Полная версия книги - "Как найти безымянного фейри (ЛП) - Ланкастер Эй Джей"

В его манерах ощущалась натянутая официальность, усиленная его нарядом. Он переоделся к ужину, а также тщательно подчеркнул свою внешность косметикой. Его глаза были темно подведены, а тени искрились при каждом мигании. Подобные украшения вышли из моды среди мужчин в Ишшии, и она могла этому только радоваться: эффект оказывался пугающе завораживающим. Неужели он оделся так в попытке запугать ее? Принцесса радовалась, что смогла воспользоваться гардеробом Небесной Мальвы. Трудно было бы не почувствовать контраст между ними двумя, если бы ей пришлось надеть свое мятое дневное платье.

Одна деталь оставалась такой же, как на официальных обедах, на которых она присутствовала: ее усадили на противоположном конце обеденного стола, вдали от кого-либо важного, с свободным пространством по обе стороны, чтобы она не смущала ближайших соседей.

Она измерила расстояние между ними и приняла решение, взяв свою тарелку и приборы. Перенеся их вдоль стола, Жизель села рядом с ним.

Он вскинул бровь.

Она отказалась быть запуганной.

— Кажется глупым соблюдать такую формальность, когда здесь больше никого нет, и я бы предпочла не кричать, чтобы быть услышанной.

— Значит… горошек? — спросил он.

— Да, спасибо.

Он аккуратно положил ей немного.

Она недооценила новую неловкость, которая возникнет от сидения так близко к нему, возросшее натяжение той странной связи между ними. Отчаянно пытаясь разрядить обстановку, она ляпнула:

— Не думаю, что мне когда-либо приходило в голову, будто злые чародеи едят горошек.

— Увы, я не могу существовать исключительно на огне и сере, — сухо заметил он, нарезая курицу. Жизель положила себе картофеля. Фейри предложил ей вина, и она согласилась.

— Очень хорошее, — сказала она.

— Мне нравится этот урожай.

Они беспомощно уставились друг на друга, застряв в вежливом тупике, оба отвыкшие от общения. Пузырь ее прежней истерики снова подступил, и она вернулась к старому проверенному средству.

— В Стране Фейри куда жарче, чем я ожидала.

Он подхватил предложенную тему с явным облегчением.

— Это лишь малая часть Фейри. Существуют земли вечной зимы.

— Значит, здесь вечное лето?

Он качнул головой.

— Нет, у нас сменяются все времена года. Зимой водоемы замерзают, а снег выпадает прямо на луг. — Его пальцы неспокойно поглаживали ножку бокала. — Как ты нашла дорогу сюда, принцесса?

Без сомнения, он жалел, что не нашел способа помешать ей.

— Отслеживающее заклинание. Дикий маг сказал, что это довольно просто, поскольку невостребованный долг все равно связывал нас. — Другая мысль ослабила ее. — Ты не боишься, что твой враг сможет найти тебя таким же образом?

— Не этим методом. Между нами нет магического долга, по которому он мог бы следовать. — Теперь он хмурился. — Я имел в виду, что леса небезопасны. Это дикая часть Страны Фейри, никем не занятая. Как ты вошла в Фейри?

— Я подошла к боярышнику на Летний Флюгер и использовала ритуальное заклинание, которое нашла. Портал перенес меня в Фейри. Затем я шла через лес два дня, идя за отслеживающим амулетом.

Проклятие замер в изумлении, рот его приоткрылся.

— Ты… шла через лес два дня? Совершенно одна?

Неверие в его голосе заставило ее поежиться.

— На мне было столько оберегов от фейри, сколько я смогла найти в записях. Я не была уверена, какие из них сработают. Но думаю, проклятие могло сработать ничуть не хуже, отпугивая всех.

Он поставил бокал и уставился на нее.

— Тебе очень, очень повезло, — произнес он наконец. — Обычно нельзя просто так взять и войти в Фейри, равно как и пройти через дикие земли без ночных неприятностей. Даже я бы не рискнул сейчас, в моем нынешнем состоянии.

Она не чувствовала себя удачливой. Но воспоминания о путешествии заставили ее вспомнить его цель, и это были не неспешные разговоры за ужином с хозяином дома. Принцесса достала деревянный гребень из кармана и толкнула его через стол:

— Я вспомнила, что он сделан из того же орехового дерева, что и мой стол. Есть ли способ узнать, куда делось твое имя?

