Полная версия книги - "Темное завтра (ЛП) - Харпер Хелен"

Появляется молодая женщина.

— Чем я могу вам помочь? — вежливо спрашивает она.

Я обнажаю клыки. В её глазах вспыхивает узнавание, и она вскрикивает. Она переводит взгляд на стену позади меня. Я с любопытством поворачиваюсь и вижу несколько рядов профессионально сделанных фотографий членов совета директоров. Под ними несколько других фотографий, в том числе фото вашей покорной слуги. На моих губах появляется лёгкая ухмылка, и я приглядываюсь повнимательнее. Внизу, на аккуратно напечатанной карточке, написано: «Бо Блэкмен, бывший оперативник, который помог многим нашим клиентам получить всё, чего они заслуживают». Я чуть не смеюсь.

— Вы часто выставляете напоказ фотографии бывших страховых следователей? — спрашиваю я. — Или только тех, что известны?

— Мисс Блэкмен, позвольте мне найти для вас мистера Беррихилла, — она уматывает со всех ног.

Я сосредотачиваюсь на фотографии. Удивительно, что я когда-то была такой молодой. Дело не только в том, что я выгляжу так, словно только что закончила школу, но и в том, что мои глаза излучают наивный оптимизм. Мне не нужно зеркало, чтобы понять, что сейчас там читается лишь жёсткий расчёт и горькое разочарование. Но, может быть, если присмотреться повнимательнее, то можно увидеть и проблеск любви.

— Бо! — тёплый голос приветствует меня сзади.

Я оборачиваюсь и замечаю Беррихилла. Он широко распахивает руки, как будто ждёт, что я кинусь его обнимать. Учитывая, что я никогда не имела чести встречаться с этим человеком, когда работала здесь, у него явно завышенные ожидания. Я подчёркиваю тот факт, что раньше была для него не более чем безликим приспешником, говоря:

— Для вас мисс Блэкмен. Кто вы?

Лёгкая искорка в его глазах говорит мне о том, что я задела его непомерно раздутое эго.

— Марк Беррихилл. Мы встречались на корпоративе в конце года, когда вы были одним из наших сотрудников.

Нет, мы не встречались. Я растягиваю губы в улыбке.

— Оу.

Он опускает руки, понимая, что я не собираюсь обнимать его так, как будто мы старые друзья.

— Что я могу для вас сделать? Вы хотите вернуться к нам на работу теперь, когда Семьи превратились в прах?

Один балл в пользу слизняка в костюме.

— Может, Семьи и погибли, — говорю я ему, стряхивая невидимую пылинку со своего рукава, — но мы, вампиры, вряд ли мертвы и похоронены, — я облизываю губы, демонстрируя ему слабый блеск своих зубов. — Вообще-то я здесь, чтобы запросить кое-какие старые документы.

Он моргает, застигнутый врасплох.

— О, вот как?

— Дело Элис Голдман.

Выражение его лица проясняется.

— Ах. Такая трагическая ситуация.

Мм. Тем более трагическая, что Брукхаймеру и Беррихиллу пришлось выплатить крупную сумму наличными.

— Я работала над этим делом некоторое время, — говорю я. Я уверена, что он хорошо осведомлён о моей роли; в результате я обошлась ему в кругленькую сумму. — Я хотела бы взглянуть на досье.

— Зачем?

Разыгрывая карту «невежество — это благо», я не опускаю взгляда.

— Возможно, для вас будет лучше, если вы не будете знать.

Он сцепляет пальцы.

— Эти файлы конфиденциальны.

— Как я уже сказала, в этих документах есть моя работа, поэтому я не думаю, что конфиденциальность является проблемой.

— Да, но вы бывший сотрудник. И это расследование закрыто.

Моя улыбка становится шире.

— У вас на стене повешена моя фотография, — я делаю паузу. — Без моего разрешения. Если вы пользуетесь мной, мистер Беррихилл, я чувствую, что должна получить что-то взамен.

Его взгляд бесстрастен.

— Я не одобряю тактику запугивания или угроз, мисс Блэкмен.

Я — само воплощение невинности.

— В самом деле? Я работала на вас. Я точно знаю, какую тактику вы одобряете.

От дружелюбия Беррихилла почти не осталось и следа.

