная дверь со свистом открывается, и парни первыми спускаются по металлическому трапу, мгновенно исчезая из моего поля зрения. Я пытаюсь сделать шаг им навстречу, но мои ноги словно намертво приросли к полу. Они просто отказываются выполнять команды мозга. Я тупо гипнотизирую взглядом дверной проем, чувствуя, как на грудную клетку давит неподъемная бетонная плита.
— Ты собираешься разродиться до сегодняшнего вечера или нам здесь заночевать? — Артур оборачивается ко мне, скрестив руки на груди. Плотная черная маска делает его и без того жесткий взгляд абсолютно монолитным и безжалостным.
Я делаю резкий, глубокий вдох и наконец переступаю порог самолета. Раскаленный, влажный тропический воздух мгновенно бьет в лицо, окутывая кожу душным коконом. Спускаясь ступенька за ступенькой, я пытаюсь сфокусировать зрение на том, что происходит внизу, и от увиденного у меня перехватывает дыхание.
У подножия трапа, ровными геометрическими рядами, выстроилась внушительная армия азиатских воительниц. Они стоят плечом к плечу, словно идеальные оловянные солдатики. Все как одна облачены в тяжелые угольно-черные туники, доходящие до самых щиколоток, а их идеально прямые смоляные волосы стянуты в безупречные длинные хвосты на затылке. Пять безукоризненных, симметричных линий. Они стоят абсолютно неподвижно, не шевелясь и не моргая, их суровые взгляды устремлены строго перед собой.
Чуть в стороне от этой идеальной живой стены стоит еще одна женщина — судя по всему, их командир. Она молча, со смесью холодного любопытства и презрения наблюдает за тем, как мы спускаемся. На её тонкой талии на массивном кожаном ремне покоится длинный изогнутый меч.
Она размыкает тонкие губы, и от её голоса по моей коже пробегает ощутимый мороз: — Добро пожаловать в Азиатское Королевство. Мы здесь, чтобы обеспечить ваше сопровождение. Его Величество Король уже ожидает вас в главном дворце.
Нанук даже не успевает раскрыть рот для дежурного дипломатического приветствия — женщина резко разворачивается на каблуках. Одним едва заметным, повелительным кивком головы она заставляет шеренги воительниц синхронно расступиться в стороны, образуя безупречный пустой коридор прямо посередине живой цепи. Коротким жестом руки она приказывает нам следовать за ней.
— Напомните мне, чтобы я прилетал сюда как можно чаще, — Нанук с довольным видом вышагивает следом за командиром, расправив свои широкие плечи. — Кажется, это место имеет все шансы стать моим самым любимым уголком на планете, — вполголоса добавляет он.
Ну конечно, хоть кто-то из нас умудряется получать от этого безумия удовольствие, — мысленно вздыхаю я. Я изо всех сил концентрируюсь на том, чтобы просто идти прямо и не упасть. Я упрямо утыкаюсь взглядом в задники туфель Элайджи, послушно копируя его шаг и стараясь лишний раз не крутить головой по сторонам. Но непреодолимый, первобытный импульс всё же берет верх, и я на пару секунд приоткрываю завесу шляпы, чтобы осмотреться.
Вокруг простирается колоссальных размеров парк, ухоженный с какой-то маниакальной, пугающей точностью. Кажется, будто каждая изумрудная травинка и каждый листок на идеальных кронах деревьев были вручную уложены ландшафтными дизайнерами по какому-то секретному чертежу. По обе стороны от широкой мощеной аллеи выстроились исполинские мраморные изваяния. Это огромные, величественные драконы, и ни один из них не похож на другого. Их мощные, чешуйчатые хвосты вырезаны из камня с таким ошеломляющим уровнем детализации, что на секунду чудовища кажутся абсолютно живыми, застывшими лишь по воле какого-то древнего заклятия. Чуть впереди двое слуг в скромных одеждах с синхронными, отточенными до автоматизма движениями усердно трут огромными губками массивные когти одной из статуй. Один из них на мгновение прерывает работу, поднимает голову, чтобы смахнуть каплю пота со лба, и его взгляд в упор сталкивается с моим.
— Глаза в землю, — ледяным шепотом проносится прямо над моим ухом голос Артура.
Я судорожно втягиваю голову в плечи и снова приковываю взгляд к обуви Элайджи. Мы идем так еще около десяти минут, которые кажутся мне бесконечной, изматывающей вечностью. Собственный пульс оглушительным набатом стучит в висках. Я испуганно прижимаю ладонь к груди, пытаясь физически унять этот сумасшедший стук. Успокойся. Тебе нужно дышать.
Мы начинаем подъем по нескончаемой, крутой лестнице из массивных серых каменных плит, от которой у меня мгновенно перехватывает дыхание. С трудом переводя дух, я вижу перед собой монументальные основания двух исполинских колонн из лакированного темного дерева, сплошь покрытых тончайшей, изысканной резьбой с цветочными орнаментами. Стоит нам миновать их, как характер покрытия под ногами резко меняется — мы ступаем на зеркально гладкий, идеально отполированный пол, в котором отчетливо отражаются наши силуэты. Похоже, мы наконец вошли в тронный зал дворца. Элайджа резко сбавляет ход и замирает. Я тут же торможу следом за ним.
— Можешь смотреть, — негромко шепчет Артур из-за моей спины.
Я медленно поднимаю лицо, и мои губы сами собой приоткрываются от изумления. Высоко над нашими головами колышется каскад тяжелых позолоченных люстр, заливающих колоссальное пространство мягким светом. В интерьере безраздельно доминирует глубокий, насыщенный кроваво-красный цвет. Вдоль стен тянется нескончаемая вереница драконьих скульптур: они выстроены по ранжиру, от самых крошечных, изящных статуэток до колоссальных каменных монстров. Эта пугающая процессия ведет прямо к подножию массивного, монументального трона.
На нем в окружении роскоши восседают Король и Королева. Их величественные фигуры облачены в тяжелые, струящиеся одежды из чистейшего красного шелка, шлейфы которых каскадом спадают на пол. Наряд Королевы поражает воображение: огромные, широкие рукава оторочены массивной золотой вышивкой, а многослойная нижняя юбка кажется невесомым облаком при каждом её движении. Король Ванг выглядит под стать своей империи: его роскошная туника сплошь усыпана крупными драгоценными камнями, переливающимися в свете ламп, а под ней угадываются широкие, просторные шаровары. Одной рукой Монарх неторопливо поглаживает окладистую, густую белоснежную бороду, а вторая его ладонь вальяжно покоится на массивном золотом поясе, который поддерживает его грузное чрево. На его фоне Королева кажется хрупким, едва распустившимся экзотическим цветком. У неё настолько тонкое, изящное и бледное лицо, что от нее физически невозможно отвести взгляд. На её голове высится сложнейшая корона-каскад, собранная из живых цветов и сотен тончайших ювелирных подвесок с инкрустированными самоцветами, которые тихонько звенят и вспыхивают искрами при малейшем повороте её головы.