Полная версия книги - "Дом под землей (СИ) - Давыдова Ирма"

Теперь настала её очередь покрываться испариной, ведь за неправильное применение силы пришёл откат в виде колоссальной слабости. Ей бы самой отправиться на три дня в госпиталь, хотя бы элементарно отлежаться, пускай и без настоев. Но о своём поступке Эмилия не сожалела, потому что, во-первых, теперь брат в безопасности, а во-вторых, если из них двоих кому-то и нужно быть полностью здоровым, то именно ему. Лидер группы, который сможет довести их сперва до убежища, а после вернуть в «Дом». А раз она не рухнула в обморок, то ничего. Дойдёт как-нибудь.

Всё, что происходило дальше, Эми воспринимала словно через дымку тумана. Дважды они прятались от отрядов смотрителей. Каждый раз Кевин брал её за руку и успокаивал, мол, всё в порядке, но она и не переживала. Эмоции, включая страх, попросту покинули это тело, ведь чтобы испытывать хоть что-то, придётся потратить немало душевных и физических сил. А это для неё пока непозволительная роскошь.

О том, как выглядело то самое убежище она вряд ли смогла бы рассказать в подробностях. Да, там было теплее, чем на улице, и остаток ночи они провели, сидя на какой-то скамье. Кевин несколько раз тормошил её, привалившуюся к стене и сидящую с закрытыми глазами, чтобы то предложить попить, то поделиться своей порцией энергетических плиток. Именно последние и позволили Эми оставаться в сознании, и это было просто замечательно. Ведь стоит мозгу отключиться, получая возможность полноценно отдохнуть, и в следующий раз проснуться она может спустя хоть сутки, хоть двое. Непозволительная роскошь для того, кто до сих пор находится на задании.

— Сдаётся мне, сестрёнка, что те твои ежеутренние тренировки вообще ни о чём, — сердито проговорил Кевин, когда они были уже на подходе к пункту перехода между слоями. — Как сумерки пришли, ты сразу принялась клевать носом. Где твоя выносливость?

Эми на это не ответила, просто опустив голову ещё ниже.

— Это не дело, — твёрдо добавил брат, который эту покорность принял как показатель стыда. — С завтрашнего дня беру тебя с собой.

— Угу, — всё же кивнула девушка, туман вокруг которой теперь сгущался.

В кабинке транспортёра, где Эми должна была находиться одна, пришлось особенно туго. Девушка чётко знала, что спать в момент перехода нельзя, и чем чётче твоё сознание, тем выше шанс, что процесс перемещения пройдёт успешно. Разумеется, уже давно те, кто желал отправиться через один слой в другой, не пропадали без вести, да и покалеченными не выходили. Для подавляющего большинства это и вовсе являлось лёгкой прогулкой. Небольшим приключением. Но техники «Дома» могли бы рассказать немало интересных вещей и про такие вот модели кабинок для перемещения в пространстве, да и вообще о разных принципах работы современной техники. Вполне возможно, что как раз из-за перенапряжения сил девушки и не хватило до самого конца. Ведь она чувствовала, что может сделать это. Может добраться до «Дома», уйти в госпиталь и отключиться уже там. Но вместо этого прошла лишь сотню метров от территории прохода, а после туман в сознании, ставший особенно плотным, поглотил её целиком.

​

За прошедшие два дня в кабинете директора ничего не поменялось — это Кевин мог сказать наверняка. Вот только изменилось что-то в нём самом.

— Уверен, что хочешь пойти на такую сделку? — интересуется Смит, привлекая к себе внимание молодого человека. — Ты ведь прекрасно знаешь, что я могу потребовать взамен всё, что угодно. Любую услугу, участие в любом деле.

— Разумеется, — кивает Кен. Он никогда и не питал иллюзий ни о понятии чести директора «Дома», ни о его моральных принципах. — Всё, что захотите, но Эмилия больше не должна отправляться на задания. Никогда.

— Это высокая цена. К тому же не даёт гарантии, что девчонка сама не захочет отправиться в тот же Средний в следующий раз.

— Не захочет. И цена… — на миг задумался Кевин. — Она даже и близко не та, которую мне стоило бы заплатить.

