Полная версия книги - "Меч Богов (ЛП) - Андрижески Дж. С."

— Никто не оспаривает это, Джем…

— Я просто имею в виду, — спокойно сказал Даледжем. — Позиция человека не лишена смысла.

Балидор пристально посмотрел на своего заместителя.

— Как ты думаешь, Вэш согласился бы с этим? — наконец, парировал он. — Это то, что предписывает тебе Кодекс, брат?

Джем не ответил. Он также не отвёл взгляда.

Балидор достаточно хорошо понял, что он имел в виду, несмотря на молчание Джема.

Балидор взглянул на Новотны и увидел, что человек переводит взгляд между ними, и его глаза были такими же холодными, как и раньше. Казалось, он оценивал их, пока они разговаривали друг с другом. Наблюдая за выражением лица человека, Балидор подумал, что, возможно, он всё-таки понял их речь.

Он снова поклялся не читать мысли никого из их союзников-людей, так что не мог знать наверняка.

— Как думаешь, как мы должны здесь поступить, босс? — спросил Джем.

В его голосе не было ничего, кроме уважения.

А ещё в нём было сводящее с ума спокойствие.

Балидор знал, почему Джем задал вопрос именно так.

Зеленоглазый видящий с поразительно идеальными чертами лица пытался уравновесить то, что считал эмоциональностью со стороны Балидора. Джем пытался помочь Балидору принять решение. Он пытался уравновесить его, одновременно используя чистую логику и предоставляя Балидору нейтральную, не вызывающую ответной реакции поверхность, на которой можно было выплеснуть эмоции.

Балидор это знал.

Его обучали тем же методам эмоционального выравнивания и отражения.

Но Балидор всё равно позволил своим эмоциям вырваться наружу.

— Я не думаю, что нам стоит убивать грёбаного посредника, который только что сдался нам! — рявкнул Балидор. — А ты как думаешь? Он же практически ребёнок! Разве ты не хочешь хотя бы выслушать, что он нам скажет?

В итоге Юми удалось вывести их из тупиковой ситуации.

Она подъехала на своей лошади и молча протянула руку.

Балидор моргнул, увидев этот жест. Он понял, что это означает.

Он почти не колебался.

Он обошёл Новотны, не встречаясь взглядом с человеком. На Даледжема он тоже не смотрел.

Юми ехала, подстелив под себя только овечью шкуру, так что её лошадь, скорее всего, подходила для этого лучше всего. Балидор ни за что не смог бы усадить молодого полумертвого видящего в своё седло. Ему пришлось бы либо снять седло, либо привязать раненого к задней части седла, что тоже было бы не лучшим вариантом. Седло Даледжема было ещё более вычурным, чем у Балидора.

Балидор подошёл к покрытой татуировками женщине с лысой головой и передал ей юношу с пулей в груди. На этот раз Юми тоже не колебалась. Она подхватила его за плечи, как только Балидор наклонил его назад.

Она перекинула его через спину лошади.

Он оказался на удивление лёгким.

Он также оставался без сознания — то ли в ungrat, стазисе видящих, то ли просто потерял сознание от боли, шока или истощения. Он не шевелился, пока Юми и Балидор осторожно укладывали его прямо за холкой животного.

Юми немного подвинулась на сиденье, чтобы у него было больше овечьей шкуры, а затем накрыла его плащом.

Только тогда Балидор заметил, что на раненом видящем не было ни куртки, ни даже плотной рубашки.

Из тёплой одежды на нём были только сапоги.

— Ты не можешь этого сделать, — прошипел Новотны себе под нос. — Я этого не допущу, Балидор.

Балидор повернулся к человеку.

Как и сам Новотны, он говорил сквозь стиснутые зубы.

— Мы не будем ссориться из-за этого здесь, — предостерегающе сказал Балидор. — Мы можем обсудить, что с ним делать. Но не здесь. Скажи своим людям…

— Что им сказать? — огрызнулся Новотны. — Что я позволил забрать самое опасное существо на свете и разрешил его же вероломным сородичам нянчиться с ним, как с младенцем?

Балидор прикусил язык.

Он сделал вдох и щёлкнул языком.

