Полная версия книги - "Игра похоти: Искушение (ЛП) - Райли Хейзел"

Кто-то еще тихонько посмеивается.

Их лица теперь совсем близко. Кончики носов едва соприкасаются.

— Я уже давно задаюсь вопросом, когда ты решишься меня поцеловать, — добавляет он.

Гермес, всё еще с закрытыми глазами, как и все остальные, складывает ладони рупором у рта и кричит: — Язык ему в глотку!

Слышится подбадривающий свист — я замечаю, что он исходит от Хейвен.

Зевс придвигается еще ближе к лицу Лиама, не спеша изучая каждую его деталь. Его глаза обводят каждый сантиметр его лица с такой интимностью, что мне хочется дать им немного приватности и отвернуться.

Рука Зевса гладит Лиама по щеке, затем запускается в его каштановую шевелюру и слегка тянет, заставляя голову наклониться вбок. Он запечатлевает поцелуй на его щеке, на уровне скулы, и его губы медлят там на несколько мгновений дольше положенного.

Он слегка отстраняется. — Я не буду целовать тебя на паршивом кладбище в окружении этих любопытных носов из нашей семейки. Я дам тебе гораздо больше, Лиам.

Тот улыбается и медленно кладет голову ему на плечо.

Раздаются аплодисменты, Гермес вопит, возбужденный так, словно произошло нечто невероятное.

Тимос спешит всех заткнуть, нахмурив брови: — Может, вам еще фейерверки запустить, чтобы было побольше шума и мы привлекли чье-то внимание?

Он добавляет череду ругательств вполголоса.

Гера продолжает негромко хлопать. Она гладит Зевса, и он бросает на неё благодарный взгляд.

— Хорошо, можете снова засыпать. Потому что сейчас пришло время проснуться кому-то другому, — объявляет она, снова начиная прохаживаться по небольшой площадке.

Аполлон, который до этого момента сидел молча и неподвижно, незаметно шевелится рядом со мной. Он запускает пальцы в свои длинные распущенные волосы, и когда опускает руку на землю, она встречается с моей. От этого контакта он открывает глаза и тут же переводит взгляд на меня.

Я выгибаю бровь.

— Прости, агент, я не нарочно. — Он медленно убирает руку.

Меня отвлекает сама Гера: она кладет мне руку на плечо, но лицо её обращено к Тиму.

— Вы двое, — окликает она нас. — Что вы от нас скрываете?

Глава 18. ВА-БАНК

Гера — богиня гневная и мстительная, она до предела ревнива к Зевсу, и её реакция на измены мужа всегда разрушительна. Её ненависть особенно сильно обрушивается на Геракла, сына Зевса, но в целом Гера не жалует всё человечество: постоянная неверность супруга заставляет её ненавидеть людей без разбора.

Лав

ТИМОС смерил её взглядом, затем сделал два шага вперед, нависая над ней.

— Я не обязан вам ничего докладывать. И на этом игра окончена, чтобы всем было ясно. Ты получила свои полчаса славы, теперь можешь вернуться в свой уголок и помалкивать.

Самая большая проблема моего брата в том, что, когда он злится, он совершенно не выбирает выражений.

Но, кажется, никто не придал значения личным нападкам Тима. Гера обратилась ко мне: — Лав, пожалуйста, ты более воспитана и склонна к диалогу, может, хоть ты скажешь, что вы скрываете? Истинную причину, по которой мы здесь сегодня. Это ведь не «акт доброты» по отношению к Аресу.

Я замялась. Я последний человек, пришедший в команду ЦРУ, я не могу своевольничать и выкладывать все карты на стол.

— Ничего.

Она выгнула бровь, явно не собираясь отступать.

— Абсолютно ничего, — подчеркнула я.

Однако Арес пустил всё под откос. — Вообще-то, мы действительно кое-что скрываем.

— Что?! — в один голос воскликнули Афина, Зевс и Аполлон, пока остальная семья, округлив глаза, переводила взгляд с Ареса на Тимоса и на меня.

— Я придушу этого мелкого длинноязыкого паршивца, — пробормотал Тимос, массируя переносицу.

Я поднялась на ноги и подошла к брату. Вокруг нас рос гул голосов, протесты становились громче с каждой секундой. Мы должны их успокоить, и правда — единственное, что может это сделать.