И дело не в том, что сейчас он сидит перед директором, живой и совершенно здоровый, а Эми где-то там, на койке в госпитале, и по прогнозам госпожи Вазайски проспит так ещё несколько дней. На самом деле, Кевин злился. Притом злился на самого себя, собственное незнание и бессилие.

Когда сестра рухнула на землю он первым делом подумал про обморок из-за волнения. Сердился и ворчал себе под нос всю дорогу, мол, как можно было вырасти настолько изнеженным созданием, и, не слишком-то нежно прижимая к себе хрупкое девичье тело, всё обещал себе заняться физической подготовкой Эмили всерьёз. И позже, когда при помощи других парней из дома, девушка оказалась в кабинете Вазайски, так и ответил врачемагу — мол, слишком уж слабой она выросла, раз нервная система не выдержала напряжения. Даже сомнения, что с сестрой что-то не так, закрались в его голову лишь после того, как госпожа Вита приказала ему снять с себя повязки.

'— Эмоциональное перенапряжение здесь, кажется, только у тебя, — спокойно ответила женщина, даже не взглянув на рану. Вернее, её полное отсутствие. — Я дам тебе настойку, пей по десять капель перед сном в течении недели. А хотя нет, при твоём весе лучше по двенадцать. Всё, свободен.

— Но… — парень погладил ладонью бок, в котором ещё полсуток назад зияла колотая рана. — А Эми? Когда она очнётся, и почему до сих пор спит? И почему моё ранение выглядит так, словное его и не было?

Буквально пару секунд Вазайски смотрит на него с удивлением, а после легонько стукает себя ладонью по лбу.

— Точно! — говорит она, едва заметно хмыкая. — Мы все так привыкли, что ты у нас мальчик, поцелованный силой, что я порою забываю об ограничениях. Ты же не видишь потоки энергии, как врачемаг, да? Зелёные искорки в чёрных лентах.

Нет, он не видел. Такой способности у Кевина действительно не было, как и причин для сожаления. До этого дня.

— Твоя сестра не умеет лечить правильно, и именно поэтому мы с ней прервали процесс её обучения. К сожалению, это вопрос не навыков или таланта, а природных способностей, — вздыхает женщина, с тоской вспоминая, как пришлось оставить попытки выучить себе помощницу. — Вместо того, чтобы запустить процесс восстановления за счёт твоих ресурсов, она смогла только использоваться свои собственные. Будь всё по правильному, и твой организм бы сам остановил процесс в нужный момент, оставив окончательное заживление на совесть времени. Пошатывался бы, конечно, при ходьбе, но пришёл в «Дом» своими ножками. А так — просто вытянул из неё силы, пока сам не стал окончательно здоровым.

Запоздало Кен обозвал себя идиотом. Действительно, какое к Черни второе дыхание! Он же прекрасно видел, что с каждой минутой становился здоровее, а боль и вовсе не напоминала о себе. И всё это притом, что Эмили буквально таяла на глазах, едва передвигая ноги.

— Она поправится?

Вазайски потёрла переносицу, тяжело вздыхая. Ну что за парочка! Один геройствует там, где не стоит, другая пытается врачевать, хотя ей это строго-настрого запрещено… И всё ради того, чтобы спасать друг друга. И вот что она должна теперь сказать, глядя на эту взволнованную физиономию?

— До чего же вы оба хлопотные… — всё-таки не сдерживается Вита. — Больше никаких кровных родственников! Никогда.

— То есть.?

— Ваше счастье, что она достаточно молода, а твоя рана не была слишком сложной. Проснётся через несколько дней, отлежится, а потом вернётся к своим обязанностям. Но имей ввиду, Кент будет рвать и метать, раз лишили его помощницы минимум на неделю.'

Сразу из госпиталя Кевин и направился к директору, чтобы предложить сделку. Что угодно, любая услуга от него в обмен на то, чтобы Эми больше не отправляли на задания. Она не была готова изначально, и то, что сделала… Оперативники попросту не должны так поступать. И младшие сёстры, если откровенно, тоже. Это его обязанность — заботиться об Эми. Оберегать её, устраивать лучшую жизнь. Делать всё, чтобы она просто спокойно проживала в стенах «Дома». И потому сейчас так сильно на себя злился, ведь вместо поддержки попросту не заметил, как сестра спасла его, да ещё и сердился на неё, отчитывая и ворча сверх меры.