— Скажи им, что он мёртв, — решительно произнёс он. — Во всяком случае, они в это верят, — в голосе Балидора сквозило презрение. — Они хотят в это верить. И это также играет на руку твоим целям, кузен. Ты станешь героем, Рабан. Наслаждайся.

— И что потом? — прошипел Новотны. — Что дальше, Балидор? Он появится рядом с тобой через двадцать месяцев? Это твоя цель? Ещё одно оружие в твоём арсенале видящих?

Балидор проигнорировал обвинение.

— Мы дадим тебе знать, если он выживет, — холодно ответил он. — Если выживет, Вэш ничего с ним не сделает без вашего согласия и одобрения… как изначально было прописано в нашем договоре, кузен. Любые решения относительно его судьбы должны приниматься совместно. Они должны быть согласованы обоими нашими народами. Верно?

Повисло молчание.

Новотны пристально посмотрел на Балидора. Его красивое человеческое лицо раскраснелось то ли от того, что он стоял на ветру, то ли от злости из-за напоминания о межвидовом соглашении, благодаря которому стала возможной эта охота, то ли от чего-то ещё.

Балидор подозревал, что в первую очередь это была злость из-за того, что ему не подчинились немедленно. Новотны, похоже, считал, что его слово должно быть законом во всём. К чёрту договоры. К чёрту другие точки зрения. Ему было не больше тридцати, но в нём уже чувствовалась эта черта.

Он собирался стать королём. Королём чего именно, ещё предстояло выяснить.

Как бы то ни было, он не мог смириться с тем, что не всё всегда происходит так, как он хочет.

— Что бы ты ни решил, — добавил Балидор, глядя в эти тёмные глаза. — Я бы на твоём месте поторопился. Может, он и убил своего хозяина, — холодно добавил Балидор, многозначительно глядя на раздавленную голову, по-прежнему лежащую в снегу. — …но я сомневаюсь, что он убил их всех. Велика вероятность, что мы недалеко от базы Повстанцев.

Новотны нахмурился. Он пристально посмотрел в глаза Балидору.

— Где?

Балидор подавил улыбку.

Он решил, что должен быть польщён верой человека в его способности.

— Прости, но я не знаю, где, кузен, — вежливо ответил он. — И никто из моего народа не знает. Но мы предполагаем, что она, скорее всего, где-то на той горе позади тебя или внутри неё. В той же стороне, откуда появился этот так называемый «Сайримн».

Балидор многозначительно замолчал, когда Новотны повернулся и посмотрел в ту сторону.

— Им может не понравиться, что ты пристрелил их любимого питомца, — добавил Балидор чуть более холодным тоном. — …Независимо от того, просил он об этом или нет.

Новотны посмотрел на горы позади Балидора, в ту сторону, куда тот кивнул. Человек нахмурился, глядя на клубы пара, поднимающиеся от снега в лучах полуденного солнца.

Он снова посмотрел на Балидора.

— Неделя, — холодно сказал он. — Я хочу получить либо подтверждение его смерти, либо известие о том, что с ним стало за это время. Иначе наш договор будет расторгнут, ледянокровка.

Балидор и бровью не повёл, услышав это оскорбление.

По правде говоря, его удручало то, с какой лёгкостью из человеческих уст вырывались оскорбления, стоило им почувствовать угрозу или ощутить, что их воле что-то противоречит.

Он проигнорировал это и в своём ответе.

— Одна неделя, — глухо повторил он.

Человек снова бросил на него свирепый взгляд, но Балидор невозмутимо смотрел на него в ответ.

Когда Новотны, похоже, понял, что больше ничего не добьётся от гораздо более старшего видящего, он развернулся на своих дорогих сапогах. Он зашагал по снегу к ожидавшему его боевому коню. Вставил ногу в стремя и вскочил в седло.

Всё было проделано грациозно, плавно и с большой сноровкой.

Юми уже начала разворачивать свою лошадь в ту сторону, откуда они с Балидором приехали.

Балидор наблюдал, как она пришпорила лошадь.

Он также наблюдал, как она свистнула.

Как только она это сделала, все видящие из Адипана начали сворачивать с тропы и следовать за ней, без сомнения, общаясь друг с другом через Барьер, чтобы отделиться от своих союзников-людей.