Полная версия книги - "Звезда Теночтитлана (СИ) - Чайка Анна"

— Но если, побеждает принц, то есть, если я не смогу уложить его на лопатки, то он отправляет сватов к моей названной матери — принцессе Папанцин. Так?

— Да! — подтверждает Уанитль.

— Правильно! — отвечают мне воины, уже более уверенно.

Мы стали с принцем напротив друг друга. Теперь главное не пропустить маневр, когда принц кинется на меня. Второго шанса, боюсь, у меня не будет!

Но Уанитль, как и другие, не воспринимает всерьез сопливую девчонку. И тем самым облегчает мне задание.

Его бросок, моя подсечка, переброс и вот уже второй принц на моем счету, уложенный на лопатки!

Прижимаю коленом, шумно вздымающуюся грудь принца, отбрасываю растрепавшуюся косу за плечо.

— Ты на лопатках, принц Уанитль! — радостно киваю я.

— Иногда стоит упасть на землю, чтобы увидеть звезды. — отвечает мне принц.

Ну вот, что за черт! Даже посмаковать победу не дал!

Встаю, и оглядываю ошарашенные лица собравшихся воинов. У меня чувство дежавю.

— Я заслужила свое право на тренировки! — гордо вскидываю голову.

— Первый кто подойдет к принцессе Китлали ближе, чем на пять метров будет иметь дело со мной. — встает за моей спиной Уанитль.

— Вот обязательно это нужно было делать? — разворачиваюсь я к нему. Где мне теперь спарринг-партнера найти? — в гневе тыкаю я в обнаженную мужскую грудь.

— Что означает спарринг-партнера — коверкает принц.

А я и не заметила, как перешла на русский.

— С кем мне теперь тренироваться? — не сдаюсь я.

— Со мной и только со мной. — уверенно произносит этот деспот.

— Сам напросился! — без жалости бью по всем болевым точкам на теле принца. Уанитль через пару секунд оказывается у моих ног, но в его поднятом на меня взгляде столько восхищения.

— Извращенец! Бля…! — в сердцах бросаю я.

На площадке для стрельбы из лука, никогда не слышали столько русского мата. Но это помогает мне сбросить напряжение.

— Мазохист хренов! — выпускаю я последнюю стрелу в мишень, в сердцевину которой уже воткнуты пятнадцать других.

Вокруг меня полукругом стоят все воины, что находятся сегодня на площадке, но дистанцию в пять метров соблюдают абсолютно все.

— Шестнадцать из шестнадцати. — ведет счет какой-то старичок. Просто он единственный, кого послать мне не позволяет воспитание. Остальные посланы в такие дали, что не скоро вернутся!

— Пошли, пообедаем. — как ни в чем не бывало, обращается ко мне Уанитль. — тетушка прислала гонца, что ждет нас на обед.

Поворачиваюсь к нему, но если честно, ругаться уже не хочется.

— Пошли! — просто отвечаю я, — Только стрелы собрать нужно.

По взгляду Уанитля, тут же какой-то воин бросается к мишени.

И чего я вообще психанула? Об этом я думаю всю дорогу до дворца. Уанитль не мешая, идет рядом, видать, тоже думает о чем-то своем.

Папанцин радостно приветствовала нас, приглашая к столу. И тут же шустрые девушки выставляют на стол разнообразные кушанья. За главного за столом у нас сегодня Уанитль. Именно ему достается честь разделить первую лепешку. Да, став дочерью Папанцин, я откатилась на несколько ступеней вниз по иерархической лестнице Анауака.

— Как прошло твое утро, племянник? — спрашивает Папанцин у Уанитля, когда первый голод был утолен.

— Хорошо, мы готовимся к тлачтли*, но сегодня пришлось прерваться, так как нас посетила принцесса Китлали.

— И чем же вам помешала Китлали? — спросила Папанцин елейным голоском.

— Она отвлекает! — был краткий ответ.

— Но мы договорились! — вставила я.

— Да? — удивилась Папанцин.

— Да! — ответила я, теперь я могу на постоянной основе тренироваться на площадке.

— Потом мне расскажешь, чего тебе это стоило! — рассмеялась моя названная матушка, глядя на скривившего, словно от зубной боли, принца. — Доченька, а чем ты хотела бы заниматься? Кроме тренировок, все-таки это совсем не женское дело и, говорю тебе, как умудренная годами женщина, так ты совсем не найдешь себе мужа!