Тимос теперь стоял, опустив голову, так что я решила взять дело в свои руки.

— Мы ищем Пандору с мая, — начала я. — И с мая мы ищем способ попасть на Олимп. Пять проваленных миссий, слишком много принесенных жертв и несколько раненых. Пандора может быть именно там, на этом острове, но пока у нас нет возможности прочесать его, все наши усилия будут тщетны.

— И мало того, что мы не получим доказательств, чтобы прижать Урана и освободиться, я буду вынужден вечно от него прятаться, — добавил Арес, внезапно ставший серьезным.

Самообладание самого придурковатого из всех Лайвли заставило замолчать каждого члена семьи. Теперь я могла раскрыть план: — Единственный способ попасть на Олимп — это сказать Урану, что на самом деле Арес жив, а во время седьмого подвига погиб его близнец.

За моей фразой последовало несколько секунд гробовой тишины.

— Вы с ума сошли? — воскликнула Гера.

— И согласно какой логике это лучшее решение? — насел на нас Аполлон, более спокойный, но с нахмуренным лицом.

— Вы не можете этого сделать! Уран его найдет! — закричала Хелл.

Арес перехватил её руку, поднося к губам. — Погоди.

Я сделала глубокий вдох. — Речь идет об обмене, по крайней мере, внешне. Мы предлагаем выдать Ареса при условии, что нам позволят войти на Олимп. Агенты будут безоружны, но нам пообещают, что снайперы не откроют огонь. Аресу позволят в последний раз дойти до виллы вместе со своей семьей.

Ужас, гнев и недоверие отразились на лицах всех присутствующих. Несмотря на скудное освещение, я видела это отчетливо.

Я всё понимала. Это безумный план, но это всё, что у нас осталось.

— Разумеется, мы не собираемся выдавать его на самом деле, — объяснила я. — Это отвлекающий маневр. Но Уран должен пойти на риск, потому что он прекрасно знает: ЦРУ может прятать Ареса до конца его дней. У нас есть для этого компетенции, ресурсы и, прежде всего, терпение.

Вмешался Тимос: — Пока будет идти мнимая передача Ареса, у других людей время будет на счету, чтобы пробраться на остров и найти эту чертову Пандору.

— Это суицидальный и безумный план, — отозвался Дионис. — Мне нравится. Когда начинаем?

Краем глаза я заметила резкое движение. Бутылка пива полетела прямо в него, но он даже не попытался уклониться. Бутылка ударила его в грудь, и жидкость разлилась по элегантному костюму.

Несколько секунд он стоял неподвижно, после чего поднял указательный палец. — Ты хоть знаешь, сколько стоит этот костюм? Это индпошив, стерва!

— Еще раз назовешь меня стервой и… — пригрозила Афина, уже готовая сорваться с места.

Посейдон вмешался, обхватив её за талию и удерживая на месте. — Семейная потасовка — это всегда весело, но сейчас не подходящий момент.

— Ребята, пожалуйста. — Хейвен захлопала в ладоши, её гетерохромные глаза замерли на мне. — Я понимаю, что это единственный план, чтобы разрешить ситуацию, но есть ли возможность его остановить? Мы можем придумать что-то другое. Что-то менее рискованное.

Я покачала головой.

— ЦРУ и так потеряло слишком много времени. Мы уже записали видеосообщение от Ареса для Урана. Всё готово. Не хватает только ответа вашего деда, — сказал Тимос.

— Вы хотите сказать, что…

— Видео было отправлено несколько часов назад, — подтвердила я. — Пути назад нет, идем до конца. Олл-ин. Начинается финальная партия.

По группе снова пронесся гул.

— Не может быть, чтобы ты согласился на такое. Зачем ты это сделал? — спросила Хелл у Ареса с блестящими от слез глазами и раскрасневшимися щеками.

Он пожал плечами, но было видно, как он напряжен. — Если всё выгорит — мы все свободны. Если нет — я труп. Но если мы ничего не предпримем, я буду вынужден вечно прятаться с постоянным страхом, что Уран найдет меня где-нибудь на краю света и убьет.

Единственным, кто не проронил ни слова, был Гермес. Он полулежал, как и прежде, в расслабленной позе. Его лицо было обращено к хмурому небу, и он задумчиво покусывал нижнюю губу.