Он протянул руку, чтобы взять его, и их пальцы соприкоснулись. Импульс спутанных эмоций пронесся сквозь нее, и Жизель резко отдернула руку.

— Ах. Мои извинения, — произнес он.

— Это… Что это? Мы в какой-то степени чувствуем эмоции друг друга?

Что-то сместилось между ними, часть напряжения спала. Он принялся поправлять запонку, не встречаясь с ней взглядом.

— Похоже, это ментальная связь, усиливающаяся при близости. Я могу от нее закрыться.

Она сглотнула.

— Понятно. — Ментальная связь. Замечательно.

Он поднял гребень, большой палец задумчиво проглаживал резной узор на ручке. Древесина искрилась, пока он поворачивал ее так и этак, разглядывая.

— Ты не выглядишь сильно воодушевленным этой находкой, — не удержалась она от замечания.

Фейри отложил гребень.

— Я же говорил, что искал свое имя раньше. Разумеется, я досконально проверил дерево, из которого сделан этот гребень. Как и тогда, я не чувствую здесь ничего.

— А оно могло бы сказать нам, куда делось имя? Как отслеживающее заклинание?

Он одарил ее саркастичным взглядом.

— Отслеживающие заклинания работают не так.

— Ты обещал, что поможешь мне.

Он вздохнул.

— Я не пытаюсь быть бесполезным, но неужели ты правда думала, что мне не пришло в голову досконально проверить возможности, исходящие из последнего места, где я видел свое имя?

Она подчеркнуто вскинула брови.

— Прости меня за то, что я не посчитала тебя человеком, который проверяет все досконально.

Он прикусил язык, вместо ответа сделав резкий глоток вина.

— Полагаю, я это заслужил. Но суть остается прежней: я исследовал само дерево настолько глубоко, насколько мог.

Это был удар. Она возлагала куда больше надежд на деревянный гребень, чем сама осознавала.

— Это была хорошая идея, — поддержал он.

Она в свою очередь сделала глоток. Урожай действительно был хорош.

— Мы можем дать тебе новое имя и не переживать из-за старого?

Он уже качал головой.

— Истинные имена устроены не так просто.

— Истинное имя отличается от того, которое тебе дают?

— Они могут отличаться, — ответил он. — Но обычно нет. Обычно самоощущение кристаллизуется вокруг того, как нас называют, образуя самую суть нашей личности. Но иногда имя, вокруг которого строится личность, оказывается не тем, что дали Называющие.

— Может ли истинное имя измениться?

Проклятие поморщился.

— В теории подобное возможно, но изменение в самой сути человека — это все равно что стать совершенно новым человеком.

И все же он не сказал, что это невозможно.

— То есть ты хочешь сказать, что если кто-то начнет сознательно взращивать в себе, скажем, благоразумие, он сможет изменить свое имя?

Она ожидала, что он начнет метать молнии, но вместо этого его уши поникли, а свет в глазах померк:

— Нет. Думаешь, я не пытался… — Он сделал успокаивающий вдох. — Истинные имена устроены иначе. Нельзя сознательно вознамериться изменить его. Если бы ты искренне верила, что твое истинное имя тебе не подходит, оно бы уже не подходило и, следовательно, не было бы твоим истинным именем по определению. Но наиболее вероятным результатом решения изменить свой характер на более пресный станет то, что твое истинное имя останется прежним, уже содержа в себе потенциал для подобных сдвигов. Вот почему истинные имена обычно не меняются.

Она вздохнула.

— Полагаю, логично, что все не может быть так просто. Тебе придется оставить мечты стать Тристаном Штормом.

На этот раз он действительно смерил ее гневным взглядом, хотя невольное веселье дернуло уголок его губ.

— Полагаю, я смогу утешиться.

Они погрузились в молчание, пока она мысленно собирала воспоминания. Ей хотелось, чтобы под рукой оказался ее блокнот.

— Значит, мы ищем реальный предмет? Что-то, что прошепчет твое имя при прикосновении? Как выглядело твое имя, когда ты поместил его в дерево?