— Но я и не пытаюсь его найти! А заниматься я хотела бы врачеванием, вместе с Коаксок. Это ведь женское дело?

— Женское. — подтвердила Папанцин. — Только обычно им занимаются женщины моего возраста, а не молодые девушки, как ты.

— Матушка! — лукаво взглянула я на нее. — Это единственный мой недостаток, который я исправляю каждый день.

Папанцин на это только весело рассмеялась. Красивый у нее смех, задорный и звонкий, словно у молодой девушки.

— И кого ты хочешь лечить, принцесса Китлали. Во дворце, итак, четыре врачевателя. Не думаю, что они захотят поделиться с тобой своей работой.

— А я и не собираюсь лечить во дворце! — сказала я принцу. — Матушка, можно ли приобрести в городе небольшой домик?

— Зачем приобретать? У меня есть в городе дом, я им не пользуюсь. Поэтому ты можешь использовать его по-своему усмотрению.

— Матушка, твой дом, как я могу догадаться, стоит в самом богатом квартале. Поэтому он не подойдет. Мне нужно что-то среднее. Я хочу открыть там дом для больных (я не знала, как еще назвать больницу, ведь у ацтеков не было такого понятия), куда сможет придти любой, кто нуждается во врачебной помощи. Я знаю, здесь так не принято! Но мне хотелось бы попробовать.

— Что же, интересное решение! А знаешь, мне нравиться! Помогать бедным и больным, это лучшее занятие для женщины! И так ты сможешь получить любовь и уважение народа. Что может быть лучше, для будущего? Правда, мой царственный племянник? — спросила она у Уанитля.

— Я бы предпочел, чтобы моя жена занималась только мной. — буркнул принц.

— Так то — твоя жена, которой у тебя, кстати, пока нет! А это — принцесса Китлали! — ласково улыбнулась Папанцин. — Но ты можешь помочь Китлали выбрать нужное строение для ее задумки.

— Правда, поможешь? — спросила я у него. — Ты ведь так хорошо знаешь город! А еще, мне снова нужно будет на рынок сходить, чтобы заказать все необходимое. — с надеждой посмотрела я на Уанитля, закусив от нетерпения губу.

Уанитль, внимательно посмотрел на меня, задержав взгляд на моих губах. А потом улыбнулся, так тепло, но такой шкодливой улыбкой и спросил:

— А что мне за это будет?

— Дай-ка подумать! — постучала я указательным пальцем по губам, от чего задвигался кадык принца. — Что, я — провела рукой от шеи ниже. — могу предложить тлатоани Уанитлю?

Пока держала театральную паузу, глаза принца сначала расширились, а затем Уанитль прищурился. Явно понимая, что его ждет очередная подлянка.

— Я буду лечить тебя вне очереди! Согласен? — протянула я ему руку для рукопожатия. И только потом вспомнила, что у индейцев не принят этот жест.

Уанитль с удивлением смотрел на протянутую руку.

— Согласен? — еще раз спросила я.

— Нет!

— А почему? — я собиралась руку убрать, но принц ее схватил и зажал в своей.

— Эта цена меня не устраивает!

— Замуж не пойду! — тут же заявила я. — Свобода, слишком большая цена за помощь в поиске дома. Попрошу Течуишпо, она поможет.

— Ей сейчас некогда, все ее внимание занято мужем.

— Вот их обоих и попрошу! — уперлась я. — Или кого-нибудь из отряда Куаутемока, они все мои должники, они сами так сказали. Так что не откажут. — обиделась я.

От мысли, что Куаутемок сейчас с Течуишпо на душе стало тошно. Я понимала, что это не правильно, что нельзя быть эгоисткой. Что они муж и жена, и я должна просто пожелать им счастья и свалить в сторону. Но…. Такое большое «Но» жгло сейчас мою душу, наполняя ее чем-то темным и нехорошим. А на глаза наворачивались предательские слезы.

— Ну чего ты, звездочка! — Уанитль принял на свой счет эмоции, что сейчас явно проступали на моем лице. — Конечно, я тебе помогу! — при этом он большим пальцем гладил тыльную сторону моей ладони.

— Спасибо! — ответила я.

Уанитль же наклонился и стер предательскую слезинку, что все-таки потекла по щеке.

— Моя принцесса не должна плакать! Давай договоримся, если тебя кто-то или что-то расстроит, ты придешь и скажешь мне. А я сам с ними разберусь. Моя принцесса должна только улыбаться.