— Как будто кровохлёбы просто идеальны, — саркастически замечает он. — Мы помогаем людям пережить трагические обстоятельства, которые находятся вне их контроля. Вы сами поставили их в эти обстоятельства. Разница в том, что теперь вы предоставлены сами себе, — он пожимает плечами. — Конечно, вы могли бы убить меня, но у меня есть высокопоставленные друзья. Они придут за вами. У вас больше нет Семей, за которыми можно прятаться.

— Я давно отдалилась от Семей, — спокойно говорю я ему. — Мне не нужно ни за кем прятаться, — я не отрываю от него взгляда. — Но, боюсь, у нас что-то не ладится. Я не хочу вас беспокоить и не хочу поднимать шумиху из-за того, что вы используете моё имя для развития бизнеса. Всё, чего я хочу — это просмотреть досье на Элис Голдман, а затем я оставлю вас в покое, — чего я не говорю, так это очевидного: если он продолжит преграждать мне путь, я сделаю гораздо больше, чем просто улыбнусь ему. Я снова показываю клыки, чтобы убедиться, что он понял намёк.

Он долго смотрит на меня. В его взгляде сквозит явная враждебность.

— Ладно, — огрызается он. — Мне нужно кое-что от вас взамен.

Я приподнимаю брови. Интересно. И смело.

— Что?

— Несколько хорошо продуманных нападений. Вам не обязательно никого убивать, но было бы неплохо, если бы вы смогли, так сказать, подвести их к краю пропасти.

Мои губы кривятся.

— Боже мой. Вы беспокоитесь о своих доходах, не так ли? Сколько людей обналичили свои полисы за последнюю неделю? Поскольку из-за вампиров теперь не нужно беспокоиться, нет и необходимости в антивампирском страховании жизни, не так ли? — я качаю головой в притворном смятении. — Ц-ц-ц.

Беррихилл бросает на меня сердитый взгляд, но не обращает внимания на мои подначки.

— Будет лучше, если это будут дети.

У этого человека нет стыда. Я осматриваю свои ногти.

— Внизу лежит тело без сознания, — я делаю реверанс. — Не стоит благодарности.

Если он и застигнут врасплох, то не подаёт виду.

— Этого недостаточно.

— Вам нужны заголовки, — я смотрю на него с отвращением. — Вы могли бы просто разработать новую политику, направленную на защиту от нападений со стороны сумасшедших религиозных групп, — Беррихилл не отвечает. — О, — говорю я. — Вы уже сделали это. Какая я глупышка.

Он фыркает.

— Таковы условия сделки.

Я обдумываю его условия.

— Что ж, хорошо. Я позабочусь о том, чтобы на первой странице завтрашней газеты были подробности о нападении вампиров. Пока этого будет достаточно.

— Принято. Приходите завтра, и я дам вам всё, что вам нужно.

Я отступаю на шаг и оглядываю его. Его зубы были отбелены до полусмерти, и, судя по отсутствию выражения на его лице, там определённо применялся ботокс. Я позволяю молчанию затянуться. Не слова дают людям власть, а контроль. У меня гораздо больше возможностей, чем у Беррихилла. Во-первых, я не беспокоюсь о старении. И ещё долго не буду беспокоиться.

Как я и ожидала, он не может удержаться, чтобы не нарушить молчание.

— Я не могу отдать вам файлы сейчас, — говорит он. — У меня нет гарантии, что вы сделаете то, что обещаете.

— Если только королева не упадёт замертво, вы получите свою первую полосу. Даю вам слово, — я заглядываю ему через плечо. Дверь за его спиной открыта, и оттуда высовывается стайка офисных трутней с широко раскрытыми глазами. — В противном случае я попорчу ваш прелестный наряд.

Кадык Беррихилла ходит ходуном. В последнее время обо мне писали достаточно много, и он считает, что я способна на это. В том, чтобы быть психопатом, есть свои преимущества. Он обдумывает варианты и быстро принимает решение.

— Что ж, хорошо, — огрызается он. — Идите за мной.

Он разворачивается на пятках и направляется обратно к двери. Я качаю головой, поражаясь его глупости. Никогда не следует поворачиваться спиной к опасному животному. Однако сейчас я кротко следую за ним. Секретарши и страховые агенты опускают головы, словно прячутся от меня. Трудно удержаться от смеха.

Беррихилл проходит мимо и указывает на ближайший кабинет.

— Вы можете подождать там, — сухо говорит он.