Полная версия книги - "Михаил Тырин - Синдикат Громовержец"

- Поужинаешь?

- Ну... давай, если недолго.

Через пятнадцать минут Кирилл бросил комочек земли в окошко Хряща. Тот вышел почти немедленно, словно ждал.

- Машка зовет, - коротко объяснил Кирилл.

- Сейчас?! От-тана...

Они пошли в сторону реки. Город давно уже был пустой и тихий, только лаяли собаки и гудел где-то ветер. Хрящ начал было вспоминать, как здорово он отличился на Промзаводе. Но Кирилл его в этой радости не поддержал, и восьмиклассник утих.

У Машки в окнах горел свет. Она, одетая в домашний халат, вышла на стук и поманила рукой, чтобы ребята поскорей заходили.

- А тетка? - шепотом спросил Кирилл.

- Да проходи... - поторопила Машка. И Кирилл, и Хрящ впервые оказались в ее комнате. Здесь было много книг и фотографий, стояло пианино, накрытое кружевной салфеткой. Ребята сели на диванчик, чувствуя себя довольно скованно.

Машка устроилась напротив и некоторое время просто молча смотрела на гостей.

- Ну... чего? - пробормотал наконец Хрящ и заерзал на месте.

- Вы правда не боитесь мне помочь? - спросила Машка.

Она могла бы и не спрашивать.

- Паклаков сейчас дома, спит, - сообщила Машка. - Пришел пьяный и сразу уснул. И шлем принес с собой. Я сама это видела.

- Следила, что ли? - хмыкнул Кирилл.

- Да, следила. Что могла - сделала сама. Теперь нужно забрать у него шлем.

- Как? - удивился Хрящ.

- Он спит с открытой форточкой. Нужно влезть туда и взять шлем. Вот и все, - помявшись немного, Машка внесла окончательную ясность. - Я хочу сказать, нужно украсть.

Кирилл и Хрящ изумленно переглянулись. Машка хочет украсть! И в страшном сне такого не привиделось бы...

- Я одна не смогу. Вы мне поможете?

Кирилл смущенно кашлянул, а Хрящ почесал затылок.

- Я сама залезу в дом, - поспешно пояснила Машка. - Но желательно, чтобы ты, Кирилл, был на всякий случай в саду, под окном.

- А я? - встрепенулся Хрящ.

- А ты - на другой улице с мотоциклом. Он еще заводится?

- Ну... как бы да, - с сомнением произнес Хрящ.

- Кирилл, как твоя рука?

- Хорошо, - поспешно соврал тот. - Совсем не болит.

- Понимаешь... шлем нужно обязательно отобрать у Паклакова. Обязательно! Я залезу в комнату и передам его тебе. Сразу беги к мотоциклу и уезжайте. Меня не ждите...

- Мы тебя не бросим, - покачал головой Кирилл.

- Ребята, главное - шлем! За меня не бойтесь. Даже если меня заметят уходите.

- Я лучше сам полезу в форточку.

- Кирилл, - спокойно сказала Машка, - у тебя, как Я поняла, и так сейчас неприятностей хватает. Верно?

- Ничего особенного... - пробормотал Кирилл, глядя в пол.

- Ну, договорились?

- Посмотрим на месте, - решил Кирилл.

- Слышь, Машка, - подал голос Хрящ. - Я ничего не хочу такого сказать, но... - он потупился, - у меня телега так трещит, что полгорода проснется.

-Да, я не подумала, - с досадой произнесла Машка.

- Но я все равно с вами! - поспешно добавил Хрящ. - И к тому же, можно на велосипеде...

Машка встала, закрепила волосы заколкой.

- Я пошла переодеваться.

- Кира, я шизею! - восторженно прошипел Хрящ, когда девушка вышла. Ты, я и Машка лезем в чужой дом, украдать шлем! От-тана лопала!

- Сам шизею, - признался Кирилл. - Для полноты компании только Дутова не хватает...

Машка вернулась быстро. На ней были черные джинсы, кроссовки и мягкая ковбойская рубашка. В руках - пакет, в котором угадывался фонарик и что-то еще.

- Готовы?

Ребята поднялись с дивана. Кирилл заметил, что Хрящ стоит чуть ли не по стойке "смирно". Он, похоже, уже представлял себя суперагентом накануне специальной операции.

- Ну... - Машка перевела дыхание. - Пошли.

* * *

Район, где обитал Пакля с матерью и отчимом, неофициально назывался Париж. Отличительной особенностью местной архитектуры являлось отсутствие всякой архитектуры.

Париж являл собой беспорядочное скопление домиков, сарайчиков и лачуг, разросшееся на окраине города подобно плесени. Здесь не было такого понятия, как "улица", поскольку улицей считалось все, что находится между домами и дворами. Дорожки и тропинки были так запутаны, что впору вешать табличку "Найди выход из лабиринта" и за деньги запускать туристов.

Париж громоздился на косогорах, земля здесь никакой ценности не представляла. Здесь можно было построить какую-нибудь хижину из фанеры, да и жить в ней - никто не пред